В расчете сохранить трезвую голову, Настя за ужином не пила спиртного и, несмотря на светские разговоры, была собранна, словно диверсант в стане врага.
— Не хочу с вами расставаться, — заявил Иван, когда они вышли наконец из ресторана и остановились перед «Тойотой». — Может быть… Может быть, продолжим этот чудесный вечер? Заедем ко мне? У меня там вечеринка, видите ли. Думаю, веселье еще в полном разгаре, потанцуем немного. Выпьем по чашечке кофе, я познакомлю вас со своими…
Настя дрогнула. Обаяние Ивана было сокрушительным, словно сибирская река, пошедшая в разлив. Тем более что он весь вечер упорно концентрировал его на одной-единственной женщине.
Итак, сначала они поехали к нему домой и застали в квартире кучу подвыпивших гостей, которым Иван представил Настю как «очень хорошую знакомую».
Мать Ивана, невысокая блондинка, одетая в кремовое платье, была похожа на розу, тронутую увяданием. Она встретила спутницу своего старшего сына на удивление тепло и даже показала ей семейный альбом Ее младший сын еще не вышел из школьного возраста и был озабочен только тем, как бы незаметно выскользнуть на балкон и выкурить сигаретку. Ивану и Насте он постоянно мешал, потому что именно на балконе они пытались найти уединение для серии поцелуев, в процессе которых Настя потеряла сережку. Правда, она лишь мимолетно пожалела о ней.
В конце концов Иван сел за руль «Тойоты» и взял курс на ее дачу. Они единогласно решили, что лучше продолжить пить вино, оставшись наедине.
Глава 2
Любочка Мерлужина стояла у окна и пристально смотрела на луну, которая уставилась на нее огромным круглым зрачком. Полнолуние всегда вызывало у нее тревогу, а сейчас ее даже озноб пробрал — таким все казалось, вокруг торжественным и страшным. Она оторвалась от созерцания ночного пейзажа и включила торшер. Половина второго ночи — пора начинать готовиться.
Любочка сходила на кухню и принесла оттуда большое керамическое блюдо и длинную свечу в стакане, которая осталась еще с Нового года. Потом извлекла из секретера коробку с почтовым набором и достала из нее лист бумаги, украшенный узорами. Опустилась на стул и, нацелив ручку на самый верх страницы, сосредоточенно закрыла глаза. Сидела так минуты две, потом вышла из ступора и принялась быстро писать. Каждую новую мысль — с нового абзаца. Получился почти целый лист убористого текста.
Едва она закончила, как во входную дверь кто-то тихо поскребся. Словно любовник. Но это не любовник, нет! К любовникам она никогда не относилась с таким пиететом.
Любочка улыбнулась и, с грохотом отодвинув стул, полетела к двери.
— Слава богу, что ты уже здесь! Одной как-то неуютно, — сказала она и нервно хихикнула:
— Я чувствую себя язычницей.
Она повела гостя в комнату и показала рукой на стол:
— Уже все приготовила.
— И написала?
— И написала.
— Ну, давай сюда.
Он протянул красивую руку и пошевелил пальцами, ласково ее торопя. Любочка поспешно подала лист.
— Так что, начнем? — спросила она, стесняясь, что он читает так внимательно.
— Начнем. Только нам потребуется вода. Много воды. Хорошо бы набрать полную ванну. Надеюсь, у вас не отключили горячую воду?
Любочка заливисто рассмеялась:
— К счастью, нет. Мы уже пережили это стихийное бедствие в середине мая. Подожди, я сейчас.
Она побежала в ванную и завозилась там. Вскоре послышался характерный шум — она пустила воду.
Гость полез в карман и достал оттуда тонкие резиновые перчатки. Внутри они были присыпаны тальком, так что руки мягко скользнули в них. Пришелец несколько раз сжал и разжал пальцы, а потом сцепил их за спиной. Как всегда в такие минуты, он почувствовал прилив возбуждения. Даже воздух вокруг неуловимо изменился, насытившись его адреналином.
— Я зажгу свечу? — спросила Любочка, стремительно входя в комнату. Руки у нее были в капельках воды.
— Не надо, — мягко ответил тот. — Не надо ничего жечь. Мы поступим с тобой по-другому…
* * *
Поздним утром Настя открыла глаза и уставилась в потолок. Потом осторожно повернула голову и посмотрела на мирно спящего рядом Ивана. Он лежал на спине, закинув руку за голову. Не храпел, не пускал слюни и вообще выглядел до такой степени привлекательно, как будто изображал сон перед телекамерой.
Настя тихо выскользнула из постели и, прокравшись в большую комнату, плотно прикрыла за собой дверь. Подняла телефонную трубку и набрала Люсин номер.
— Это я, — сообщила она и, услышав, что близнецы орут в два горла, быстро добавила:
— Я на минутку.
