Сидоров ничего не имел против расцвета корпорации и, чокнувшись с Ваней, произнес Ура! Ваня рассмеялась, а уважаемые члены Президиума были несколько удивлены. Сидоров отнес это за счет непонимания чисто русского возгласа Ура.
Из меню ему особенно понравился салат Веселый викинг.
Ваня рассказала, как его делать. Берется красная рыба, лучше только что выловленная семга, добавляется китайский салат, сыр, помидоры… Все режется кубиками и перемешивается с майонезом. Сидоров заявил, что отныне буду питаться только Веселым викингом.
После второго тоста за нашего дорогого гостя профессора Сидорова Почетный Президент перешел на более интимный тон и выразил уверенность, что дорогой профессор, конечно, представляет, сколь нелегкая борьба ведется во всем мире между противниками и сторонниками НЕЧЕТКИХ СИСТЕМ и МЯГКИХ ТЕХНОЛОГИЙ. И сегодня надо определиться, с кем вы, уважаемый профессор?!
Корпорация хорошо осведомлена о его заслугах в этой изматывающей борьбе и высоко ценит личное мужество, проявленное в тяжелых условиях.
Пытаясь вспомнить этапы своей изнуряющей борьбы и не обнаружив ничего заслуживающего внимания, профессор сказал, что, прежде всего, он со всем прогрессивным человечеством… Что было, поверьте, чистой правдой. Кто из нас сознается, что он на задворках цивилизации?!
Ваня одобрительно смотрела на гостя, а все замерли в ожидании продолжения. Сидорова несколько удивило, что ответ на этот вопрос они уже получили раньше, но почему-то вновь спрашивают. Скорей всего, пытаются сбить с толку.
– Я высоко ценю доверие столь уважаемой корпорации и, уверен, не огорчу уважаемых членов Президиума.
Все помолчали, пытаясь понять, за он или против. Поскольку Сидоров сам этого не знал, шансов у них просто не было.
Президент снова поднял бокал и предложил выпить за господина Паала Нильсена, которому все мы обязаны удовольствием видеть дорогого профессора Павла Сидорова.
Сидоров немедленно вспомнил, что Паал Нильсен-лав – любимый блюзовый барабанщик, и стал подробно объяснять, в чем его превосходство над Элвином Джонсом:
– Это стандарты, заданные в конце шестидесятых людьми вроде Питера Брётцманна и Александра фон Шлиппенбаха, только пропущенные через призму гаражного рока. Правда, в полной мере оценить эти деконструкции концентрированной молодецкой удали может, наверное, только тот, кто слышал оригиналы…
Сидоров взглянул на Почетного Председателя, рассчитывая заслужить одобрение столь фундаментальным познаниям в норвежском роке, но тот слушал с некоторой досадой. Ваня извиняюще улыбнулась, и профессор замолк на полуслове.
Почетный Президент повернулся к висевшему на стене портрету, где был изображен средневековый воин довольно кровожадной внешности.
Почетный Президент ласково посмотрел на Сидорова и объяснил, что, именно, благодаря викингу Паалу Нильсену, которого в свое время пригласили вместе с Рюриком в Великий Новгород, и пошел род дорогого профессора Павла Сидорова, викинга в 33-ем поколении.
Парализованный этим открытием, профессор Сидоров бессмысленно переводил взгляд с одного на другого, но все они улыбались, очевидно, радуясь, что Сидорову так повезло и он – потомок такого славного викинга.
Затем ему вручили богато оформленную кожаную папку, с изображением всех исторических героев Норвегии, включая, разумеется, короля Улафа V, а внутри – родословное древо викинга Паала Нильсена.
На самой верхушке этого древа Сидоров разглядел и свою фамилию, увенчанную причудливым гербом. Он стал размышлять, насколько вероятна его родственная связь с Улафом V, но Почетный Президент, убедившись, что папка произвела на гостя должное впечатление, оглядел всех судьбоносным взглядом и предложил тост за вновь обретенного викинга в 33-ем поколении, дорогого всем нам профессора Паала Нильсена-Сидорова.
Сидоров ожидал, что церемония посвящения в викинги завершится прикосновением к плечу достойного старинного меча, но меча не потребовалось – все и так уже считали младшего аналитика своим викингом.
ГЛАВА 7,
в которой Сидоров совершит Приятную прогулку с Ваней, Станет подумывать о романтическом продолжении, а все норвежцы продолжат Размышлять о смысле жизниОбед закончился, и Ваня предложила прогулку на ближайшую гору.
