Читаем без скачивания Звёздный «Кентавр». Первая ступень - Геннадий Ангелов

— Лёшка! — услышав за спиной знакомый голос, и повернулся.

В переулке стояли мои одноклассники, и улыбались.

— Ты куда? Давай с нами, есть на примете одна квартира, там можно хорошо поживиться, — сказал Иван.

Это был стройный парень, с правильными чертами лица. Кудрявыми волосами, светлыми глазами, и с постоянной открытой улыбкой. Он был предводителем шайки наглых отморозков, опустошавших квартиры богатых горожан и случайных зевак на улице.

— Струсил? Или всё в армию свою хочешь? — сказал Иван, с ехидством в голосе.

— Давай, с нами, добыча лёгкая, — поддержал Ивана, Серёга. — И выпивка будет и жратва.

Я покачал головой, подняв воротник в куртке, зашагал прочь. С кем с кем, но вот с ними, мне явно было не по пути. Они, что-то ещё кричали вслед, но я был твёрдо настроен, порвать с ними раз и навсегда. Надоело воровать и жить за счёт горя и нужды остальных людей. В конце концов, делая лучше себе, я причинял боль и страдания другим людям. Отец меня предупреждал, что всё может закончиться тюрьмой, или электрическим стулом. Перепрыгивая через каменный завал, я увидел то, что осталось от дома. После стихийных событий, которые произошли в нашей стране, найти виновника трагедии, было практически невозможно. Люди и не старались это сделать. Кто и когда нажал на кнопку ядерных ракет, в настоящее время не имело значения. Когда люди смогут восстановить то, что было разрушено, и наладить нормальную жизнь, вот тогда, скорее всего, и найдётся виновник всех бед. Мне ужасно хотелось посмотреть в глаза этой твари, у которой не дрогнула рука разрушить то, что строили столетиями. Об армии я думал всегда, несмотря на то, что мои родители были противниками этой затеи. Мне всегда снился один и тот же сон, в котором я командир звёздного корабля. С годами это желание росло, но заикаться отцу и матери я боялся. Только к окончанию школы, я решился на серьёзный разговор с отцом.

— Папа я хочу пойти в армию, — сказал я, заикаясь и краснея.

Отец только что пришёл с работы и собирался ужинать.

— Куда, ты пойдёшь?

Он посмотрел на меня с недовольным лицом. Широкие скулы, сжатые в тонкую полоску губы отца, напряглись и задёргались.

— В армию, я решил, что так будет лучше всего.

— А о нас с матерью ты подумал?

Отец положил на стол вилку и отстранил тарелку.

— Мы всегда мечтали, что ты станешь адвокатом, или же врачом. Сын ты у нас единственный, и нам бы не хотелось, получить на тебя похоронку. Конечно, федеральным силам просто необходимы новобранцы, но я никогда не думал, что одним из них станет мой сын.

Он почесал небритый подбородок, и стукнул со всей силы по столу. Да так, что тарелка с едой полетела на пол. Я сжался от страха, в ожидании серьёзного скандала.

— Какой из тебя солдат? Посмотри внимательно в зеркало. Ты же даже подтягиваться толком не умеешь.

— Ну, и что? Этому я научусь в учебной части, тем более, что долг каждого гражданина обязывает пройти воинскую службу.

— С тобой всё в порядке? Не похоже на это…

Он тяжело вздохнул и уселся в мягкое кресло.

— Я помню, как ты маленьким подрался с соседскими мальчишками, и потом две недели не выходил из дому. Чуть позже ты украл у меня сигарету, пробуя курить. Помнишь, что вышло из этой затеи?

— Помню, тогда я до ночи блевал в туалете.

— Через год тебя начали интересовать девочки, которые как ты уже соображал, устроены по-другому. Я пытался относиться с пониманием к тому, что ты растёшь, и не старался наказывать. Вот я в молодости коллекционировал холодное оружие, но со временем оно мне наскучило, и я бросил эту затею. Я даже в детстве писал стихи, представляя себя великим поэтом. Это я тебе рассказываю для того, чтобы ты относился к жизни серьёзно, и берёг себя, не растрачивая на всякие пустяки.

— Но папа, я же всего на один срок пойду в армию. Два года это не вечность. И я не собираюсь после контракта, продолжать служить. Всего два года.

Я посмотрел на отца с жалостливыми глазами. Ещё бы чуточку, и я бы зарыдал как ребёнок.

— Отслужу, вернусь домой, и поступлю в институт, учится.

— Я постараюсь тебе пояснить сынок, то, что ты в восемнадцать лет, должен сам понимать. Времена сейчас трудные, и наша семья борется за выживание. И ты видишь, легче не становится. Я до ночи вкалываю на заводе, мать на фабрике, и ты для нас последняя надежда. Все эти мальчишеские мечты о красивой форме, полётах в космос, не более чем мечты. В нашем роду не было военных, даже в прошлых столетиях. Кто тебя сбил с пути правильного? Скажи.

