Никакого ропота. Только мрачная тишина.
— Это был символ дружбы. Способ возместить долг, — сказал Адам,
— Я бы узнал, попади она в неприятности, почувствовал бы это через кристалл и возможно помог бы ей. Таким образом кристалл оказался у нее и это все, что я сделал. Он с вызовом посмотрел на Фэй, а затем с еще большим вызовом обвел окружающих.
— Вообще-то, — да, верно, — я действительно поцеловал ее. Я поцеловал ее руку.
Лорел моргнула. Братья Хендерсон искоса посмотрели на Адама, будто хотели сказать, что он спятил, но они решили, что это его дело- что и у каких девушек он целует.
Фэй попыталась придать лицу презрительное выражение, но это не очень хорошо получалось.
— Потом я ушел с Мыса, — сказал Адам, — Я не видел Кэсси больше, пока не вернулся сюда для инициирования Кори, которое, в свою очередь, вылилось в инициирование Кэсси.
Но есть еще нечто важное. Всегда, когда я разговаривал с Кэсси, я не обмолвился ни словом о том, кто я такой, откуда я. Я никогда не называл ей своего имени. И каким образом она оказалась здесь и какие бы стихи она не писала, Фэй, — она не знала, кто я такой на самом деле. Она не знала, что Диана и я вместе. Ничего до той ночи, когда я очутился на берегу.
— Ну, тогда, я предполагаю, это отличная причина притворяться, что вы друг друга не знаете. Для того, чтобы прячась у всех за спиной встречаться! — сказала Фэй, снова наступая.
— Ты не знаешь, о чем говоришь! — сказал Адам, глядя на Фэй так, будто словно хотел ее встряхнуть,
— Мы не прятались! В первый раз мы заговорили на церемонии черепа, у Дианы в гараже, когда все пошло не так.
Да, той ночью твои маленькие шпионы видели нас вместе, Фэй.
Но ты хоть знаешь, о чем Кэсси сказала мне в наш первый разговор с тех пор, как мы встретились?
Она сказала что любит меня и знает, что это не правильно. С тех пор, как она поняла, что это не правильно, с тех пор, как она узнала, что я не просто какой-то парень с пляжа, а парень Дианы- она боролась с этим чувством!
Она даже присягу принесла- кровавую присягу- не показывать ничего ни словом, ни взглядом, ни помыслом что она чувствует ко мне. Она не хотела, чтобы узнала Диана и не желала чувствовать себя плохо или сожалеть об этом. Разве это похоже на человека, который помышляет недоброе за спинами остальных?
Круг посмотрел на него. Мелани решительно ответила. "Позволь мне разобраться. Ты говоришь, что нет ничего правдивого в обвинении Фэй?"
Адам сглотнул. — Нет, — сказал он спокойно, — Я такого не говорил. Той ночью на утесе… — он запнулся и снова сглотнул, но затем его голос окреп.
— Я не могу объяснить вам что случилось тогда, за исключением, может быть, следующего. Это была моя ошибка, не Кэсси. Она сделал все, что могла, чтобы избегать меня повсюду, держаться от меня как можно дальше. Но однажды мы все-таки остались наедине и вновь соединились той нитью…. Он смотрел на Диану без содрогания, хотя его лицо исказилось от боли.
— Я не горжусь тем, что сделал. Но я никогда не хотел причинить тебе боль.
И Кэсси абсолютно невиновна.
Единственная причина по которой она заговорила со мной тогда была в том, что Кэсси хотела отдать мне ту халцедоновую розу. Чтобы я вернул ее тебе.
Она была более чем честна и благородна тогда.
Независимо от того, чего это стоило ей."
он остановился и его рот искривился в мрачной гримасе.
— Если бы я только знал, что ее шантажировала эта гадюка …
— Прошу прощения? — прервала его Фэй и ее золотые глаза угрожающе вспыхнули.
Адам выдержал взгляд, ответив ей тем же. — А что это по-твоему было, Фэй?
Шантаж.
Твои милые маленькие шпионы видели нас той ночью — когда мы прощались и клялись никогда не видеть друг друга снова наедине. И ты решила использовать это по- максимуму! Я знал, что что-то произошло между тобой и Кэсси после этого, но даже не догадывался, что именно это было! Кэсси внезапно испугалась чего-то до смерти, но почему-то она не пришла ко мне и не рассказала, что ты… — голос Адама затих, и он посмотрел на Кэсси. Та безмолвно покачала головой. Как она могла объяснить?
— Я не хотела, чтобы ты тоже влип во все это, — сказала она приглушенным голосом, — Я боялась, что ты расскажешь обо всем Диане. Фэй сказала мне, что если Диана узнает, то…
— То что? — спросил Адам. Когда Кэсси опять покачала своей головой, он снова встряхнул руку Фэй.
— Что, Фэй? Если Диана бы узнала, это убило бы ее? Разрушило шабаш? Это ты сказала Кэсси?
Фэй ухмыльнулась. — Если бы я сказала это, разве не было бы это правдой? Поскольку все, что случилось бы после, выглядело бы именно так, — она высвободила свою руку из рук Адама.
— Итак, ты использовала против нее любовь к Динае. Ты шантажировала Кэсси, чтобы с ее помощью завладеть черепом, так? Держу пари это было отличное убеждение…
Адам только предполагал это, но его предположение попало точно в цель. Кэсси кивнула. — Я узнала, где он был…
— Но как? — прервала ее Диана, выговорив это слишком быстро, впервые обращаясь непосредственно к Кэсси. Кэсси посмотрела в ясные зеленые глаза и увидела в них слезы, которые прятались за черными ресницами.
— Я сделала то, что сказала Фэй, — сказала она дрожа, — Сначала я осмотрела кабинет — помнишь, когда я осталась на ночь и ты проснулась со мной в комнате?
Когда я поняла, что черепа там нет, то уже была готова сдаться, но мне приснился сон. Это заставило меня вспомнить, что я кое-что видела в твоей Книге Теней. Очищение темного объекта путем захоронения его в песке. Я пошла искать его на берегу и нашла в песке, под кругом из камней.
Кэсси сделала паузу, посмотрев на Фэй. Ее голос стал еще более решительным. — Как только он оказался у меня в руках, я поняла, что не нужно его отдавать Фэй. Я не должна этого делать. Но она преследовала меня и так или иначе, но, в конце концов, все равно бы забрала череп.
Кэсси глубоко вздохнула, заставляя себя встретить взгляд Дианы снова. Ее собственные глаза умоляли Диану понять. — Я знаю, я не должна была позволить ей завладеть черепом. Я обязана была противостоять ей тогда и вообще когда-либо, но я была слаба и глупа. Мне ужасно жаль, я сожалею теперь обо всем, что сделала. Мне следовало приехать сюда и рассказать все тебе, но я так боялась причинить тебе боль… — слезы оборвали ее слова и перед глазами Кэсси все стало размыто.
— И, касательно того, что говорил Адам — что все это его вина — вы должны знать, что это не так. Это была моя ошибка, и когда мы танцевали на Хэллоуине я пыталась заставить его поцеловать меня, потому что тогда я была так расстроена, что подумала это не будет иметь никакого значения с тех самых пор, как стала злой…
