не виделись. Поэтому не нужно перенапрягаться. И так все силы уходят на сына и на работу.
Я нехотя соглашаюсь, и мы с удовольствием пробуем приготовленные Ренатой блюда.
Когда мы заканчиваем трапезу, я иду с подругой на кухню и вкратце рассказываю о том, что сегодня случилось. О том, что мы встретились с Альпарсланом в торговом центре. О моих чувствах и диком страхе за Каана из-за того, что бывший муж захочет забрать его у меня, претендуя на отцовские права. При мужчинах я не стала поднимать эту щепетильную тему. Тем более Руслан взвинчен и готов метать молнии. Зато с подругой поделиться очень хочется, как и выговориться.
— Так вот… Он хочет сделать ДНК-тест, Рена! — Я качаю головой. — Альпарслан сразу понял, что Каан — его сын, но, видимо, нужно точно убедиться… Меня это просто выводит из себя. Если бы не Рус, я бы, наверное, так и стояла там, как каменное изваяние. Ну вот… Почему?! Почему он снова появился в моей жизни?! — возмущенно выпаливаю я. — Что я сделала не так, что он постоянно попадается мне на глаза? Я ведь дала ему все, что он просил! Все! Ну живи ты своей жизнью. Чего лезешь в мою? Я категорически этого не понимаю! Сумасшествие, не иначе. Вот что ты думаешь об этом? Неужели Альпарслан считает, что я должна забыть все и прибежать к нему? Ну это же глупость…
Подруга вдруг поджимает губы и как-то неестественно дергается, опуская глаза в пол.
Я с подозрением прищуриваюсь.
— Рена? Ты что-то хочешь мне сказать? Или как? — Пульс учащается. — Ты же мне про него ничего не рассказывала… Даже когда я однажды спросила про Альпарслана. На это была причина? Или специально?
Она отводит взгляд. А потом и вовсе отворачивается. Я неосознанно сжимаю руки до побелевших костяшек. Сглатываю неприятный комок в горле.
— Я не поняла… Ты от меня что-то скрываешь? Что именно? Можешь сказать, что происходит? Я ничего не понимаю…
Подруга шумно вздыхает, поднимая голову и впиваясь в меня растерянным и многозначительным взглядом, будто решая: сказать или нет?
— Что ты скрываешь, Рената? — повторяю вновь, но уже с нажимом. — Что ты знаешь об Альпарслане такого, чего не знаю я?
Глава 3
Впервые вижу подругу такой… странной. Она явно что-то недоговаривает. И самое главное, Рената будто не понимает, как я сейчас нервничаю. Дико трясусь оттого, что хочу узнать ответы на свои вопросы. Хочу знать, в конце концов, что творится вокруг меня, но она молчит, сжав полные губы в тонкую линию. Смотрит исподлобья.
На самом деле меня не должна интересовать информация, касающаяся Альпа. Но, черт его раздери, я же имею право знать, что от меня скрывают?!
— Рена, — настойчиво произношу. — Так что?… Скажешь мне?
— Извините, что не вовремя, — раздается хриплый голос Рустама.
От неожиданности я вздрагиваю, перевожу на него глаза и встречаюсь с его виноватым взглядом.
— Прости, не хотел пугать. Ренат, дай что-нибудь выпить. Ты же знаешь, что я предпочитаю.
— Руслан за рулём, — напоминаю я.
— Он не будет пить. Я для себя. — Улыбнувшись, Абрамов-старший разворачивается и уходит.
— Рустам хорошо высыпается, когда пьет. На работе куча дел, и партнеры не всегда настроены благожелательно, поэтому порой приходится как-то расслабляться, — тут же пояснят Рената, заглядывая в мои глаза. И, взяв бутылку и стакан, добавляет: — Сейчас вернусь и расскажу все.
Я стою у окна и разглядываю панораму ночного города. Теперь я понимаю, почему подруга любит эту квартиру и не хочет отсюда съезжать. Да потому что приятно стоять вот тут и и наблюдать за такой красивой картиной… За огоньками столицы.
В голове абсолютный хаос. Я не знаю, что думать и как пережить сегодняшний день.
Альп… Он все такой же. От него веет тяжёлой энергетикой. Неразговорчивый, хмурый и чересчур серьезный. Зато внешний вид, несмотря на тонкие нити седых волос у висков…. как всегда на высоте.
Бывший муж действительно выглядел замечательно. Может, та белобрысая хорошо ухаживает за ним? Хотя судя по теням под его глазами, которые указывают на сильную усталость, так и не скажешь.
От этой мысли я невольно хмыкаю. Раз она такая хорошая, почему Альп до сих пор преследует меня?
Лёгкое прикосновение теплой ладони к моемуу плечу заставляет прийти в себя и обернуться. Руслан впивается в мое лицо темными омутами глаз и тянется к моей щеке, гладит кожу большим пальцем. Не моргает, будто вовсе не дышит.
Впрочем, как и я.
— Давно хотел остаться с тобой наедине и поговорить.
Его низкий хрипловатый голос действует на меня странным образом.
По коже рассыпается волна мурашек, а в ушах начинает звенеть. Господи, только не это… Не хотелось бы терять хорошего друга.
— Руслан… — Хочу сказать, что сейчас не место и не время для разговоров, касающихся нас. Но замолкаю, услышав плач Каана.
Прохожу мимо Абрамова, который поджимает губы, и иду в гостиную. Сын на руках у Ренаты. Она пытается его успокоить, но малыш не умолкает.
— Иди ко мне, родной. — Забрав Каана, я прижимаю его к груди. Он сразу же цепляется за пряди моих волос, падающих на плечи, и сжимает их в крошечной ладошке. — Спать хочешь?
— Может, машинку хочет? — Мурат протягивает игрушку красного цвета.
— Он глаза трет. Спать пора, — шепчу я. — Нужно ехать домой.
Рената тут же напрягается и вздыхает, а у меня сжимается сердце. Мы так и не договорили. И, честно говоря, теперь я даже боюсь этой информации.
Подруга направляется на кухню. Я собираюсь пойти за ней, однако меня останавливает вопрос Руслана:
— Уезжаем? — спрашивает он.
— Да, подожди пару минут, пожалуйста.
Рената не решается мне что-либо говорить. Глаза мечутся. Дыхание неровное. Скорее всего потому, что это тема как-то заденет меня. Или же просто она считает, что я обижусь.
— Ренат… — начинаю я.
— Слушай, — она отворачивается от меня и впивается взглядом в окно, — я тогда тебе ничего не сказала. Потому что ты категорически не хотела слышать об Альпарслане. Но… Да, с одной стороны я понимала, что это ничего не изменит. Что эта новость ничего для тебя не значила бы… Но сейчас, раз он появился на твоём пути буквально через неделю после твоего возвращения… — Подруга пожимает плечами, разворачиваясь ко мне лицом. — В общем, я запуталась… И не знаю, как правильно донести до тебя все. Плюс я слышала разговор Рустама с твоим бывшим мужем. Мне показалось, что Рус от меня что-то скрывает. И что-то серьезное.
Рената встряхивает головой. Какой-то загадочный
