Скорее бы добраться до дома! Я ускорил шаг, а пронизывающий ветер вынудил застегнуть все пуговицы на пиджаке. Я уже двигался по дороге в родную деревню, когда упала первая капля дождя. Я сердито посмотрел на небо, словно то было виновно в моих бедах. Мне еще не хватает вымокнуть до нитки! Это в придачу к уже свершившимся невзгодам. К сожалению, природа не интересовалась моим мнением, как ей себя вести. Полил дождь. Настоящая жидкая стена, рухнувшая с небес. Ощущение было такое, словно на меня разом выплеснули ведро воды. Я пошел быстрее, мысленно подгоняя себя, и ливень тоже усилился. Я уставился себе под ноги и принялся считать шаги, чтобы хоть чем-то себя занять и не думать дороге, которая казалась невыносимо длинной.
Кривая ломаная молния расколола небосклон пополам и озарила землю. Я приготовился в следующее мгновение услышать страшный гул, и мои ожидания оправдались: это было похоже на взрыв. Затем наступила такая неестественная тишина, что можно было различить шелест деревьев, большинство из которых уже успели сбросить листву.
На меня кто-то смотрит! Я был абсолютно уверен в этом. Дорога была пуста, потому что разумному человеку не могла прийти в голову мысль о прогулке в дождливую ночь, да еще и пешком. (Сам-то я не слишком рассудителен и логичен.) Но за мной следили! Точно. Я попытался выкинуть из головы навязчивую догадку, но та всё крепчала, засев в сознании. Я перевел встревоженный взор на лес и в очередной яркой вспышке молнии заметил сидящую меж деревьев собаку. Неужели это она на меня смотрит?! Я никогда не чувствовал собачьих взглядов, и потому собственное предположение казалось бредом.
-Это просто пес, - строго, насколько смог, заявил я самому себе, когда по спине побежали мурашки. - А я, вероятно, продрог от холода и сырости.
Собака приковывала внимание и в то же время казалась страшной. Вообще-то я не боюсь собак, но в этой явно ощущалось нечто зловещее. Я замер, как истукан, и не решался продолжить путь, ведь тогда придется повернуться к зверю спиной. Лучше буду смотреть ему в глаза! Неожиданно ливень прекратился, и тучи начали расходиться так же быстро, как и набежали. Вероятно, пес прятался от дождя, и теперь уже спокойно мог выбраться из укрытия. Собака встала, и я невольно отпрянул на шаг назад. Оказалось, что зверюга не сидела, как я сперва подумал, а лежала. Пес, поднявшись на четыре лапы, достигнул в росте никак не меньше четырех с половиной футов. Я мысленно представил, что будет, если эта собака надумает подняться на задние лапы, и ужаснулся: она наверняка окажется выше меня!
Не сводя с меня глаз, пес поплелся к трассе. Он остановился, отряхнулся от морды до кончика хвоста, будто только что искупался, и превратился в исполинского лохматого монстра. Он был огромным, его серая, землистая шерсть торчала клочьями, которые легонько колыхались под редкими порывами утихавшего ветра. На его глаза свесились прядки, словно непомерно отросшая челка, и зверь с тихим урчанием тряхнул косматой головой - ему явно не хватало человеческих рук, чтобы откинуть волосы. Пес фыркнул и принялся нюхать воздух, улавливая там разнообразные запахи, в том числе и мой.
Я без труда совершил эти наблюдения, поскольку небо вновь усыпали звезды, а под их светом я мог подробно рассмотреть пса, который расположился в ярдах десяти от меня. Вряд ли кто-либо сумел бы без содрогания глядеть на огромного хищного монстра, стоящего напротив. Вот и я не мог. Меня пробирала дрожь, и я тщетно пытался усмирить стук зубов. Впервые в жизни я не испытывал ни малейшего стыда за свой страх.
Это волк, решил я, хищник северных широт. Наверное, он пришел сюда из Канады и поселился в этом лесу. Однако же, зверюга была слишком крупной даже для волка. Я не понимал, кто передо мной, зато четко осознавал кое-что другое: если громадный пес нападет, то вмиг сожрет человека с потрохами. Нужно было уходить: срочно, но осторожно и без резких движений. Может, развернуться и спокойно продолжить путь, как ни в чем не бывало?
Я сделал шаг в сторону трассы, и пес резко вскинул голову, потревоженный звуком шаркающей подошвы. Я вновь замер. Хищник поднял заостренные уши, покрытые длинными черноватыми шерстинками, и внимательно прислушался. Он, конечно же, заметил, что я вознамерился скрыться, и псу это, кажется, пришлось не по вкусу. Он зарычал, и если до этого момента я наблюдал сходство с волком, то теперь мне стало понятно: зверюга - нечто иное. Когда монстр оскалился, обнажив зубы и десны, я увидал чудовищного размера клыки. Нет, волк, даже северный и матерый, таких зубов не имеет!
"Главное, не бежать", - велел себе я. Собака всегда преследует того, кто от неё убегает - закон жизни. Я не хотел быть схваченным, растерзанным и съеденным, поэтому решил действовать согласно первоначальному плану, то есть развернуться и уйти.
Выполнив первую часть задумки, я стоял спиной к собаке; зверюга помалкивала, и я уже было обрадовался. Ура, план работал! Но едва я приступил к завершающей стадии плана и сделал один шаг, как вдруг услыхал бешеный рев, будто кто-то завел двигатель байка. Я повернул голову и увидел, что громадный пес сорвался с места и мчится ко мне. В этот миг я совершенно позабыл о твердом намерении не бежать, поскольку мозг отказывался перерабатывать иную информацию, кроме внезапно возникшей, смертельной опасности. Итак, когда зверь бросился за мной, я кинулся наутек. Мои действия имели совершенно спонтанный, неосознаваемый характер. Ноги сами, независимо от разума, несли меня вперед.
Я вынырнул на асфальтированную трассу, не думая о том, что на дороге мог появиться мчащийся на предельной скорости автомобиль. Не исключено, что в подсознании я даже желал, чтобы дорогу вдруг осветили фары встречной или догоняющей машины. Но пока меня настигал лишь огромный хищник. Я никогда прежде не бегал так быстро да и вообще не подозревал, что способен развить подобную скорость, но всё же до меня долетал топот большущих лап и частое, тяжелое дыхание.
Мне ни за что не скрыться от хищника - я понимал это, но не желал сдаваться. После ливня дорога покрылась многочисленными лужами, огибать которые у меня не оставалось времени. Я мчался прямо по воде, и ботинки мои тоже, как другая одежда, насквозь промокли. Зверюга шлепала следом, отставая всего на несколько шагов. В это было трудно поверить: я бежал так же быстро, как собака или волк, хотя мои шаги были несоизмеримо меньше, чем его. И отчего я не стал спринтером, выбрав вместо этого юридическую стезю? Или, может, монстр нарочно давал слабому человеку фору?
Не успел я вдоволь насладиться чувством гордости, как начал постепенно выбиваться из сил. Стало жарко и хотелось скинуть пиджак. Какая досада! Я не могу даже расстегнуть его без риска быть настигнутым! Я задыхался, в висках бешено стучал пульс, а мой преследователь, похоже, ощущал себя великолепно. Зверюге было достаточно комфортно в толстой собачей шкуре. Монстр догонял, а я сдавал позиции.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