— Подожди, я спрячусь в ванной! — крикнула Люся, и через минуту ее голос снова зазвучал в трубке:
— Что там у тебя случилось?
— Понимаешь, я встретила мужчину…
Люся мгновенно навострила уши.
— Мужчину? — переспросила она. — А ты убедилась, что он не аферист?
— Да, — почти шепотом ответила Настя. — Он не аферист. Он познакомил меня со своей мамой.
На том конце провода Люся громко булькнула.
— Тебе тоже кажется это странным? — быстро спросила Настя. — Такая оперативность, я имею в виду?
— А как он выглядит? — вопросом на вопрос ответила та.
— Как совместная греза тысячи француженок.
— И где он сейчас?
— Спит в моей постели.
— В твоей по…
— Послушай меня, — зашептала Настя, не давая развернуться Люсиной фантазии. — Он так хорош собой, что при взгляде на него становится не по себе.
— А зачем ты на него смотришь? Не думаю, что ты затащила его в постель только для того, чтобы на него смотреть.
— В том-то все и дело, что я не затаскивала его в постель! Это он проявил инициативу.
— Ну? — неуверенно спросила Люся. — И что?
— Это не кажется тебе подозрительным?
— А что тут подозрительного?
— Инициатива и подозрительна. Как ты не понимаешь? — возмутилась Настя. — Даже простой, как валенок, Шишкин убежал от меня! А тут совершенно роскошный мужик… Так что ты мне посоветуешь?
— А что ты хочешь, чтобы я тебе посоветовала? — на всякий случай спросила умная Люся.
— Мне кажется, что я никогда не смогу ему доверять, — с тоской заявила Настя. — Все время буду думать, что он меня для чего-то использует. Ты сама всегда говорила — нужно остерегаться красивых блондинов. Выдвигала всякие умные теории, мучила меня зарубежной статистикой…
— Странно, что он блондин, — перебила ее Люся. — Тебе ведь всегда нравились жгучие брюнеты. С карими глазами и солдатскими стрижками.
— Ага, и с родинкой на щеке, — с издевкой подтвердила Настя.
— Может быть, у тебя резко поменялся вкус?
— Исключено. Я по-прежнему без ума от брюнетов.
— Так чего ты хочешь? — нетерпеливо поинтересовалась Люся.
— Хочу, чтобы этот тип испарился, — призналась Настя. — Знаю, это звучит несколько странно из уст такой девушки, как я…
— Какая ты девушка? Тебе уже скоро тридцать лет, — напомнила наглая Люся. — И если мужик тебе не нравится, гони его в шею — неважно, красивый он или нет.
— Думаешь? — оживилась Настя. — Может быть, правда порвать с ним, и все? Вот утром позавтракаем, и я с ним порву.
— Ага, когда он уедет, так об этом и не догадавшись, — саркастически заметила Люся. — А потом ты перестанешь отвечать на телефонные звонки, опасаясь объяснений, и до тебя будет не добраться даже самым близким друзьям.
Близнецы заорали так, что стало слышно даже в ванной. Люся быстро свернула разговор, пообещав позвонить попозже.
Настя решила, что стоит напрячься и приготовить завтрак. Она не хотела ударить в грязь лицом, потому потратила на это дело кучу времени. После чего прокралась к спальне, приоткрыла дверь и заглянула в щелку.
Кровать была пуста, а на подушке лежала записка:
«Случайно услышал, что ты говорила обо мне по телефону. Не волнуйся, больше не увидимся. Иван». Вероятно, он вышел через черный ход и короткой тропинкой отправился на станцию.
— Вот тебе и раз, — вслух произнесла Настя, пытаясь вспомнить, что конкретно она сообщила подруге о своем новом знакомом. — Ничего себе приключение!
Она сама съела приготовленный завтрак и снова позвонила Люсе. Близнецы все еще орали.
— Это опять ты? — удивилась та. — Что случилось?
— Мой друг уехал, а я, понимаешь, не знаю, чем заняться, — призналась Настя, неожиданно постеснявшись сказать про бегство Ивана.
— Просмотри объявления об устройстве на работу.
— Здрас-сьте! Меня ведь сократили до того, как я побывала в отпуске!
— Ну и что?
— И когда я устроюсь на новую работу, мне долго-долго отпуска не дадут. Поэтому я как минимум месяц собираюсь сидеть дома.
— Тогда сходи на пруд! — посоветовала Люся.
— Какой пруд? У нас тут тучи.
— Ну, поиграй на компьютере в «Линии». Ты ведь дня не можешь прожить без всей этой дребедени.
Положив трубку, Настя решила последовать совету подруги и поплелась к компьютеру. Однако компьютер не грузился. Он уставился на хозяйку черным экраном, заполненным парой строк «собачьего» текста.
