И не все в этом мире можно купить, дорогой самоуверенный шеф.
– Ты тоже красивая. Но она – это нечто!
Судя по горячему, обжигающему кожу жару, идущему от мужчины, Билый действительно был впечатлен. Да что удивляться, местная звезда стриптиза могла у мертвого поднять.
– Потанцуем? – спросила Анна, когда свет в зале притушили и оркестр заиграл танго.
– Нет, – упрямо тряхнул головой Билый и поднялся. – Поехали к тебе.
– Ко мне нельзя, у меня кот. Но я сняла здесь номер…
– Вот за что я люблю тебя, Анюточка, так это за рациональный ум и деловой подход.
Анна скривилась, она терпеть не могла производные от своего имени. Он бы ее еще Анкой назвал, кретин чертов!
* бутылка виски 0,33
За 12 часов до
Анна заметила, как Васька кивнул в их сторону и тотчас к столику устремились три официантки одна другой краше. Увидев вокруг себя столько выпирающих прелестей от первого до третьего размера, шеф явно почувствовал себя в раю, потому что таких щедрых чаевых это заведение, наверное, давно не видело.
– Презент от «Флибустьера», – прощебетала одна из девушек и вручила мужчине еще одну бутылку виски. – Лед и фрукты ждут вас в номере госпожи Ады.
– Вот это сервис, Анюточка! – размахивая бутылкой, как флагом, с неприкрытым самодовольством сказал босс. – Они сразу видят достойного клиента!
– Конечно, – не стала спорить Анна.
Она подхватила шефа под руку и повела к лестнице.
– А ты скоро увидишь, что я могу быть не только щедрым, но и страстным, – шепнул он ей на ухо и поцеловал в шею.
Кожу обдало горячим, но это не было приятно, напоминая сухой пустынный ветер, приносящий лишь несчастья.
Клуб находился в старом задании тюрьмы, и подвальный этаж использовался для особых ценителей. Членство во «Флибустьере» стоило в год, как хороший автомобиль престижной марки, да еще нужно было получить рекомендации нескольких уважаемых членов клуба. С улицы можно было попасть лишь в ресторан, но настоящие ценители собирались в закрытых залах, куда Анну даже Васька провести не мог. Она была там лишь однажды, когда друг проводил ей экскурсию по «Флибустьеру», зато впечатлений от тайных и постыдных желаний богатых завсегдатаев заведения, хватило надолго.
Анна же сюда приходила за адреналином, драйвом и легким флиртом, и никогда за отношениями. После развода постоянные отношения ее пугали. Неудачный брак...
Бесстрастный охранник в черной форме открыл перед ними решетку, перегораживающую проход, и с лязгом захлопнул за спиной. Билый чуть заметно вздрогнул и приложился к бутылке. О да, обстановка внушает трепет и страх, особенно тому, кто не любит платить налоги. Анну так и подмывало спросить, не трудно ли ему жить с нечистой совестью?
– Молодец владелец клуба, – оглядываясь по сторонам, пробормотал шеф. – Глянь, сделал деньги даже из этого заброшенного здания. А ведь три года назад за эту тюрьму на аукционе просили три копейки… Ремонт минимальный, только канализацию и отопление поменял…
Анна толкнула дверь камеры номер семнадцать.
– О, а здесь вполне прилично.
Билый галантно пропустил Анну вперед и захлопнул за ними дверь.
Внутри действительно было прилично. Небольшое зарешеченное окошко под самым потолком, раковина, унитаз, привинченная к полу железная кровать с прикованными к изголовью наручниками. Матрас застелен черной простыней. На маленьком столике блюдо с фруктами, ведерко со льдом и два граненых стакана.
– Сыграем в плохого полицейского? – хохотнул Билый и поставил бутылку на стол. – Я с удовольствием тебя обыщу, а потом накажу за растрату…
Он сделал шаг к Анне и, обхватив ее за талию, прижал к стене, рука заскользила по бедру, сжала ягодицы, в то время как губы целовали шею и ключицы, опускаясь все ниже к кружевной кромке корсета.
– Все время хотел узнать, настоящие у тебя волосы или...
