Читаем без скачивания Большие гонки - М. Ишкова

Совсем рядом, по другую сторону движущегося тротуара, три девушки-подростка, сгрудившись возле скамейки, громко спорили по поводу того, где им лучше пообедать. Две из них стояли лицом к Тренту и его пожилому дружку, а третья смотрела на подруг, так что парню была видна только ее спина и маленькая, затянутая в обтягивающее платье из зеленой кожи попка. Платье доходило до середины икр, ниже поблескивали серебряные с травянистым отливом чулки и черные туфли до щиколоток. Волосы у девицы были длинные, прямые и иссиня-черные.

- Все должны работать, Трент, - продолжал увещевать его Боне. - Каждый человек должен с утра к чему-то приложить руки, чтобы вечером у него было чем заплатить за кусок хлеба. - Договорив, чернокожий акробат задумчиво пожевал губами, словно решил лично разжевать эту мысль и вложить ее в голову хорошего, но непутевого, по его мнению, паренька. Наконец разжевал и назидательно добавил: - В том и состоит истина. - Неожиданно Боне встрепенулся, брови у него вздыбились, и он торопливо спросил: - Ты полагаешь, эти шестеро меднолобых явились за тобой?

Девушка в платье из зеленой кожи, стоявшая непосредственно перед Трентом, ухватившись за замок, прижимала к бедру дамскую сумочку. С первого взгляда было видно, что сумочка дорогая, сделана со вкусом. Платье тоже было не из дешевых. Сверкающие алые застежки-молнии проходили по бедрам, ягодицам, по спине и уходили к груди, придавая платью сходство с очищенным апельсином, слегка разделенным на дольки.

- Итак, когда они появились, Боне? - не обращая внимания на вопросы акробата, спросил Трент. Тот с горечью вздохнул:

- Где-то в половине восьмого. Я как раз завтракал наверху, в буфете на втором уровне. До сих пор я их здесь не встречал. Потом, во время выступления то и дело замечал их в толпе. Мне показалось, что они на работе: рожи напряженные, точь-в-точь как те, что преследовали нас за Барьером. Грязные ублюдки, - задумчиво добавил он, - за все время, что я крутился здесь, как проклятый, они ни разу даже паршивой монетки не швырнули.

- Они тебя узнали?

Боне вздрогнул. Это было любопытное зрелище, так как после хирургического вмешательства большая часть сочленений его скелета приобрела необыкновенную подвижность.

- Кто знает? - неопределенно пожал плечами негр. - Когда я работаю, стараюсь не обращать внимания на публику, так что и на них особо не поглядывал. Ты же знаешь, я - человек приметный, мало похожий на тех счастливчиков, которым в дар от родителей достались настоящие суставы. У меня же все металлокерамическое. Я весь на шарнирах, так что, может, и узнали.

Между тем невероятно худенькая Тамми, продолжавшая болтать с бандитского вида краснорубашечником, потянулась к левому плечу и осторожно почесала его.

Боне с нескрываемым беспокойством посмотрел на юношу:

- Я серьезно, Трент. Ты еще достаточно молод, чтобы вовремя сбежать отсюда, а что делать мне?

- Откуда сбежать? Из Патрулируемых секторов? - усмехнулся Трент. Он бросил внимательный взгляд на неестественно подвижное даже сейчас, в минуты отдыха, тело Бонса и добавил: - Я потратил шесть лет на то, чтобы вырваться из-за Барьера, Боне. Мне нравятся Патрулируемые сектора.

- Я не это имел в виду. География не имеет никакого отношения к тому, о чем я веду речь. - Не прерывая разговора, он надел рубашку с длинными рукавами и начал застегивать пуговицы. - Я завел здесь уйму знакомств, теперь мне ничего не стоит остаться здесь, в Плазе, и давать столько представлений, сколько я захочу. Я повстречал здесь много интересных людей, у меня появились влиятельные друзья. Если хочешь, я могу поговорить, чтобы тебя взяли на работу...

Трент кивнул, а сам продолжал внимательно смотреть в сторону Тамми. Вот она взялась за мочку уха. Парень резко оборвал акробата:

- У меня есть работа, Боне. Пожилой негр саркастически хмыкнул:

- Ты имеешь в виду свои воровские проделки? - поинтересовался он с явным осуждением в голосе. Трент мягко возразил:

- Не совсем так, дружище.

Он закрыл глаза и, получив доступ в виртуальное пространство, вошел в него.

Было 30 апреля 2069 года, четверг.

