Я рванул вперед, к просвету между деревьями. Уставшие от долгой ходьбы ноги едва слушались, перед глазами все плыло, а где-то справа мелькало предупреждение о том, что из-за долгого отсутствия отдыха понижен общий уровень выносливости. Но страх был сильнее. Он гнал вперед, заставляя делать шаг за шагом и проталкивать холодный ночной воздух в разгоряченную грудь.
До кромки леса, за которой колосились поля, оставалось метров двадцать, когда вой повторился. На этот раз куда ближе и отчетливее. Похоже, существо выбралось на дорогу. Я невольно притормозил и обернулся назад, пытаясь рассмотреть своего преследователя. Лучше бы я этого не делал.
Массивный человекообразный силуэт, опираясь на все четыре конечности, несся прямо ко мне. Бледная, с серо-черными пятнами шкура, пальцы, оканчивающиеся длинными крючковатыми когтями, глубоко запавшие кроваво-черные глаза, маслянисто поблескивающие в лунном свете. И пасть усеянная длинными, кривыми клыками. Ёбаный хер.
У меня будто открылось второе дыхание. Ноги сами собой рванули вперед. Туда, где за колосящимися полями и низенькими заборчиками виднелся спасительный частокол. Дерьмо. Хоть бы там кто-то был. Хоть бы пустили внутрь. Лишь бы не оказаться в зубах этой паскуды.
С разбегу я ударился плечом в плотно закрытые створки ворот, тихо надеясь, что с той стороны нет засова. Не прокатило. Они лишь едва слышно скрипнули, но даже не шелохнулись. Дерьмо. Оставался лишь один выход. Я набрал полную грудь воздуха и заорал:
- Люди! Откройте! Скорее! Не дайте помереть страшной смертью!
Мгновение. Другое. Третье. Тишина.
- Какая сука там орет на ночь глядя? – из-за частокола высунулась голова какого-то крестьянина.
- Мужики! Пустите! Скорее!
- Не велено пущать, - дозорный сделал паузу, почесал патлатые волосы, провел рукой по усам, - Ночью значится. Староста запретил. Да и вообще, всяким проходимцам с большака мы тут…
- Мика, блядь! – рявкнул другой голос, - Там трупоед! Тащи арбалет, быстро! Вигги. Открой этому полудурку дверь, пока он своими воплями не натащил нам нечисти со всей округи. Да дверь, блядь, а не ворота. Ёбаный хер…
Справа в стене возле ворот открылась небольшая дверца. Шаг. Другой. И мощные, грубые руки буквально втянули меня внутрь и швырнули в дорожную пыль.
- Сука! Эта тварь не сдохла!
- Мика, вниз! Вигги, копья сюда!
С небольшого деревянного парапета, выстроенного над воротами, вниз спрыгнул тот самый патлатый мужик, что поначалу не хотел меня впускать. Он тут же помог спуститься со стены второму дозорному – низенькому суховатому мужичку, с обветренным, загорелым лицом, на котором белели полоски нескольких шрамов, пышными бакенбардами и одной ногой. Вместо второй у него было некое подобие негнущегося деревянного протеза.
- Вигги, шевели задницей! – рявкнул он мужику, тащившему три здоровенных копья, - В круг. Все в круг! А ты, - одноногий бросил короткий взгляд в мою сторону, - Сгинь нахер. Потом с тобой разберемся.
Спорить смысла не было – боец из меня сейчас так себе. Тем более – без оружия. Так что я со всей доступной мне скоростью постарался убраться с места будущей схватки. Правда, уйти получилось совсем недалеко. Спустя секунд десять позади послышался какой-то странный скрежет. Как будто чьи-то длинные острые когти царапали по толстым бревнам частокола. Тварь карабкалась наверх.
Я невольно обернулся. Трупоед уже преодолел стену, вылез на парапет и целился спрыгнуть вниз. Но стоило его лапам коснуться земли, как вперед рванулись два наконечника копий. Рванулись и впились твари между ребер, повалив её на землю и надежно зафиксировав. Существо взвыло, но тут же захлебнулось в собственном крике. Вперед рванулось третье копье, которое сжимал в руках одноногий. Рванулось и ударило прямо в голову твари, пробив её насквозь. В дорожную пыль полилась густая, вязкая кровь. В воздухе запахло гнилым мясом.
Урод ещё пару раз дернулся и затих. Одноногий тут же выпустил застрявшее в его голове копьё и оно тут же упало на землю.
