По лесной тропинке, мягко ступая, словно боясь кого-то спугнуть, шел человек. Это был мужчина с длинной бородой и длинными коричневыми волосами, собранными в хвостик и перевязанными чёрной тесьмой. Незнакомец был одет в серую блузу без пуговиц с широкими рукавами и с завязками у ворота, а поверх блузы был накинут чёрный лёгкий плащ; штаны, такого же цвета, как и блуза, были заправлены в высокие сапоги со шнуровкой спереди (сапоги умелый сапожник сделал из кожи какого-то зверя с чёрно-белой окраской и украсил вышивкой). На поясе у этого человека, которому на вид, забыв о его бороде, можно было дать лет тридцать, красовался большой нож, походивший больше на короткий меч.
-Эй, Авион, куда идёшь?- послышался голос откуда-то сверху.
Авион поднял голову и увидел сидящую на ветке большую птицу. Ее хвост свисал вниз и своей длиной и разнообразием узоров на пёрышках напоминал павлиний - он тоже раскрывался вроде веера. Начиная с головы, в оперении птицы преобладали больше синие и зелёные цвета, а ближе к хвосту - тёмно-зелёные и жёлтые цвета. Голову пернатого создания украшал жёлтый хохолок, но если говорить весьма подробно об этих птицах, то надо обязательно упомянуть, что цвет хохолков у птиц этого вида был у всех разный и никогда не повторялся, что помогало им различать друг друга. Чёрный маленький клюв птицы выглядел мягким, как губы человека, и был очень подвижным, а синие глазки выдавали любознательность и живость ума. А так как птицы могли не только говорить, но и думать, то они давным-давно придумали себе название - лунии, и так их все стали называть.
-А, это ты, Лея,- пробормотал Авион.- Ну, как поживают лунии?
-Всё замечательно,- ответила птица.- Вот только говорят, что видели в лесу ригла, который чуть не съел одну из луний.
-Обычные сплетни твоих сестёр. Ригл хоть и умеет летать, но вряд ли пролетел бы над океаном из Илии мимо Валевии без остановок, а, насколько мне известно, плавать он за многие века так и не научился. Риглам и в Илии хорошо живётся, им там хватает мяса.
Вдруг Авион и Лея услышали жуткие крики. Эти вопли становились всё громче и, наконец, рядом с Авионом, откуда ни возьмись появилась другая луния с красным хохолком на голове и, махая крыльями и летая вокруг него, кричала:
-Ужас, ужас!
-Что случилось, Звена? - воскликнула Лея, пытаясь перекричать подругу.
-Мы мирно лакомились ягодами охильи, как вдруг появился юноша в странной одежде, упал в траву и вроде бы не дышит.
Не пытаясь больше расспрашивать паникершу, Лея полетела вперед, а Авион спокойно шёл следом, не имея привычки паниковать. Скоро он подошёл к стайке луний, которые обступили лежащего на траве юношу и оживлённо, и очень громко обсуждали происшедшее. Перед Авионом птицы расступились и с нетерпеливым интересом наблюдали за действиями лесного человека, давно уже заслужившего у них глубокое уважение. Наклонившись над незнакомцем и убедившись, что он дышит, Авион тоже про себя отметил, что юноша странно одет.
"Блуза с пуговицами - такие у нас не носят, ведь пуговицы - это женское украшение. Штаны у него из грубого материала и тоже как-то необычно сшиты, да ещё с металлической тесёмкой впереди, и зачем она ему? А на ногах ботинки! Ха-ха, обувь по щиколотку носят тоже только женщины. Может он и есть женщина? Нет, не похоже. Откуда он такой взялся?" - размышлял Авион, а пернатые сплетницы перешёптывались между собой.
У незнакомца не было с собой ни ножа, ни меча, ни шпаги - что тоже было необычно,- и Авион решил его привести в чувство, чтобы не мучить себя больше вопросами и узнать ответы из, как говориться, первых уст. Но на все попытки - толчки и тряску,- незнакомец не реагировал, и тогда Авион пришлось взять его на руки и понести к себе домой. Лунии следовали за ним по пятам и уже успели построить целые небоскрёбы догадок и предположений о личности странного пришельца. По дороге к дому Авион попросил Лею:
-Слетай к Овию и скажи ему, что мне нужна его помощь.
Дом Авиона стоял на поляне, освещенной ярким солнечным светом, но очень скупо украшенной цветами, потому что слишком часто ноги человека здесь ступали по земле и не давали вырасти цветам, зато неприхотливая трава успела вырасти высотой по колено, наслаждаясь своим господством. Рядом с одноэтажным домом хозяин построил два сарая. Зайдя в дом, Авион прошёл через кухню в первую комнату, служившую гостиной, а потом - сразу во вторую и уложил бесчувственное тело юноши на кровать. Обстановка обоих комнат была очень скромной, на стене в спальне висел музыкальный струнный инструмент, да несколько книжных полок. Вместо шкафа на полу стоял сундук. Кроме дивана и двух кресел у камина в гостиной стояли обеденный стол и несколько стульев, и этого хозяину дома хватало, чтобы жить в лесной глуши тихо и мирно.
Повернувшись и увидев, что вся птичья стая луний зашла к нему в дом, Авион прогнал всех на улицу и стал хозяйничать на кухне. Вскоре на столе появились три чашки, хлеб и горячий чайничек, из носика которого по комнатам разносился чудесный аромат напитка, заваренного Авионом. За окном лунии выкрикивали что-то, перебивая друг друга, подлетали к стеклу и заглядывали внутрь, и лесному человеку оставалось только терпеливо наблюдать за ними, сидя в любимом кресле, и покачивать укоряюще головой. Наконец он увидел, как мимо окна промелькнула фигура ожидаемого гостя, и подошёл к входной двери, чтобы встретить его.
-Покажи мне этого пришельца, про которого Лея говорила мне на протяжении всего пути,- сказал с порога гость и посмотрел вниз на птицу, которая на правах хорошей знакомой тоже зашла в дом, зная, что её не выгонят.
Авион шёл впереди, как хозяин дома, а Овий, опираясь на длинную кривоватую палку, следовал за ним. Это был худенький мужчина преклонных лет, но с прямой осанкой. Седые волосы спадали ему на плечи, а длиннющие усы тянулись вниз до пола. Светлые глаза старика отражали доброту и мудрость, а лицо, хоть и покрывали глубокие морщины, но всё-таки притягивало к себе той красотой, которую не смогло уничтожить даже время - красотой ласковой улыбки и приветливым открытым выражением. Одет Овий был скромно: длинный серый халат, расшитый замысловатыми узорами и подпоясанный узким плетёным пояском; рукава у халата расширялись колокольчиком, а кружевной воротник белой блузы, одетой под халатом, хорошо вписывался в скромный туалет старика. По чистоте и выглаженности каждой складки можно было с уверенностью сказать, что Овий следил за собой и был очень аккуратен.
Зайдя в комнату и взглянув на чужака - то, что пришелец был не здешним, было ясно с первого взгляда,- Овий сказал:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
