— Торнсен — победитель Турнира этого года.
— И ты ему не поставила зачет?!
Неожиданно я завелась. Хочу — ставлю, хочу — не ставлю!
— В любом случае, всё, практика оформлена, — холодно ответила я. — Координаты продиктуй.
Он продиктовал. Я записала.
— Когда ты прибудешь?
— Лей Гамэс расщедрился на прямой телепорт. Планирую завтра часам к десяти — одиннадцати.
Телепорты по координатам отличались некоторой степенью неточности. Поэтому ко времени отправки я добавила часик-другой на то, чтобы компенсировать эту неточность ножками.
— Я буду ждать.
— Я тоже, — согласилась я. — До завтра?
— До завтра.
Гроссо отключился.
Я забралась поглубже в кресло и глотнула сока.
Слева послышалось какое-то шербушание.
Я повернулась.
В дверях возвышался Кейрат Торнсен собственной персоной. Интересно, как давно он там стоит и как много слышал.
Впрочем, не всё ли равно? По большому счету, так даже легче. Не нужно будет в экспедиции что-то сочинять.
— Вы успели всё оформить? — строго спросила я.
— Так точно! — по-боевому вытянулся студент, став еще выше.
Я досадливо поморщилась.
— Студент Торнсен, отнесите координаты завтрашнего отправления дежурному магу-порталисту, — я протянула листочек.
Торнсен подошел ко мне и взял протянутый лист. Мельком глянул на координаты.
— Будет выполнено! — отрапортовал Торнсен так, что у меня уши заложило.
— Идите уже, — я махнула рукой в сторону двери.
Он ушел, я осталась. Наслаждаться тишиной, вынужденным бездельем и видом старинных гобеленов.
____________
Прим. [1] В магические университеты с Империи поступают в 18 лет. Срок обучения — 6 лет.
4. Лайна. В портальном зале кафедры пространственной магии Военно-Магической Академии Дьюи
Кафедра пространственной магии была в Дьюи, но отсутствовала в столице. Предания утверждают, что когда-то она там была. Но в Императорском дворце устали от неизвестно откуда появляющихся и куда исчезающих предметов, животных и людей. В университетской среде ходили байки, что однажды студента третьего курса не вовремя занесло в Императорскую опочивальню… Это окончательно решило судьбу пространственников в столице.
Здесь, в Дьюи, народ был к чудесам привычный и прагматичный. Внезапно объявившиеся предметы мгновенно обзаводились новыми хозяевами. Животину студенты-экспериментаторы тоже обычно не обнаруживали. И даже возникающим из ниоткуда студентам, говорят, местные дамы находили применение. Особенно, если они (студенты) были симпатичными. Но это так, слухи. Лично ко мне за время работы в Академии в опочивальню никого не заносило. А то, даже не знаю… удержалась ли бы?
Я прибыла за час до активации рамки. Нужно было убедиться, что мальчишка взял всё, что нужно. А его всё не было. Я нервно притоптывала у портальной рамки в ожидании Торнсена. Когда до отправки осталось всего пятнадцать минут, в моей душе прорезались лучи надежды на то, что он просто не придет. Я только облегченно выдохнула, как эта, так сказать, не зачтенная звезда соизволила появиться. Он был обвешан оборудованием со всех сторон. Ловушки, следоуловители, счетчики магических возмущений, стазисные контейнеры для сбора и хранения экскрементов и минилаборатория для их анализа… В общем, я постаралась от души, составляя список. Ни в чем себе не отказывала. Во имя науки, разумеется.
— Студент Торнсен, что вы себе позволяете?! — гаркнула на него я от всей души.
Он бросил короткий взгляд на порталистов, а потом выпрямился (хотя под грузом «обстоятельств» это было непросто даже такому здоровяку, как он).
— Извините, лея Хольм. Что вы имеете в виду? — ровно поинтересовался он.
— То, что до отправки осталось всего, — я подняла взгляд на хронометр с обратным отсчетом, обязательный компонент портального зала, — десять минут!
С совестью у Торнсена проблем не было за неимением совести, поскольку моя тирада его нисколько не задела. Напротив, мне показалось, он даже слегка расслабился.
