А когда показался окруженный высокими пальмами большой белый дом, Аврора чуть было не заплакала. В памяти всплыли образы детства — воспоминания о матери, о безоблачных днях.
— Рада, что вернулась?
Голос Дона заставил ее взять себя в руки. Она кивнула.
— Как хорошо, что все здесь выглядит точно так, как я помню.
Дон поджал губы.
— Ничто не остается неизменным. — Она нахмурилась, стараясь понять, что он имеет в виду. И Дон счел нужным пояснить: — Испокон веку Годары занимались выращиванием и экспортом сахара-сырца — так же, впрочем, как Лаудри. Теперь же этот бизнес пришел в упадок, и бывшие плантаторы начали вкладывать капиталы в другие отрасли промышленности и сельского хозяйства.
— Не думаю, что мне нужна лекция по экономике острова, — решительно заявила девушка. — Я прекрасно знаю о том, как обстоят дела с сахарным бизнесом.
— Тогда ты должна знать, что в поместьях, подобных вашему, произошли большие перемены, — спокойно возразил он.
Аврора пристально взглянула на него. Не пытается ли Дон убедить ее, что финансовые трудности отца вызваны изменениями в экономике, а вовсе не плохим ведением дел? Надо отдать ему должное, он выглядел абсолютно спокойным. Интересно, в какие игры играет Дон Лаудри? — настороженно подумала она.
— До сих пор деловые интересы отца были очень разносторонними, и он удачно помещал свой капитал, — ответила она. — Надеюсь, он придерживается прежней тактики.
Аврора не смогла удержаться от этого язвительного замечания. Она чертовски хорошо знала, что отец пошел на поводу у Дона, и это, видимо, привело к катастрофическим последствиям. Пусть попытается найти этому какое-нибудь оправдание.
Дон только рассмеялся.
— Сразу видно истинного банкира: безопасность превыше всего. Позволь заметить тебе, что в современных экономических условиях оставаться на месте — смерти подобно. Если хочешь добиться успеха, нужно смело идти в ногу со временем.
Их взгляды скрестились. Слово «смело» очень подходило Дону. Она могла бы побиться об заклад, что, ведя свои дела, он использовал весьма неортодоксальные и рискованные методы.
— Смело идти вперед можно только тогда, когда имеешь для этого необходимые средства и надежные тылы, — многозначительно сказала Аврора.
— Что ж, другого я от тебя и не ожидал. Могу поспорить, ты тоже из команды тех, для которых «безопасность превыше всего».
— А что превыше всего для тебя, Дон? — спросила она, не пытаясь скрыть обвиняющие нотки.
— Поужинай со мной завтра вечером, и тогда, если захочешь, мы сможем поговорить о стратегии бизнеса, — беззаботно предложил Дон, совершенно не смущенный ее тоном.
Это приглашение, как и светившаяся в его глазах насмешка, совершенно огорошили ее. Он что, намеренно издевается над ней? Создавалось впечатление, что ему доставляло удовольствие выводить ее из себя.
— Мне не кажется, что нам с тобой имеет смысл обсуждать стратегию бизнеса, — как можно спокойнее ответила Аврора. — Пытаться совместить твой и мой идеалы — все равно что посадить в одну клетку лису и зайца.
Ее слова развеселили его. Раздавшийся в теплом, насыщенном ароматами цветов воздухе смех прозвучал искренне и сердечно.
— Вероятно, лиса это я?
— А ты как думаешь? — сухо осведомилась Аврора, пытаясь взглядом выразить все, что думает о нем.
И все же, несмотря на твердое неприятие его методов ведения дел, она не могла не признаться в том, что в дерзком выражении глаз Дона Лаудри было что-то притягательное. Эта внезапно возникшая мысль была просто смехотворной, и Аврора с гневом прогнала ее прочь.
Поэтому, когда Дон остановил машину возле дома, положив этим конец их разговору, она почувствовала громадное облегчение. Не успел еще заглохнуть двигатель, как парадная дверь открылась и на деревянной веранде показался отец. Следом за ним шла Эвелин. Аврора торопливо открыла дверцу и поспешила им навстречу.
— Аврора, слава богу, наконец-то ты дома. — Уилфред Годар спустился по ступенькам и крепко обнял дочь сильными руками.
Закрыв глаза, она прижалась к нему.
— Как хорошо вернуться домой, папа.
Прошло немало времени, прежде чем она смогла оторваться от него и разглядеть отца повнимательнее. Казалось, он совсем не изменился. Может быть, выглядел немного усталым да на лице появилось выражение, которого не было раньше.
Уилфреду перевалило уже за шестьдесят, но он сохранил грубоватую привлекательность. Песочного цвета волосы были по-прежнему густыми, телосложение — крепким.
— Ты совсем не изменился, — улыбнулась Аврора сквозь пелену слез.
— Зато о тебе этого никак не скажешь, — заметила Эвелин, присоединяясь к ним.
Все еще улыбаясь, Аврора обернулась и обменялась поцелуями со своей мачехой.
— Ты прекрасно выглядишь, — приветливо сказала Эвелин.
— Ты тоже.
Аврора окинула взглядом стоящую перед ней яркую блондинку с темными глазами. На Эвелин было голубое легкое платье, прекрасно подчеркивающее великолепную фигуру.
Ей исполнилось тридцать три года — прошло уже шесть лет с тех пор, как она оставила карьеру модели и вышла замуж за отца Авроры, но выглядела Эвелин ничуть не хуже, чем раньше. Пожалуй, даже лучше.
— Спасибо, что встретил Аврору.
Уилфред вознамерился было помочь Дону с багажом дочери, но тот остановил его.
— Я справлюсь, — улыбаясь, сказал он. — Ваша дочь путешествует налегке.
— Надеюсь, это не признак того, что ты приехала ненадолго? — спросил Уилфред, глядя на Аврору с подозрением.
— Прежде чем говорить об отъезде, дай мне хотя бы распаковать вещи, — уклонилась от прямого ответа девушка.
Отец кивнул, и они все вместе направились в дом.
В обширном холле поток воздуха от тихо шелестящих под потолком вентиляторов приятно холодил разгоряченную кожу. Двери, ведущие в другие комнаты, были открыты, и взгляд Авроры с удовольствием пробежал по знакомым с детства интерьерам. Все было точно так, как во время ее отъезда.
Дом был обставлен почти целиком антикварной мебелью и навевал воспоминания о колониальных временах. Натертый до блеска паркет чуть поскрипывал под ногами, как корабельная оснастка. Хрустальные люстры тихонько позвякивали в потоке воздуха от вентиляторов.
— Оставь вещи Авроры у лестницы, Дон, — оживленно сказал Уилфред, входя в гостиную. — Выпьем лучше шампанского.
— Шампанского?
Аврора смотрела, как ее отец подошел к столику, на котором красовалась бутылка в ведерке со льдом и бокалы. Шампанское не очень-то вписывалось в нарисованную братом картину финансовых затруднений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
