– А пропуск у вас есть? – сурово нахмурил брови швейцар. Он все больше становился похожим на королевского пингвина.
– Вы разве не знаете, что люди сами выписывают себе пропуска в ту компанию, в которой находятся? – спросила я весело. И любезно добавила: – Общаться с вами очень приятно, но обстоятельства складываются так, что мне просто необходимо попасть в это здание.
Он улыбнулся. Потом осторожно огляделся по сторонам и тихо сказал, заговорщически подмигивая:
– Проходите, считайте, что я вас не видел.
Я вошла в просторный зал. В его призрачном полумраке стояли столы, покрытые зеленым сукном. Странные силуэты фигур, собравшихся вокруг одного из столов, привлекли мое внимание. Я подошла ближе и с удивлением увидела индюка, страуса, дятла и павлина! Их многозначительное выражение глаз и гордая осанка говорили о том, что здесь собрались очень важные птицы. Они резко повернули головы, с подозрением посмотрев в мою сторону. Вероятно, каждый из присутствующих прикидывал, по чьей рекомендации я пришла. Внутри меня похолодело, но я решительно шагнула вперед.
– Что хорошего скажете? – угрожающе спросил индюк.
Я растерянно молчала. Все с интересом глядели на меня, только дятел сосредоточенно стучал клювом по клавиатуре ноутбука.
– Она играет не по правилам. И к тому же она блондинка, значит, у нее птичьи мозги, – насмешливо сказал индюк и азартно предложил: – Давайте ее заклюем!
– Не надо меня клевать! – я пристально посмотрела индюку в глаза. – Мне давно хотелось попасть в вашу компанию. Я могу быть вам полезной и хотела бы с вами дружить.
Из-за стола мне навстречу поднялся павлин. Окинув меня оценивающим взглядом, он гордо вскинул голову и плавно раскрыл свой великолепный хвост.
– Мне нравится, когда так честно и открыто говорят о своих намерениях! И о достоинствах! – величественно сказал он, явно имея в виду себя. – Кстати, многие золотопромышленники приглашают меня в свой бизнес. Блеск моих перьев притягивает золотые самородки.
Я почему-то сделала реверанс и улыбнулась:
– Как ярко и образно вы говорите! Я тоже рекламистка. Только рекламировать себя не умею. Но у меня неплохо получается рекламировать других.
Индюк наклонил голову и ворчливо произнес:
– Что значит, «неплохо получается»? Аргументируйте свое утверждение. В ваших речах мало цифр и наглядных примеров. И вообще, я хочу видеть графики.
Я описала рукой плавную дугу, направленную вверх.
– Вот график вашего успеха, если вы …
– Прекратите говорить глупости! – резко прервал мою речь индюк, становясь похожим на большой шар. – Где факты? Где расчеты? Не верю я в вашу рекламу. Все это ерунда! Не буду вас слушать.
– И напрасно! Мой график, – я опять махнула рукой в направлении вверх, – наглядно показывает, что вы, индюк – птица высокого полета. Можете себя так позиционировать. Очень скоро вы будете летать настолько высоко, что журавли будут вам завидовать.
– Летать?! – индюк удивленно посмотрел на меня. – Но я не умею летать! Неужели вы не знаете, что индюки не летают?
– Если индюки очень захотят, они могут взлететь. Вы просто не пробовали.
– Что мне пробовать, а что – нет, здесь решаю я, – резко ответил индюк. – И вообще – высокие полеты уже давно включены в мой бизнес-план.
Индюк немного размял свои крылья, разводя их то вверх, то в стороны. Затем сосредоточенно заклокотал, подпрыгивая на месте. Его прыжки становились все выше, ему начинало нравиться ощущение высоты. Когда индюку удалось зависнуть над столом, он, издав победный возглас, стремительно вылетел в дверной проем и взмыл в темное ночное небо. Остальные птицы, забыв про свою важность, изумленно смотрели ему вслед. После долгой паузы раздались аплодисменты.
Я торжествующе посмотрела на присутствующих и объявила:
– Даже важным птицам не стоит загонять себя в рамки стереотипов. Расширяйте свои возможности и взлетайте над собою прежним!
– Вам хорошо так говорить, вы не важная птица, у вас много сил, много свободного времени, – послышался сдавленный голос.
Я посмотрела в сторону говорившего и увидела страуса. Он весь съежился, его грустные глаза смотрели вслед улетевшему индюку.
– Вы думаете, что не сможете взлететь, как индюк? – догадалась я.
– Я очень загружен работой и боюсь, что не смогу найти время для дальнейшей беседы с вами, – удрученно сказал страус, усаживаясь рядом со мной.
