Щеки Дианы были влажными от слез, но она выглядела озадаченной. — С тех пор как что?!
— С тех пор как я стала злой, — высказала Кэсси ужасную и абсолютную правду в нескольких простых словах, — Так как я ответственна за убийство Джеффри Лавджоя. Все члены шабаша уставились на нее в потрясении.
— Погодите-ка, — сказала Мелани, — Объясните еще раз…
— Всякий раз, когда кто-либо использовал череп, выпускалась темная энергия, которая и убивала кого-то, — сказала Кэсси четко и ясно, — Фэй и я использовали его перед тем, как был убит Джеффри. Если бы меня не было тогда, она не смогла бы использовать череп и Джеффри сейчас был бы жив. Итак, вы идите, что я несу за это ответственность.
Действительность вернулась к Диане. — Но ты не знала… — сказала она.
Кэсси отчаянно покачала головой. — Это не оправдание. Нет никакого оправдания ни одной вещи
о которой было бы сказано здесь- только не для того, кто сделал что-то плохое, потому что я думала, что была злой так или иначе и что,
это имело значение? Это действительно имело значение. Я слушала Фэй, и я позволяла ей запугивать меня.
"И я сохранила гематит, — подумала она, но не было никакого смысла говорить это вслух. Она моргнула, смахивая подступающие к глазам слезы.
"Я даже разрешила ей заставить меня голосовать за ее лидерство. Мне жаль, Диана, мне так жаль. Я не знаю, почему сделала это".
"Я знаю", — неуверенно сказала Диана. — "Адам уже говорил это — ты была напугана."
Кэсси кивнула. Все, о чем она так долго молчала, рвалось наружу. "Однажды начав выполнять ее задания, я уже не могла остановиться.
У нее было все больше и больше возможностей шантажировать меня.
Ситуация становилась все более и более неправильной и я не знала, как из этого всего выбраться…"
Голос Кесси оборвался.
Она увидела как Фэй вышла вперед и хотела что-то сказать, но Адам остановил ее одним лишь взглядом.
Она обернулась и увидела глаза Дианы.
Они блестели как бриллианты и были влажными от непролитых слез. Но в них было что-то еще.
Это был взгляд, который Кэсси не ожидала увидеть еще раз, особенно направленный на нее.
Взгляд был полон боли, но также прощения и тоски.
Взгляд полон любви.
Что-то сломалось внутри Кэсси, что-то твердое и плотное, что росло, с тех пор, как она начала обманывать Диану. Она сделала шаг вперед.
Она и Диана взялись за руки, и обе заплакали, держась
изо всех сил.
"Извини меня, извини меня за все," сказала Кэсси всхлипывая.
Казалось, задолго до того как Диана отступила, она отошла от группы, оглядываясь в темноту.
Кэсси вытерла щеки тыльной стороной руки.
Луна, висевшая низко над горизонтом, блестела как старое золото на волосах Дианы.
Была обсолютная тишина, за исключением далекого шума и падения волн на пляже.
Вся группа стояла неподвижно, словно ожидая чего-то, что ни один из них полностью не мог определить.
Наконец-то Диана повернулась к ним.
"Мне кажется, мы все услышали достаточно", — сказала она.
"Я думаю, я поняла, возможно не все, но большенство из этого. Слушайте, все,
потому что я не хочу говорить это снова".
Все притихли, их лица выжидающе были обращены к Диане.
Кэсси чувствовала, что сейчас будет вынесен приговор.
Диана выглядела как жрица или принцесса, высокая и бледная, но в то же время решительная.
В ней было странное благородство, аура величия и уверенности, что опровергается болью в её глазах.
Я жду, чтобы услышать своё наказание, думала Кэсси.
Что бы это ни было, она заслужила это.
Она посмотрела на Адама и увидела, что он тоже ждет.
Его выражение лица просило накаких поблажек, но Кэсси знала, что он должен чувствовать под этим.
Они стояли перед Дианой, связанные преступлением, радуясь, что оно наконец раскрылось.
"Я не хочу, чтобы кто-нибудь снова обсуждал, что случилось этим вечером," сказала Диана. Ее голос был мягким и четким.
"Никогда. Когда я закончу говорить, мы все будем считать этот вопрос закрытым.
Она смотрела на Адама, не встречаясь с его глазами.
"Я думаю," — сказала она медленно, — "что знаю, что это значит для тебя.
Такие вещи иногда случаются.
Я прощаю тебя.
И что касается тебя, Кэсси, ты виновата даже еще меньше.
Не было возможности для тебя узнать об этом.
Я не виню вас обоих.
Все, о чем прошу — "
Кэсси нервно вздохула и перебила.
Она не могла больше сдерживаться.
"Диана," — сказала она, "Я хочу, чтобы ты узнала кое-что.
Все это время, под маской,
я была сердита и ревновала, потому что Адам принадлежал тебе, а не мне.
Даже до сегодняшнего вечера.
Но теперь все изменилось.
Теперь все, чего я хочу, чтобы вы с Адамом были счастливы.
Для меня нет ничего более важного, чем ты и обещание, которое я дала."
На мгновение она подумала, а что если Адам менее важен, но она быстро выбросила мысль из головы и продолжила говорить.
"Адам и я — мы оба просим прощения. Если ты дашь нам шанс, чтобы сдержать его. только еще один шанс…"
Диана открыла рот, но Кэсси продолжала, прежде чем она смогла говорить.
"Пожалуйста, Диана. Ты должна знать, что ты можешь доверять мне, что ты можешь доверять нам.
Ты должна нам позволить доказать это."
После небольшой пауы Диана сказала: — "Да. Да, ты права."
Она глубоко вдохнула и выдохнула, смотря на Адама почти испытующе.
Хорошо, тогда, что если мы ненадолго забудем обо всем этом?
Просто-начать все с чистого листа?"
Мускул на челюсти Адама дернулся. Молча, он взял руку Дианы, протянутой к
нему.
Диана держала другую руку для Кэсси.
Кэсси взяла ее, и крепко держалась за тонкие, холодные пальцы.
Ей хотелось смеяться и плакать одновременно.
Вместо этого она неуверенно улыбнулась Диане. Посмотрев на Адама, она увидела, что он тоже пытался улыбнуться, хотя его глаза были темными, как грозовые облака над океаном.
"И это все?" взорвалась Фэй. "Теперь все в порядке, все мило и светло. Все всех любят и вы все пойдете домой взявшись за ручки?"
"Да", огрызнулся Адам, дав ей жесткий взгляд.
"Что касается последнего, во всяком случае. Мы собираемся домой — для этого время прошло."
"Кэсси необходимо отдохнуть," согласилась Диана.
Беспомощность оставила ее полностью, и хотя она выглядела более хрупкой, чем Кэсси когда-либо видела ее прежде, она также выглядела решительной.
" Нам всем нужно это."
"И нам надо вызвать доктора или кого-нибудь," — неожиданно сказала Дебора.
Она наклонила голову в сторону дома номер двенадцать. "Бабушка Кэсси…"