4

Однажды Трент поделился со мной: «Кража, - объяснил он, - есть событие, связанное с передачей информации; иначе говоря, это коммуникационный акт. Как, впрочем, и удар в челюсть. Такая точка зрения кажется странной, но и пренебрегать ею нельзя. По крайней мере, каждый должен учитывать подобное обстоятельство. Всякий, принявший решение с помощью какой-то противоправной уловки лишить владельца принадлежащей ему собственности, прежде всего должен ответить на три главных вопроса: что представляет собой объект кражи, как его можно умыкнуть и кто является владельцем объекта, который он собирается похитить. Кража, собственно, является материальным ответом на эти вопросы. Похититель, сумевший правильно решить эту проблему, неуловим. Его нельзя схватить. Квалификацию вора можно оценить или, скажем так, узнать, является ли он мастером своего дела, ответив на вопрос: почему он украл то, что украл...»

Из воспоминаний Мелиссы Дюбуа, офицера элиты Миротворческого Корпуса, вошедших в Библию Исхода

Я никогда не говорил и не мог сказать ничего подобного!..

Цитата из исторического труда «Трент Неуловимый», принадлежащего перу Корасон де Ностри

Трент, так и не снявший солнцезащитные очки, по-прежнему вглядывался в торговые ряды, расположенные на восьмом подземном ярусе небоскреба.

Эти очки стоили Тренту столько же кредиток, сколько весь остальной наряд. Стекла почти полностью отфильтровывали ультрафиолетовую составляющую солнечного света. В тумане и при плохой видимости они автоматически переключались на инфракрасную зону спектра и обеспечивали приемлемое оптическое восприятие окружающего пространства. Дужки в тех местах, где они касались висков, имели контакты, обеспечивающие подключение к Инфосети портативного следящего устройства, встроенного в изящную коробочку, которая покоилась в правом кармане куртки.

Небоскреб Даун Плаза был выстроен компанией «Фрейзиер Энфорсмент». Эта фирма также возвела множество торговых зданий как за Барьером, так и на самом его краю. У Фрейзиера были налажены хорошие отношения с миротворцами, они же консультировали его по всем вопросам охраны собственности, нередко возникавшим в таких рискованных местах. А случалось, что и помогали охранять здания. Может, поэтому компания Фрейзиера имела наихудшее программное обеспечение в штате Нью-Йорк.

Образ, созданный Трентом в Инфосети, его специальная поисковая программа, названная Джонни Джонни, сообщила:

- Хозяин, кто-то похозяйничал в программах, обеспечивающих безопасность Плаза.

- Я знаю, Джонни, - отозвался Трент.

В следующее мгновение молодой человек закрыл глаза - за темными стеклами очков никто не мог заметить это движение - и, скользнув в Образ, перестал быть Трентом.

Джонни Джонни встряхнулся и вновь почувствовал себя бодрым и готовым к действию.

За то время, что он существовал в сети в качестве виртуального объекта, именуемого Образом, не было мгновения, когда бы рядом не было хозяина, в дальнейшем именуемого Трентом Кастанаверасом. Именно это слияние с породившим его существом дарило Джонни Джонни жизнь. В отличие от своих предшественников, в особенности Ральфа Мудрого и Могучего, являвшегося его Прообразом, Джонни Джонни никогда не отключался от сети, разве что на очень короткие моменты, когда хозяин вносил изменения в его программу. В его памяти хранился полный набор событий, произошедших с момента первого пробуждения, - а это без малого шесть лет. За эти годы Джонни стал чем-то большим, нежели просто фильтрующая программа, - скорее подбором, или конгломератом, программ, позволяющих хозяину отпирать любой замок и прорываться через любой защитный барьер, выстроенный в Инфосети. Таких препятствий в виртуальном пространстве было неисчислимое множество. Джонни Джонни помогал выбирать маршруты в коммуникационных сетях, он был непревзойденным мастером вскрывать любые защитные коды и пароли.

Собственно в этом и заключалась его роль - обеспечивать хозяину доступ в любую базу данных, подключенных к Инфосети.

Однако этими условиями взаимного существования их отношения не ограничивались. Они скорее были партнерами и составляли невиданный доселе симбиоз человека и пакета про­грамм.

Трент вдохнул жизнь в Джонни Джонни.

Джонни Джонни помог Тренту чувствовать себя свободно в потоке Хрустального Ветра.

Трент уловил голос Джимми Рамиреса, донесшийся из какого-то зыбкого далека. Тот стоял рядом и как раз в этот момент разговаривал с Бонсом. Голос был похож на неясное, нечленораздельное, замедленное громыхание. В следующее мгновение Трент окончательно распрощался с реальным временем и погрузился в блистающий вихрь Хрустального Ветра.