Как же ей надоели эти вопросы! « Это твой родной цвет? А почему сама без веснушек? А длина такая от природы или нарастила? Что, вьются тоже сами по себе? Не может быть! Ты наверное никогда не стриглась!» Стриглась! Но волосы в их семье растут у женщин быстро и рыжий с золотом это их природный семейный цвет! Но каждый раз что-то доказывать и отвечать надоело, вот и сейчас Анна просто промолчала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
За 10 часов до
Анна прикрыла глаза, пытаясь представить на месте Билого кого-то другого, да хотя бы того голубоглазого Мрака, которого встретила вечером, но получалось плохо. Она сама не ожидала, насколько трудно ей будет выдержать прикосновения шефа.
Отвернув голову в сторону, положила ладони на обтянутые пиджаком плечи, отстраненно фиксируя в сознании движение мужской руки. Шеф попытался стянуть с нее брюки, но Анна не зря надела кожаный ремень, да еще и застегнула его на последнюю дырочку. Билый недовольно засопел, девушку обдало резким порывом горячего ветра. О, шеф изволит злиться. А вот странно, отчего мужская энергия ею ощущается как движение воздуха? То ледяного, то сухого и горячего… Странно это. А может, и не странно – что она знает о работе подсознания? Может, это такой подвыверт больного мозга?
– Не торопись, – Анна вывернулась из объятий пылкого ухажера и властным жестом толкнула его в сторону кровати. – Сядь. В этом месте плохой полицейский я. Руки за голову!
– О, – только и смог вымолвить шеф, с жадным удовольствием глядя на девушку.
Анна уперла колено между его ног, склонилась к лицу и выдохнула в губы:
– Будешь хорошим мальчиком – получишь награду.
А будешь плохим – получишь ремня. А вот это уже хорошо, вот такая энергия, легкая и мягкая, ей нравилась больше. Анна вытащила из кармана черную широкую ленту и завязала шефу глаза. Он попробовал ее полапать, но получил по рукам и принял правила игры.
– Тебе понравится, Босс, – томно мурлыкнула она, стягивая с мужчины пиджак. – Ты никогда об этом не забудешь. Никогда. Я обещаю.
Билый попытался что-то сказать, но Анна приложила пальчик к его губам. Расстегнула рубашку, провела ладонями над обнаженной грудью, пощекотала, вырывая из уст мужчины тихий нетерпеливый стон. Ему не нужны были прелюдии, он жаждал большего, но Анне было глубоко плевать на его желания.
– Нравится?
Анна точно знала, что нравится, да и заметно это было. А теперь, мой дорогой шеф, мы снимем рубашку с одной руки и аккуратненько защелкнем на запястье кольцо наручника.
– Тссс… – придержала она за плечо дернувшегося мужчину. – Стоит доверять своему главному бухгалтеру, Босс.
– Аню-юточка, – протянул директор « Билого паруса». – Проказница-а…
– Еще какая, Босс.
Стянуть штаны оказалось делом минуты, а вот с туфлями пришлось немного повозиться, шеф любил обувь на шнуровке. Анна прикинула, как ее драгоценный директор будет смотреться на фото голым, но в черных носках, и решила оставить эту несомненно важную часть мужского гардероба. А вот боксеры…
– Да вы у нас, Босс, тоже шалунишка, – интимно сообщила она Билому на ухо. – Настоящий хищник.
Фу, какая гадость! С боксеров на девушку скалилась морда серого волка.
– Поторопись, Анюточка, если хочешь вернуть премию, – напомнил шеф.
Анну от омерзения чуть не стошнило. Ну уж нет, это она точно делать не станет, даже за три премии.
– Нет, нет, руки не распускать. Приподнимитесь, Босс.
Может, утащить на память? Хотя зачем ей этот забавный трофей, вот если бы вместо волка был котик, точно бы не удержалась. Ого, а девчонки не преувеличивали, когда шептались о любимом начальнике. Богат мужик! Жаль, козел.
– На живот!
– А может, сыграем в наездницу? – драгоценный начальник приподнял бедра в вульгарном движении, имитирующем скачки.
– Только после эротического массажа…
Вашего «сидетельного» нерва, шеф.
– Злая ты, Анюточка, – сказал он, но на живот лег и тут же оказался пристегнут и за вторую руку.
Все же Билого сильно развезло, будь он трезвым, ни за что бы не позволил застегнуть на себе наручники.