- Какая здоровая дылда, - прокомментировал ситуацию Мика, вытаскивая свое оружие из туши чудовища, - Видать знатно, она, значица, на покойничках то наших откормилась. Слыш, Беррен, а может это… Она кладбище то ворошила?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Одной суке столько не сожрать, - покачал головой одноногий, - Там их наверняка целый выводок.
- Ну да, - хмыкнул Вигги, - Подчистили мертвецов за королевской армией, а как свежие тела закончились – взялись за наши захоронения.
- Язык у тебя, что помело, - нахмурился Беррен, - Все мелет и мелет. Только толку от этих рассуждений? Иди лучше, глянь, нет ли ещё гостей. Эти твари редко ходят поодиночке. Да и крики… Кстати, - он повернулся ко мне и буквально прожег меня пристальным, подозрительным взглядом, - Ты ещё что за хер? И с какой горы к нам пришел?
Приплыли? Ну и что ему отвечать? Сказать все как есть? Так вряд-ли они мне поверят. Живи я в средневековойглухой деревне, тоже бы посчитал человека, рассказывающего о принципах работы игры и программирования неигровых персонажей, полудурком или вообще колдуном, которого лучше сжечь от греха подальше. Но и соврать толком не получится – сведений об этом мире слишком мало. Похоже, придется прибегнуть к полуправде, и впрямь прикинуться сумасшедшим.
- Я – Генри, - честно ответил я. Ну да. Генри. Обычный Васян из глухого Зажопинска, которому игровая система выдала такое странное имя. Интересно, она за всех их выбирает или все-таки у игроков остается некоторая свобода? Хотя, может оно и к лучшему. В мире, где нет «Нагибаторов666» и «Мамкопихарей228» жить все-таки намного приятнее. Да и не имеет подобный контингент доступа сюда. Слишком уж дорогие пока что виртуальные капсулы, да и подписка будет не из дешевых.
- Генри и… - продолжил одноногий, а Мика опустил свое копьё и направил его прямо мне в брюхо.
- Генри, - ответил я, подавляя желание сделать пару шагов назад. Все-таки острый, поблескивающий в свете факелов наконечник, ощутимо напрягал, - Просто Генри. Безродный.
- И откуда же ты такой красивый взялся, Генри безродный? - глаза Беррена стали напоминать две узкие щелочки. Он сделал едва уловимый жест рукой и Мика весь подался вперед, едва не ткнув меня своим дрыном.
- Я спустился с гор. Вернее со скалы возле моря. Там была такая…
- Мы знаем, что там, - оборвал меня одноногий, - А там ты как оказался? Из каких краёв пришел и чего ищешь тут?
- Что было до – не помню, - соврал я, тихо надеясь, что проканает, - Вообще. Знаю только, как меня зовут и все…
- Да брешет он, - сплюнул Мика, - Собака сраная. Наверняка его ребятки Острида подослали. Покорчит тут, значица, дурачка пару дней. Высмотрит, что у нас отобрать можно и побежит к ним с этим… До… тьфу, - он снова сплюнул, - Словесо то какое заумное выдумали. Хер упомнишь.
- Доносом, - поправил его Беррен, - Ну да. Подсмотрит, куда мы добро прячем, а потом заявится вместе со всей шайкой, - одноногий немного помолчал, продолжая сверлить меня взглядом, затем спросил, - Ну, что скажешь, Генри безродный? Есть у нас хоть одна причина не прибить тебя прямо на месте или не выкинуть за частокол на поживу трупоедам?
- Э… - по спине стекла струйка холодного пота. Мысли лихорадочно метались в поисках подходящего ответа, - Ну… Выж меня уже спасли. Не для того же, чтоб сейчас проткнуть копьём и выкинуть обратно. Тогда могли бы вообще не открывать ворота. Да и яж вам никакого зла то не сделал, - так, это точно должно сработать. Если тут все настолько продуманно, то селяне должны быть крайне суеверными. А такими людьми довольно легко управлять. Достаточно намекнуть им, что они нарушают закон гостеприимства, от чего их боги будут явно не в восторге, и они оставят меня в живых. По крайней мере, на время,- Неужто, вы не просто откажете человеку в беде, но и убьёте путника, пришедшего к вашему порогу? Разве боги не карают за подобные поступки и помыслы?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Командир, - подал голос со стены Вигги, - И правда ведь, убьем – грех на душу возьмем.
