Читаем без скачивания Ночь игуаны - Теннесси Уильямс

Шеннон. Черт бы вас побрал, да я ни разу в жизни не произнес безбожной проповеди…

Из-за угла веранды появляется мисс Феллоуз; она устремляется к Шеннону и Мэксин – та выскакивает из гамака.

Мисс Феллоуз. Я уже позвонила. Счет за разговор мне переведут в Техас.

Мэксин пожимает плечами и отходит в сторону. Мисс Феллоуз выходит на середину веранды.

Шеннон (сидя в гамаке). Извините, мисс Феллоуз, я не встаю, но мне… Присядьте, пожалуйста, на минутку – хочу вам признаться кое в чем.

Мисс Феллоуз. Интересно, в чем же?

Шеннон. У каждого может наступить в жизни такой момент. Я потерпел аварию, но…

Мисс Феллоуз. А как это возместится нам?

Шеннон. Я что-то не совсем понимаю вас, мисс Феллоуз. (Садится прямо и смотрит на нее, кротко, смущенно, явно рассчитывая смягчить наконец это каменное сердце.) Я открываю вам душу, сознаюсь, что дошел до точки, натянул лямку, что называется, до отказа, а вы: «А как это возместится нам?»! Не надо, мисс Феллоуз, прошу вас. Не заставляйте меня поверить, будто взрослый, разумный человек может требовать с ближнего еще и каких-то возмещений, когда ближний и без того дошел до точки и нет ему дальше ходу, как он ни рвется… как ни тщится доказать, что все ему нипочем. Не надо… не надо… это бы…

Мисс Феллоуз. Что? Договаривайте…

Шеннон. …поколебало, если не совсем разрушило во мне и без того некрепкую веру в то, что человек от рождения добр.

Мэксин (появляясь на веранде с носками Фреда). Ха!

Мисс Феллоуз. И вы еще смеете спокойненько сидеть тут, вернее сказать, лежать, да, да – валяться и разглагольствовать о…

Мэксин. Ха!

Мисс Феллоуз. …о человеческой доброте! А сами понятия не имеете даже об элементарнейшей пристойности. Ну и лежите здесь, валяйтесь. А мы едем!

Шеннон (поднимается с гамака). Мисс Феллоуз, по-моему, руковожу группой все-таки я, а не вы.

Мисс Феллоуз. Вы?! Да вы только что сами признали, что не годитесь для такой работы.

Мэксин. Ха!

Шеннон. Мэксин, может быть, вы…

Мисс Феллоуз (холодно прерывая его в праведном гневе). Вот что, Шеннон. Мы, девушки, работали как каторжные, трудились весь год в поте лица ради этой поездки в Мексику, а поездка оказалась сплошным надувательством.

Шеннон (про себя). Фантастика!

Мисс Феллоуз. Да, сплошным надувательством! Вы не придерживались ни расписания, указанного в проспекте, ни разрекламированного там маршрута. И нам не важно, кто кого водит за нос: ваша фирма нас или вы фирму, – я уже пустила в ход все свои связи и не остановлюсь ни перед чем.

Шеннон. О мисс Феллоуз, да разве нам обоим не ясно, что все эти истерические выходки, которые джентльмену по рождению и по воспитанию и не пристало бы выслушивать, в данном случае просто несостоятельны и вызваны совсем не теми тривиальными причинами, на которые вы ссылаетесь. Так не лучше ли сразу назвать истинную причину…

Мисс Феллоуз. Причину чего?

Показывается Шарлотта.

Шеннон. Вашей ярости, мисс Феллоуз. Вашей…

Мисс Феллоуз. Шарлотта. Иди вниз к автобусу!

Шарлотта. Джуди, они там…

Мисс Феллоуз. Что тебе сказано! Сейчас же вниз!

Шарлотта повинуется, как вышколенная собачонка. Мисс Феллоуз снова устремляется к Шеннону, который, подойдя к ней ближе, примирительно опускает руку ей на плечо.

Мисс Феллоуз. Руки прочь!

Мэксин. Ха!

Шеннон. Фантастика! Ну, мисс Феллоуз, погорячились, и хватит, а? Пожалуйста! А теперь я в самом деле прошу вас разрешить дамам подняться сюда, чтобы убедиться, как здесь удобно, и сравнить это с тем, что они видели в городе. Мисс Феллоуз, ведь еще есть на свете уголки, полные очарования, а в других местах одна скучища да убогая имитация модных техасских мотелей.

Но мисс Феллоуз бросается к тропинке посмотреть, послушалась ли ее Шарлотта.

Шеннон идет следом, все еще надеясь умилостивить ее. Мэксин еще раз произносит свое «ха!» и, когда Шеннон проходит мимо, хочет ласково погладить его, но он отбрасывает ее руку, продолжая взывать к мисс Феллоуз.

Мисс Феллоуз. Я, кстати, заглянула в номера: по сравнению с ними самые захудалые меблирашки – апартаменты у «Ритца».

Шеннон. Мисс Феллоуз, я служу у «Блейка» и потому не вправе сказать вам со всей откровенностью, как неточен их рекламный проспект. Да они попросту и Мексики-то не знают толком. А я знаю. Так же доподлинно, как и другие пять континентов на…

Мисс Феллоуз. Мексика – континент? Вы что, не учили географии?