Вернувшись в свою комнату, профессор переоделся в спортивный костюм, лежавший на кровати. На нем ярко выделялся лейбл VIKING-LOVE.
Ольге Сидоров послал короткую SMS-ку:
Сижу в пушистых технологиях, все замечательно, целую.
Твой викинг в 33-ем поколении Паал Нильсен-Сидоров, почетный профессор и видный бизнес консультант мирового уровня.
Немедленно он получил ответ:
Пей поменьше! Как дела с босоножками?
У Кролика пропал аппетит.
Ох, уж эти женщины! Ни грамма фантазии.
Тропинка вилась по склону живописной горы. Они шли не спеша, глубоко вдыхая наполненный влагой и пряными запахами воздух.
Ваня рассказывала, что каждый норвежец любит в одиночестве ходить по горам и размышлять о смысле жизни. Придя к какому-либо выводу, норвежец возвращается домой и ждет, когда его снова посетят сомнения. Сразу же, лучше зимой, он надевает лыжи и отправляется снова размышлять. И так – до последнего дня, когда ему абсолютно все становится предельно ясно на этом свете и он отправляется размышлять в Лучший мир.
Профессор Сидоров выразил одобрение столь ясной жизненной философии.
Норвежцам, конечно, повезло – рядом всегда есть горы, а потом их так мало (норвежцев, а не гор, плотность очень небольшая!), что гулять в одиночестве совсем нетрудно, в то время как, скажем, в Петербурге очень-то не погуляешь – те же 5 миллионов живут и гуляют все в одном городе.
Ваня согласилась, действительно, не очень-то погуляешь.
На самом деле, бывший младший аналитик размышлял, стоит ли приударить за очаровательной Ваней и пытался разглядеть в ее глазах ответ. Однако Ваня, по-видимому, предоставила инициативу ему.
Предвидя возможные дипломатические осложнения между двумя странами, Сидоров решил повременить, чтобы лучше изучить обстановку. Не последнюю роль сыграла ожидаемая реакция Ольги после того, как таблоиды всего мира сообщат об этом скандале.
Прогулка окончена, и они вернулись в резиденцию.
Оставшись один, Сидоров улегся на диван и погрузился в размышление, что все-таки хотят норвежцы. Еще раз изучил родословное древо.
К сожалению, король Улаф V и Сидоров находились на разных ветвях. Впрочем, надо показать папку всем, кто недостаточно к нему почтителен. С другой стороны, это явно вызовет нездоровый интерес, и даже подозрения со стороны известных компетентных органов.
Но, упустив возможность получить лавры и премию за картину Мунка, бывший младший аналитик подумал, а не продаться ли норвежской разведке? Конечно, за приличные деньги…
– Утро вечера мудренее, – и он уснул глубоким сном.
В эту ночь Сидорову снилось, как король Улаф V вместе со своей любимой собакой рекомендовали ему подумать о тесном сотрудничестве с норвежскими спецслужбами.
5 миллионов норвежцев (и все на лыжах!), перебивая друг друга, пытались рассказать о смысле жизни викинга в 33-м поколении.
Теща Агриппина Петровна решительно осудила намерения зятя:
– Я так и знала! – и сразу же села писать донос, куда надо.
А Кролик предложил сотрудничество с другой могущественной разведкой в Зимбабве и посоветовал меньше болтать.
ГЛАВА 8,
в которой Сидоров отправится в далекое прошлое, прослушает «Сшей ты мне, матушка, красный сарафан». узнает, куда ушел викинг Паал Нильсен, и потеряет бдительность в обмене SMS – камиУтром профессора ждал сюрприз.
Свежая, как майское утро, Ваня радостно сообщила:
– Мы отправимся в небольшое романтическое путешествие.
Сидоров признался:
– Если вместе, хоть на край света.
– На край света еще рано, – улыбнулась Ваня и пригласила в голубой джип, где уже ждал голубоглазый водитель. Сидоров подумал, что как-то перестал разрабатывать тему ангелов, но они довольно быстро приехали на площадку, где стоял готовый к полету вертолет.
Профессор помог Ване подняться по небольшой лесенке и молодцевато, едва не оступившись на входе, впрыгнул сам.
Ваня сделала вид, что этого не заметила.
Вертолет взлетел и двинулся через горы на запад, миновал на бреющем полете город, где деловито сновали машины, вспыхивала и гасла реклама, толпа, как нечто единое перетекала по переходу, мигали сигналы светофоров.