— Но я же здесь, — невозмутимо ответил он, даже слегка пожал плечами, оттянутыми весом рюкзака.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Нужно будет, пожалуй, позаигрывать с ним на глазах у Сафониэля. Чтобы ему жизнь медом не казалась.
… Им обоим жизнь медом не казалась, кстати!
— Я не успеваю сделать сверку оборудования! — возмутилась я.
— Какое счастье! — устало выдохнул он.
— Что вы себе позволяете?!
Торнсен молчал в своей обычной манере, и мне даже показалось, что его слова мне причудились.
Арка дилинькнула, напоминая, что до активации осталось две минуты. Я махнула рукой на разборки. Если он что-то забыл, буду выедать ему мозг всю экспедицию. Пусть готовится.
Я набросила на плечи свой рюкзак, тоже немаленький, кстати. И вышла первой к порталу.
Однако когда раздался долгий гудок, информирующий об открытии пространственного коридора, Торнсен сдвинул меня с пути, как пушинку, и первым прошел вперед.
Я вылетела следом, злая, как выпень с отдавленным хвостом.
— Я должна была идти первой! — набросилась я на него, обогнув по дуге и повернувшись к нему лицом. — Я — преподаватель!
— А я — мужчина, — невозмутимо ответил на это студент.
Я хотела было пройтись по этому самонадеянному «я — мужчина», но опасный блеск в глубине его особенно ледяных сейчас глаз заставил меня промолчать. Я оступилась и пошатнулась. Непривычный вес за спиной потянул меня назад, но Торнсен отреагировал молниеносно, поймав меня широкими, крепкими ладонями за бока.
Ребра обожгло касанием, будто это были не мужские руки, а две раскаленные сковородки.
Я в недоумении подняла взгляд.
Глаза студента Торнсена, который располагался теперь от меня в непозволительной близости, были черными. Лишь по самому краю огромного зрачка сиял льдом голубой ободок.
Я уперлась в его предплечья, заставляя меня отпустить. И снова обжигаясь, теперь, правда, более приятным наощупь теплом. Парень разжал ладони, но на коже в месте соприкосновения еще горел оставшийся след.
— Спасибо, — выдохнула я, пытаясь осмыслить неожиданные ощущения.
— Обращайтесь, — хрипло произнес он и откашлялся.
Хм.
Я торопливо вынула Артефакт Встречи, настроенный на Сафониэля. Стрелка слабо качнулась и показала на юго-восток. Артефакт не только указывал направление, но и расстояние. Ну как расстояние? Чем сильнее дрожит стрелка, тем ближе идти. Порталисты явно играли на моей стороне, решив обеспечить студенту Торнсену небольшой марш-бросок в полной экипировке.
— До конечной точки маршрута нам довольно далеко, — сделала вывод я, и парень хмыкнул. — Разумеется, никто нас встречать не пойдет, поэтому мы идем сами. Ножками, — злорадно заявила я и непроизвольно бросила взгляд на его сапоги.
«Ножками» — это не про него. Про него — ножищами! Я, наверное, вся в его сапоге помещусь, если утрясти немного.
Торнсен стоял, смотрел на меня сверху вниз и молчал.
Как всегда.
И в кои-то веки я об этом пожалела. Мне вдруг захотелось сорваться чисто по-человечески. Наорать. Врезать по этому упрямому лбу.
Но поводов не было.
Я взяла азимут, подпрыгнула, поправляя лямки, и пошла вперед.
По почти бесшумным шагам позади я поняла, что Торнсен идет следом.
5. Лайна. Думалось, что в Южных горах. Но, похоже, косорыл знает где
Мы шли. Шли. И шли. По непролазному лесу, сколько ни смотри вокруг. Два часа остались позади. Стрелка артефакта едва колыхалась, и никакой динамики в ее движениях не наблюдалось. Плечи безбожно затекли. Каждые полчаса я объявляла пятиминутный привал. После каждого привала рюкзак становился всё тяжелее и тяжелее. Пространственная магия всегда давалась мне с трудом, но я пыталась вливать силу в левитирование поклажи. Не знаю, было ли замечено это жульничество моим спутником. Судя по темпу Торнсена и его чуть раскрасневшимся щекам, заполненный доверху рюкзак с магически укреплённым каркасом ему существенных неудобств не доставлял. В отличие от меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
