Разбившись по парам: Алла – Филипп, Павел – Лиана, четверка пошла на маяк, который стоял на другой стороне маленького городка, в том месте море было глубоким. Смотритель маяка, после встречи с руками Павла, их пропустил, но сказал, чтобы вели себя тихо и не высовывались на маяке со стороны городка.
Молодые люди поднялись на площадку прожектора, их глаза невольно стали смотреть в сторону моря.
На море штормило. Белая яхта покачивалась на волнах. На яхте двое мужчин стояли в стойке борцов. Парус щелкал их по торсу, но они не реагировали на его удары.
Один мужчина сделал подсечку ногой. Второй мужчина упал и зацепился за парус.
Парус ветром отклонился за борт и человек повис над морем. Первый ударом ноги сбросил второго с паруса. Зрители на маяке онемели от зрелища, потом закричали одновременно и побежали к смотрителю просить лодку, чтобы спасти человека.
Смотритель показал на лодку, сделал движение тремя пальцами. Павел сунул ему деньги в руку, и пошел к лодке, весла в ней были вставлены в уключины.
– Девушки, оставайтесь на берегу, мы одни поплывем, – сказал Филипп, садясь в лодку, и беря в руки весла. Вскоре он ловко заработал веслами.
Лодка медленно покоряла волны. Парусник быстро уходил в сторону. У буйка виднелась голова. Человек помахал рукой. Ребята подплыли к буйку, затащили мужчину в лодку, и с трудом подплыли к берегу по волнам, которые, то их приближали к берегу, то от него относили. Мы радостно встретили ребят. Спасенный мужчина подошел к смотрителю… Смотритель вложил ему в руку деньги. Молодые люди онемели от зрелища.
– Ребята, вы, чего рты раскрыли? У нас морской спектакль по таксе. По таксе.
В городке работало сарафанное радио по рекламе маяка. Четверо молодых людей, поняли, что их просто купили, но мужчины были довольны своей смелостью, а девушки поверили, что ребята служили рядом со спецназом. Мы вернулись на дискотеку. К их возвращению публика на веранде собралась молодежная и сексуальная по внешнему виду. Две пары заняли свое место среди танцующих пар.
Музыка обволакивала их своей назойливостью. Темнота окутывала веранду со всех сторон. Светились лампы над танцевальной площадкой, да редкие фонари на дорожках.
– Филипп, а я вас так боялась, а вы такой смелый оказались, сразу бросились спасать человека с яхты, даже денег не пожалели, – тихо запиликала Алла, – нет, положительно вы мне нравитесь.
Он не ответил, только крепче прижал к себе девушку.
– Лиана, ты такая хорошая, с пушистым хвостиком волос, – сказал Павел.
– Меня так иногда называют, белочка, а то просто Лиана.
– Лиана, с вами приятно танцевать, чувствуется нежное тело под руками.
– Ой, спасибо, а мне говорят, что я поесть люблю, шутят надо мной, все шутят.
– Вы такая домашняя, как булочка, и мужа нет? Скорее нет, чем да! Правда?
– У меня и парня нет, мы с Аллой давно дружим, но мы не розовые, мы друг друга не касаемся. Мы обычные подруги со школы, и работаем вместе и учились в художественном училище вместе.
– Да и мы не голубые, а просто друзья, – ответил серьезно Павел, – а лично вы мне нравитесь, с вами уютно и просто танцевать. Легко с вами, приятно, и нет мыслей.
– И мне нравиться чувствовать ваши сильные руки, – задумчиво сказала я.
Танго кончилось. Музыка более энергичная заставила танцевать всех несколько поодаль друг от друга, такой танец позволял рассмотреть партнера, но не почувствовать его. Пара Аллы и Филиппа была чувственная, они и под шуструю музыку извивались в танце, не выпуская друг друга из рук. Прилипли друг к другу.
– Алла, пойдем, погуляем, – прошептал ей Филипп, – уйдем тихо вдвоем.
– Филипп, идем туда, куда скажешь, я за тобой пойду мой милый хоть куда.
И оба вышли из круга танцующих. Они даже не оглянулись на вторую пару, а быстро исчезли в зарослях кустарника, но, свернув с тропинки, через пару шагов остановились, их губы соединились в едином порыве чувств молодости. Филипп двумя руками подтянул девушку к себе, их тела приникли друг к другу не хуже губ, тонкие летние ткани их едва разделяли.
– Филипп, так нельзя, ты меня чуть не съел, – взвизгнула довольная Алла.
– Алла, ты чего? Я думал ты о жизни все знаешь, мне нужно немного ласки.
– Я о любви все знаю теоретически, но практически любовь не проходила, не с кем было, а мой Влад, в армии сейчас.
– О, так у тебя и парень Влад есть? Тогда перейдем к практике, ты меня заводишь, я мужчина обыкновенный, живой и армию отслужил.
– Ба! А я девушка обыкновенная, живая, но еще не обученная любви и ласки, с Владом мы до физической любви не доходили.
– О, так между нами пропасть! Алла, это где ты так сохранилась в целости?
– Филипп, я на фабрике по росписи шкатулок и сохранилась. Рисовала любовные сцены, но сама в такие сцены не попадала, я о них только в книгах и читала.
– Да, не повезло. Все, Алла, разойдемся красиво, пока еще раз не завела ты меня за горизонт любви, пока я собой владею. Я не насильник.
Они стряхнули с себя эмоции, и вышли на танцплощадку. Я, заметив, Аллу и Филиппа, радостно помахала им рукой. Они, улыбаясь, подошли.
– Павел, пошли домой, – сказал Филипп, – темно. Девушки боятся темноты, им идти далеко, а нам с тобой близко. Идем, друг. Девочки, пока! Сами дойдете? Или вас надо до дома проводить? Молчите? Правда, не хочется вас провожать!
– Дойдем, – грустно сказала Алла, – мы сами дойдем до своего дома.
– Алла, я что-то пропустила? – спросила я с глазами полными грусти.
Мы пошли по слабо освещенным улицам в сторону дома. Темнота сгущалась, тени сливались с тьмой. В траве звучало вечернее стрекотание.
– Алла, почему они нас бросили? Все было хорошо, что случилось? Объясни мне.
Такой тихий вечер, мы славно потанцевали, и все прошло. Это неправильно!
– Им нужны женщины, а мы с тобой, подруга, до них не доросли. Павлу и Филиппу с нами скучно, они – взрослые мужчины, а мы, – Алла не договорила и махнула рукой с внутренним сожалением.
– Но и мы не мужчины, да, мы ниже их ростом, и у нас есть паспорта.
– Лиана, ну ты глупая, маму слушаешь, а я тебя слушаю. А мужчинам, если ты еще это не поняла, нужны непослушные женщины.
Лидия Ивановна стояла во дворе домика под зелеными гроздьями винограда 'Лидия'.
Светила луна, темнели стволы абрикосов, в одном окне дома горел свет.
– Девочки, а что так рано? Я думала, что вас на машине привезут с цветами.
– Потому и рано, что девочки, – ответила бойко Алла.
Девушки умылись, переоделись и сели за стол, есть простые булочки и пить чай.
– Алла, ты прости, но мне как-то обидно, нам было хорошо, и вдруг все кончилось, а вы появились вдвоем недовольные друг другом…
