же чтобы контролировать их действия. Шаг влево, шаг вправо считается побегом, прыжок на месте провокация, за нарушение в зависимости от фантазии хозяина, может лишь слегка придушить, либо и вовсе голову оторвать.
— Одевай-одевай, лисенок, иначе это сделаю я, и не знаю понравится ли тебе… — более сильного стимула у меня еще не было. — Ха-ха, молодец! Теперь ты мой питомец. Я буду холить и лелеять тебя, но как и говорил если ты мне понравишься. Так что постарайся…зови меня хозяин или же господин, или же Маркус, но только если мы с тобой одни. Как сейчас.
— Маркус… — дрожащими губами едва смогла выдавить из себя его имя. — Где здесь…где здесь…
— Туалет? Ну-ну, не надо так краснеть, поверь это вполне нормально, что тебе туда хочется, я тоже иногда его посещаю. Ха-ха. Пойдем провожу. Не шарахайся, ты питомец, и должна с радостью принимать ласку хозяина. Но так и быть, я сделаю тебе поблажку, сегодня и еще три дня пожалуй, пока буду играть с Киром, а ты привыкай. Да, привыкай. Вот и пришли. Кстати, может заодно и ванну примешь, а то пахнешь ты, мягко говоря, отвратительно.
Я смогла кивнуть и запрыгнуть в большую ванную. В просторной и светлой комнате упала на кафельный пол и содрогнулась всем телом. И что мне теперь делать? Вариантов…нет их. Ошейник может снять лишь…М-мм-маркус…боги, ужас-то какой! Если хочу жить надо танцевать, и делать это так чтобы у него рука не поднялась от меня избавиться. Вдруг, чем боги не шутят, когда-нибудь появится возможность сбежать…хотя о чем я! Ни разу никто не слышал, чтобы хоть кто-то смог уйти от него. Он нашел всех, рано или поздно, но нашел и лично занимался их наказанием. То что оставалось после этого опознанию не подлежало.
Что делать? Жить…как бы ни страшила меня перспектива, но надо жить, пусть с крохотной фантастической надеждой, но жить! Жить, мать его! А не расклеиваться как блаженной… Велес бы сам меня пристукнул, если бы я вздумала сдаться. Он всегда говорил, что не смотря ни на какие препятствия и испытания, нужно держаться и подстраиваться, а потом как представится возможность менять ситуацию под себя. Вот именно этим мы и займемся, ждать случая и привыкать…думать и смотреть, искать выход…а пока меня ждет унитаз и ванна.
Впервые нежась в такой огромной и удобной ванне, не экономя воду, к тому же и горячая в неограниченном количестве, я с болью и грустью рассматривала пенную шапку. Читать и говорить я умею на нескольких языках…не как носитель и даже не как ученик, но понять вполне могу. Да уж, кого только не заносило в наш Старый дом. Я не упускала возможности научиться новому, вообще жила быстро. Каждый день не проходил, а пробегал. Я носилась от одного места работы к другому, и там тоже все делала быстро, четко и старательно. За это иногда мне перепадало что-нибудь. Например в кафе где я помогала с уборкой и мусором, мне иногда отдавали остатки, и тогда дома был почти праздник. На складе, где в основном складировали бытовые мелочи, мне иногда давали просроченное мыло или порошок. На вещевом рынке, удавалось прибарахлиться за копейки. А еще я иногда была моделью. Юные стилисты не могли пройти мимо таких волос как у меня, именно поэтому они у меня ухоженные и подровненные.
— Лисенок… — дверь открылась, хотя я вроде бы ее закрывала. Вошел Маркус и еще какой-то мужчина. — О, я смотрю ты расслабляешься. Это ты молодец, из всякого положения нужно извлекать пользу. Этим ты мне уже нравишься, не истеришь, не кричишь, да и вообще тихая девочка. Встань, будь любезна. — от просьбы я сначала покраснела, потом побледнела. Но ослушаться не посмела. — Молодец-молодец. Смотри Джер, вот на это чудо мне нужна самая лучшая и подходящая одежда. Хм, только смотри так чтобы и на вырост, а то тоща, да…надо бы откормить…
— Завтра утром доставят часть, господин Риошэ. Хм, потрясающая фактура, думаю смогу подобрать для вашей питомицы множество прелестнейших нарядов. — под изучающими взглядами мужчин я меняла цвет как хамелеон…
— Это замечательно, Джер, просто замечательно. Можешь идти. — Джер этот вышел, а я затряслась. — Ну-ну, лисенок, не боись. Я конечно не тот с кем следует знакомить маленьких девочек, но очень редко могу себе позволить грубость по отношению к детям…только если они меня не бесят. Так что не раздражай меня и будешь цела и невредима. Заканчивай.
Ванна мне перестала нравиться сразу же после его ухода. Не радовала ни горячая вода, ни вкусно пахнущие гели, шампуни, бальзамы…но и противоречить я не решилась…ха…жить нужно детонька, жить…и устраиваться с максимальным комфортом, как когда-то говорила Ильма. Вот и будем искать этот самый пресловутый комфорт в этой ситуации.
— Маркус… — вышла из ванной и прошла в комнату с баром. Завернутая в огромное полотенце и босая…жалкая…
— Лисенок, иди сюда, поужинай со мной. — голос доносился из соседней комнаты, куда я и направилась. Маркус переоделся и все равно от одного его вида становится страшно. — Боишься? — я лишь кивнула и залезла на высокий стул. — Кушай, лисенок, кушай, а то и смотреть на тебя без одежды страшно, сплошные кости!
— Я много бегала…Велес говорил, что жиры просто не успевают прижиться во мне.
— О, Велес…да помню я этого старого бродягу. Умный был, умный…но мягкий, к сожалению, иначе бы я взял его к себе. Но он не захотел…а я не стал настаивать, слишком умный он был…н-да. Значит ты его воспитанница, значит тоже, достаточно умна, должна быть. Танцевать когда будешь?
— Я…мне нужны веера… — сказала и испуганно посмотрела на хозяина…какое же противное слово. — Специальные, те что у меня были сгорели, а без них не так…
— О, это интересно. Но вот только нет у меня их, так что думай. Завтра я бы хотел увидеть хоть что-нибудь.
— Тогда… — конечно это не совсем то, но на часть номера хватит. — Тогда, найдутся два обычных кнута? — изуродованная шрамами бровь дернулась, и я решила пояснить. — Этого хватит на часть номера, который более-менее отработан, но веера все равно лучше…правда будет лучше если их сделает божественный мастер. Они очень специфические…
— Несколько? В чем именно состоит твой талант?
— Я могу выражать эмоции, или какую-то одну возвести в абсолют.
— Не