— Никто меня не сбивал. Я уже достаточно взрослый, и хочу сам принимать решения.

— И ты ни разу не был на вербовочном пункте?

— Нет, отец, я там не был.

— Ты пойми, если бы шла война… Тогда я сам бы отправил тебя служить. Но войны закончились, страна поднимается из пепла и руин. Для чего идти в армию? Чтобы защищать другие планеты? Но что тебе до них? У землян достаточно прочные отношения с другими мирами, нам помогают исправить то, что произошло. Эти бездельники, живут за счёт всех нас. Армия давно потеряла своё лицо, и мой сын хочет пойти служить. Не понимаю…

— А если на Землю нападут?

— Никто не нападёт, уверяю тебя. Если, к примеру, такую ситуацию смоделировал основной компьютер, тогда население об этом оповестили, и начался срочный призыв в армию. Это называется мобилизация. Но я уверяю тебя, что такого не случится. Если есть желание, полететь в космос я не возражаю.

— Это как? — спросил я с удивлёнными глазами.

— Очень просто, у нас с матерью, есть не большие сбережения. Мы сделаем тебе подарок. На твой день рождения купим билет на Луну. Полетишь, увидишь своими глазами землю из космоса. На Луне будет экскурсия. Ну как? Может, тогда поймёшь, что армия тебе совсем ни к чему.

Я не знал, что ответить, и стоял, хлопая удивлённо ресницами.

— Уверен, что мама возражать не станет, я сам с ней поговорю.

Отец поднял с пола тарелку, и опустил в умывальник.

— Даже не знаю папа, что ответить.

— Ты не торопись, утро вечера мудрёнее.

В ту ночь, я не спал до утра, не веря в то, что смогу полететь на Луну. В школе на перемене, я позвал Сашку, своего лучшего друга, и рассказал ему о разговоре с отцом.

— Повезло тебе, мне бы билет на Луну.

Он достал сигарету и долго мял её пальцами. Волосы Сашки были всклочены, чёрные глаза блестели, выражая болезненную заботливость. Длинный крючковатый нос, как у коршуна, и острый подбородок, служили поводом насмешек для одноклассниц.

— Брось, вдруг, кто-то из учителей увидит, — сказал я.

— Ерунда, мне плевать на них, осталось две недели и прощай школа навсегда!

— Тебе, что всё равно, какие оценки будут в аттестате?

— Конечно, всё равно, отец нашёл место на заводе, и я сразу иду работать.

— Так, ты передумал в армию идти? — спросил я у Сашки.

— Да. Не хочу погибнуть на Миксе, или Таире. Нас и тут неплохо кормят.

Он ухмыльнулся, и направился восвояси. До звонка, я в одиночестве ходил по школьному двору, раздумывая о жизни. После без настроения отправился на военную подготовку.

Глава 4

На уроке преподаватель Николай Петрович, долго смотрел в журнал, проверяя, все ли ученики на месте. Сняв очки, он потёр красные, скорее всего от бессонницы глаза, и вытер салфеткой очки.

— Ну, кто сегодня будет отвечать?

В глазах его появилось обычное недоумение от общего молчания. Одноклассники тупо уставились в тетради, не желая выходить к доске. Он поднялся со стула и направился в конец класса. Правую ногу он заметно тянул, и ботинок издавал противный писклявый звук, от натёртого до блеска пола.

— Что из вас получится, ума не приложу? Скоро вы заберёте аттестат, и увидите оценки, которые многие заслужили. Мне неприятно говорить об этом, ведь я так и не смог вложить в вас знания в полном объёме. Может я плохой учитель?

Он взял в правую руку длинную указку и постучал ей по подоконнику. Я понимал, что терпение у него заканчивается, и вот-вот начнётся экзекуция.

— Неужели вы так и остались тупыми и беззащитными сосунками?

Он вздохнул, и поправил чёрный в полоску галстук.

— Вы заставляете меня понимать, что ваш выпускной класс, это моя неудача. Никто из вас не проявлял ни какого интереса к учёбе. Почему? Я задаю сам себе этот вопрос, и увы не нахожу ответа. Обучающую программу может выдать компьютер, в течение нескольких секунд. Но, к большому сожалению, ни он, ни я не сможет заставить человека думать. История повторяется, и то, что происходило сотню, тысячу лет назад, может вполне случится сегодня или завтра.

— Суворов!

Он приблизился ко мне и положил руку на плечо.

— Ты не глупый парень, наверное, можешь рассказать о великих полководцах. Кто они? И чем прославили имя своё?