Он приблизил свой клюв к моему уху и тихо зашептал:
– Если я соглашусь на вашу авантюру с полетом, и у меня ничего не получится, то в этой компании меня посчитают неудачником. А я привык отвечать по своим обязательствам. Мне надо хорошо все взвесить, поэтому я хочу сбежать на природу, чтобы обстоятельно подумать о ситуации.
Страус подошел к пальме, растущей в большом глиняном горшке, спрятал голову в землю и затих.
– Даже если у вас не получится взлететь с первого раза, ничего страшного не произойдет. Вы имеете полное право падать и подниматься. Неудачи дарят нам уникальный личный опыт, необходимый для достижения успеха! – ободряюще сказала я, участливо наклонившись к страусиной голове.
Он выпрямился, чтобы мне ответить, но его клюв застрял в корешках, и горшок с пальмой закачался на сильной шее. Незадачливый страус начал интенсивно подпрыгивать и трясти головой, чтобы освободиться от своего груза.
Вдруг раздался свист рассекаемого крыльями воздуха. Прилетел индюк с горящим орлиным взором. Он стал вдохновенно рассказывать о том, что узнал об очень интересном и заманчивом бизнесе, и приглашает своих друзей в нем поучаствовать. Страуса заинтересовал его рассказ, но горшок с пальмой мешал ему ответить. В отчаянии страус тряхнул головой так сильно, как только мог, и горшок звонко упал на пол.
Индюк и страус улетели вместе. Я осталась одна с павлином, не считая дятла, который увлеченно стучал клавишами ноутбука и не обращал внимания на происходящее вокруг.
Павлин раскрыл хвост и гордо зашагал по залу, делая вид, что решает мировые проблемы. Он украдкой следил за мной блестящим темным глазом, но когда наши взгляды встречались, спешил гордо отвернуться, притворяясь, что не замечает меня. Цокая по паркету, павлин демонстративно достал мобильный телефон. До меня доносились обрывки фраз:
– Мое имя открывает любые двери!
– На моих предприятиях работают тысячи человек!
– Стоит мне сесть на свой «Харлей»…
Как загипнотизированная, я не отводила взгляд от павлина, любуясь переливами каждого перышка его роскошного хвоста. Павлин грациозно прохаживался то в одну сторону, то в другую. Он двигался по кругу, в центре которого я находилась. Когда от долгого вращения у меня закружилась голова, я с удивлением поняла, что больше никто уже не сможет мне понравиться так сильно, как он. Это мой павлин!
Мне захотелось потрогать рельефные крылышки, гладкую спинку и жесткий хохолок на его голове. Я протянула руку, но павлин, заметив мое движение, стремительно отскочил в сторону. Желая подойти к нему поближе, я осторожно сделала шаг. Мой павлин неспеша перелетел в другой конец зала и испытующе посмотрел на меня. Я стала медленно подходить к нему. Он раскрыл крылья, демонстрируя свою готовность улететь. Я остановилась в растерянности. Мой павлин насмешливо посмотрел на меня прищуренным взглядом и вылетел в окно.
Когда силуэт летящего павлина растаял в ночном небе, я почувствовала себя очень несчастной, и слезы покатились у меня из глаз.
– Почему он улетел от меня? Что я сделала не так? Как же я теперь буду жить без него? – всхлипывала я. – Только его имя может открыть любые двери. Только от него у меня кружится голова. Блеск его перьев мог бы освещать мой жизненный путь.
Мне стало так грустно, что захотелось выплеснуть свою боль, и я громко крикнула в темную пустоту:
– Я больше никогда не встречу такого удивительного павлина!
Крик моего отчаяния, повторенный эхом, гулко разнесся в темноте зала.
– Посмотри в окно, – послышался тихий ироничный голос дятла. – Может, то, что ты там увидишь, тебя немного успокоит.
Я взглянула в окно и увидела в зелени деревьев павлиний хвост, поблескивающий в таинственном лунном свете. С радостной надеждой на новую встречу с моим павлином я выбежала из дома в сад, наполненный ночной свежестью, и остановилась в недоумении. Струящийся лунный свет мягко отражался в нескольких павлиньих хвостах. Вот один павлин сидит на нижней ветке дерева. Вот еще один пьет из фонтана. А чуть дальше, на поляне, расположилась целая компания павлинов.
Я вышла на дорожку парка, села около фонтана, и павлины окружили меня. Они очень старались мне понравиться: раскрывали и складывали свои хвосты, застывали в эффектных позах, демонстрируя свои лучшие, как им казалось, стороны. Они все были очень симпатичны, но мое сердце молчало. Мне был нужен только мой павлин! Другие павлины не могут его заменить, как бы они ни старались!