Шеннон. У меня степень доктора богословия, которую я получил в Сьюэни, география же за последние десять лет стала моей специальностью, дорогая моя мисс Феллоуз. Назовите-ка мне туристическое агентство, в котором бы я не работал. Не сможете! А сейчас я работаю у «Блейка» только потому…

Мисс Феллоуз. Потому что вам жизнь не в жизнь без невинных несовершеннолетних девчонок.

Шеннон. Ну, ну, мисс Феллоуз… (Снова касается ее плеча.) Мисс Феллоуз. Уберите руку!

Шеннон. Я уже давно замечаю, что вы почему-то сердитесь и в плохом настроении, но…

Мисс Феллоуз. О, так вам кажется, что одна я в плохом настроении?! А по-вашему, колесить в этом душном автобусе по проселкам, да с горы на гору, пока всю душу не вытрясет…

Шеннон. Мне одно ясно: вы – заводила этого бунта.

Мисс Феллоуз. Вся группа больна дизентерией.

Шеннон. Ну, уж это не моя вина.

Мисс Феллоуз. Именно ваша!

Шеннон. Еще до въезда в Мексику, в Нью-Ларедо, на границе, я собрал вас и роздал отпечатанные на гектографе инструкции, в которых сказано, что можно есть и чего нельзя, что можно пить и что не рекомендуется…

Мисс Феллоуз. Дело не в том, что мы ели, а где нас кормили.

Шеннон (качая головой, как метроном). Это у них не дизентерия.

Мисс Феллоуз. Но это результат питания в таких заведениях, которые без всяких разговоров закрыла бы любая санитарная комиссия…

Шеннон. Минуточку…

Мисс Феллоуз. …за несоблюдение элементарных правил гигиены.

Шеннон. Да это не дизентерия, не амебное заражение, а самый обыкновенный…

Мэксин. «Месть Монтесумы»! Вот как мы это называем.

Шеннон. Я ведь раздавал пилюли, снабжал вас микстурой, поскольку знал наперед, что ваши дамы скорей выберут «Месть Монтесумы», чем потратят пять сентаво на минеральную воду в бутылках.

Мисс Феллоуз. Вы сбывали ваши пилюли с прибылью в пятьдесят центов с пузырька!

Мэксин. Ха-ха! (Ударом мачете раскрывает кокос и приготавливает ром-коко.) Шеннон. Знаете, мисс Феллоуз, шутки шутками, но такие обвинения…

Мисс Феллоуз. Я справилась о цене в аптеке, я вас давно подозревала.

Шеннон. Мисс Феллоуз, я – джентльмен и не позволю оскорблять себя. Имейте в виду: я не потерплю таких оскорблений даже от члена своей группы. И мне кажется, мисс Феллоуз, вы не должны еще забывать, что разговариваете с лицом, посвященным в сан.

Мисс Феллоуз. С расстригой, выдающим себя за священника!

Мэксин. Может, выпьете ром-коко? Для гостей – бесплатно. (Не услышав ответа, пожимает плечами и выпивает ром-коко сама.) Шеннон. Мисс Феллоуз, в каждой партии найдется недовольный, которому все не так, как ни старайся сделать поездку… более интересной, не стандартной, придать ей нечто своеобразное, какой-то особый «штрих Шеннона».

Мисс Феллоуз. Жулика… Попа-расстриги!

Шеннон. Мисс Феллоуз, не надо, не надо, не надо… Уймитесь! (Он близок к истерике. Выкрикивает что-то нечленораздельное, потрясает кулаками, мечется по веранде и, пытаясь перевести дух, прислоняется к столбу.) Не надо… не унижайте… человеческой… гордости!

Женский голос (снизу). Джуди?! Они уносят багаж!

Мисс Феллоуз (кричит). Девушки! Девушки! Держите чемоданы! Не давайте уносить наши вещи в эту мусорную яму!

Женский голос. Джуди! Нам с ними не справиться!

Мэксин. Эти парни понимают только по-испански.

Мисс Феллоуз (Мэксин, в ярости). Будьте любезны приказать им отнести наш багаж в автобус. (Кричит вниз.) Девушки! Держите свои вещи! Не давайте уносить их! Мы поедем обратно в А-ка-пуль-ко! Слышите?

Женский голос (внизу). Джуди, девушки хотят сначала поплавать.

Мисс Феллоуз. Иду! (Бежит вниз, на ходу кричит мексиканцам.) Эй вы! Мальчики! Muchachos! Несите вещи вниз!

Вскоре крики замирают. Шеннон, вконец расстроенный, ходит по веранде.

Мэксин (качая головой). Шеннон, отдайте ключ, и пусть убираются.

Шеннон. А я?

Мэксин. Останетесь здесь.

Шеннон. В спальне Фреда?! Ну да, конечно, в спальне покойного Фреда.

Мэксин. Может обернуться и хуже.

Шеннон. Хуже? Ну что ж, пусть… Пусть хуже!.. Пусть!

Мэксин. Ну, ну, малыш…

Шеннон. Если может быть еще хуже – пускай. (Цепляясь за перила лестницы, смотрит широко открытыми, потерянными глазами. Грудь бурно вздымается, как у бегуна после длинной дистанции. Он весь в поту.) Мэксин. Давайте-ка ключ от машины. Я отнесу его шоферу, а вы пока выкупаетесь, беби, отдохнете, выпьете ром-коко.

Шеннон неуверенно качает головой. Из пальмовой чащи слышатся резкие крики птиц. На тропинке голоса.