– Вам известно, что тысячи пролетариев исчезли неизвестно куда с начала года, Квеллен? – повысил голос Колл.
– Нет, сэр. Ах, я имею ввиду, разумеется, сэр. Безусловно. Только вот у нас не было возможности по-настоящему предпринять какие-то эффективные действия.
Никчемность собственных слов напугала его. «Очень неубедительно, Квеллен, очень неубедительно, – подумал он. – Разумеется, вам ничего не известно об этом, если вы проводите все свое свободное время в самом прелестном уголке земного шара, по ту сторону океана. Но ведь Стенли Броггу, по-видимому, известны малейшие подробности. Ему нельзя отказать в добросовестности».
– Ну, так куда же, по-вашему, они подевались? – продолжал Колл. – Может быть, вы думаете, что они все попрыгали в стасис-кабины и разбежались кто куда в поисках работы? Может быть, в Африку?
Колкость была явно отравленной. Квеллен едва не потерял сознание, но к счастью до него быстро дошло, что Колл спросил наугад. Поэтому он огромным усилием воли сдержал свои эмоции и спокойно ответил:
– Понятия не имею, сэр.
– Значит, вы очень плохо читали учебники истории, Квеллен! Подумайте, какое наиболее значительное событие произошло за последние пять столетий?
Квеллен постарался сосредоточиться. Что же произошло в мире неординарного? Дружеское соглашение между великими державами? Приход к власти Верховного Правления? Исчезновение государств? Открытие стасис-поля? Он ненавидел Колла за то, что тот экзаменует его сейчас, как тупого школьника. Квеллен знал, что каким бы глупым он ни казался, когда его вытаскивали на «ковер», на самом-то деле он отнюдь не дурак, он достаточно компетентен. Но вечный страх быть жестоко наказанным за тайное преступление делал его чрезвычайно уязвимым. Он почувствовал, как покрывается холодным потом.
– Не уверен, что собственно вы имеете ввиду, сэр?
Колл почти оскорбительным жестом доброжелательности, небрежно повернул переключатель, добавляя кислород. В комнату с шипением ворвалась струя свежего воздуха.
– Тогда я скажу вам, – усмехнулся Колл. – Это прибытие прыгунов. А сейчас как раз та эпоха, откуда они появились.
– Разумеется, – согласился Квеллен. Все знали о прыгунах, и теперь ему было досадно, что он сам не предложил Коллу столь очевидный ответ.
– Кто-то изобрел путешествие во времени в прошлые годы, – вступил в разговор Спеннер. – Он перекачивает прыгунов в прошлое. Уже ушли тысячи безработных пролетариев, и если мы его не поймаем в ближайшее время, он затопит прошлое шатающимися сейчас по стране рабочими.
– Вот как? А я о чем толкую? – встрепенулся Колл. – Нам известно, что они уже прибыли туда. Так гласят книги по истории. Теперь мы можем сидеть сложа руки, позволяя этому парню разбрасывать наши отбросы по всем предыдущим столетиям.
Спеннер повернулся лицом к Квеллену.
– Ваше мнение? – требовательно произнес он. – Следует ли нам выполнить распоряжение Верховного Правления, обложить этого парня и приостановить уход прыгунов? Или сделать так, как предлагает Колл, и пусть все продолжается. А это значит, что мы не только не повинуемся власти, но и проигнорируем историю?
– Мне нужно время, чтобы изучить вопрос, – осторожно выговорил Квеллен.
Ему меньше всего хотелось соглашаться с одним из своих начальников, тем самым противореча другому.
– Позвольте мне направить вас по верному пути, – сказал Спеннер, искоса глядя на Колла. – Мы получили инструкции непосредственно от Верховного Правления и бесполезно их оспаривать. Как прекрасно известно Коллу, сам Клуфман интересуется этим вопросом. Наша задача – определить, где находится узел незаконной деятельности, связанной с путешествиями во времени, и взять его под контроль государства. Если вы, Колл, возражаете, то вам лучше всего апеллировать к Верховному Правлению.
– У меня нет возражений, – нахмурился Колл. – Квеллен?
– Что, сэр? – съежившись, промямлил Квеллен.
– Вы слышали, что сказал мистер Спеннер. Приступайте, и как можно быстрее. Выследите этого парня, который переправляет прыгунов, и уберите его, но только после того, как выведаете его тайну. Верховное Правление должно контролировать все, что происходит. И приостановить противозаконную деятельность. Понимаете? Это все поручается вам, Квеллен!
С этим его и отпустили.
2
Норман Помрат холодно посмотрел на свою жену:
– Когда же твой брат сделает хоть что-нибудь для нас, Хелейн?
– Я же тебе сказала. Он не может!
– Или не хочет?
– Не может. Ты думаешь, он всесилен? И, будь добр, не мешай мне. Я хочу принять душ.
– По крайней мере, ты вежлива, – проворчал Помрат. – Благодарю за эту маленькую любезность.
Он отошел в сторону. Сохранив в себе остатки стыдливости, он не стал смотреть, как жена снимает зеленую блузку. Она скомкала одежду, швырнула ее в сторону и ступила под молекулярный душ. Поскольку она стояла к нему спиной, он позволил себе посмотреть на нее. «Скромность – очень важная штука, – отметил про себя Помрат. – Даже если женат одиннадцать лет, нужно дать другому возможность ощутить хоть какое-то уединение в этих вонючих однокомнатных. Иначе можно совсем спятить». Он грыз ногти и время от времени украдкой поглядывал на тощие ягодицы своей супруги.
Воздух в квартире Помратов был затхлым, но Норман не осмеливался пустить кислород. Он уже выбрал недельный лимит, и если нажмет на кнопку, то компьютер коммуникационных услуг где-то глубоко под землей выскажется весьма неприятно по его адресу. А именно сейчас Помрат был не в состоянии выслушивать всю эту чушь. Его нервы вообще были напряжены до предела. У него четырнадцатый разряд, что само по себе уже плохо, и он сидит без работы вот уже три месяца, что еще хуже, а у его зятя – седьмой разряд.
Именно это по-настоящему и грызло его. Ну что в общем-то хорошего сделал для него Джо Квеллен? Этот гнусный тип ни разу даже не зашел к ним. Так и уклоняется от семейных обязанностей.
Хелейн закончила принимать молекулярный душ. Только тем, кто обладал десятым разрядом и выше для очистки тела, разрешалось пользоваться водой.
Поскольку большая часть населения планеты имела одиннадцатый разряд и ниже, то если бы не молекулярные ванны, то вонь от планеты разносилась бы по доброй половине Галактики. Раздеваешься, становишься перед соплом, и ультразвуковые волны, искусно отделяя грязь от живой кожи, создают приятную иллюзию того, что ты чист.
Помрат не отвел взгляд, когда в поле его зрения появилось белое тело Хелейн. Она натянула на себя блузку. Когда-то, он еще помнил то время, ее тело казалось ему роскошным и пышным. Тогда он был намного моложе. Потом он заметил, что она понемногу теряет вес. Теперь же она была просто худой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
