так больше, мама, — неожиданно для себя прошептал Бланк. — Я должен что-то сделать.
Она присела рядом и пригладила сыну выбившуюся из челки каштановую прядь.
— Ты и так делаешь. Растешь, умнеешь, набираешься опыта. Когда ты станешь королем…
— Зачем? — отдернул он голову от материнской руки. — Зачем людям еще один такой король как отец? Который никого не может защитить.
— Бланк…
— Я не могу видеть Аша в этой тюрьме, я не могу слышать плач родителей, которые лишились ребенка, я по горло сыт этим! Понимаешь?
Она кивнула. Не было в Арконии человека, который бы не понимал чувства юного принца.
— Но мы не можем это исправить, ты же знаешь…
— Можем, если достанем Страж Арконии и назначим нового Мастера Сэйгерена.
— Бланк, его невозможно достать!
Он устало прикрыл глаза и откинулся на подушку. Мать была права. Если Страж действительно остался в Храме Аркона, то шансов получить его было мало. И дело было даже не в том, что священный холм окружал теперь труднопроходимый проклятый лес, полный смертельных опасностей, а в том, что для входа в Храм нужна была нелюдь, которая бы добровольно согласилась помочь открыть врата.
— К тому же, — продолжала мать, — сила Стража не помогла Мастеру Сэйгерену, иначе он убил бы монстра еще тогда. Будь Страж сейчас здесь, разве кто-то согласился бы обречь себя на бессмысленную гибель?
— Допустим, я.
Глядя на полное решимости лицо сына, женщина прерывисто вдохнула. Он не дал ей ответить:
— Пока мы сидим сложа руки, ничего не изменится. Я собираюсь отправиться за Стражем. Я найду нелюдь — не верю, что их совсем не осталось. В конце концов, я дойду до конца Разлома и достану ее с земель их клана. Пусть даже мне придется пересечь Палящую Пустошь. Я верну Страж и убью монстра. И если для этого понадобится целая жизнь — что ж, я согласен. Но больше бездействовать я не намерен. Даже если вы с отцом будете против. Я так решил.
Мать, пораженная, молчала. Бланк уставился на нее колючим, как еловая лапа, и таким же зеленым, взглядом.
— Я закончил. Можешь ругаться.
Но она не ругалась. Она только обреченно опустила голову.
— Я знала, что когда-нибудь ты примешь такое решение, — ее печальный смешок царапнул сердце сына, — и всегда боялась этого момента. Мне нечем тебя удержать. Но подумай о своем народе. Твоя забота о людях нужна здесь, а не на краю света в погоне за несбыточной мечтой. Оставив трон, ты не сделаешь их жизнь лучше. Тут — твое место.
Бланк упрямо сжал губы.
— Не убедила? — спросила мать. — В любом случае, прежде, чем совершить большую ошибку, поговори с отцом. Хорошо?
— Да.
Она поцеловала его в лоб и вышла.
На душе у Бланка было тяжело. Еще хуже становилось, когда он думал о предстоящем разговоре с отцом. Король не отличался сдержанностью, особенно в спорах со старшим сыном. Бланк уже представлял, как гневно стучит по столу отцовский кулак, и сердце его сжималось.
В кровати беспокойно заворочался Аш, и Бланк подошел к нему поправить одеяло. Еще целый год, думал он, целый год брату придется тоскливо стоять у окна. А сколько еще другим детям, которым не повезло иметь антимагическую комнату, пропадать в лапах монстра?
Бланк тряхнул головой, прогоняя посеянные матерью сомнения. Непослушные волосы разметались по щекам, и он пригладил их назад небрежным жестом. Сквозь пальцы, в окне Бланк увидел мелькнувшую черную тень с белой маской. Он застыл, напряженно всматриваясь темноту. Но там уже никого не было.
В огромном пустом зале древнего замка лежал монстр, положив увенчанную четырьмя рогами голову на когтистые лапы. Его тело занимало почти весь гранитный подиум, на котором возвышался оплетенный лозой трон. Казалось, монстр спит, но легкое покачивание чешуйчатого хвоста выдавало его.
На подоконнике высокого окна появилось существо в белой маске и бесшумно спрыгнуло на пол. В то же мгновение желтый глаз открылся, узкий вертикальный зрачок отразил силуэт гостя. Монстр зевнул, показав зубы, и со щелчком захлопнул пасть. Верхние клыки устрашающе торчали наружу, доходя до золотисто-янтарной бороды.
Существо преклонило колено.
Монстр поднялся, встряхнул золотой гривой, сбросив с себя остатки дремоты.
— Говори, — раздался его низкий леденящий душу голос.
Глава 2. Под прикрытием праздника
Едва Аструм показался над крышами домов, Тейя и ее спутник были уже у подножья горы, откуда вела широкая накатанная дорога прямо в столицу Арконии.
Ани уделяла больше внимания Мике, резвящейся в густой высокой траве, чем мужчине, который долго и терпеливо ее наставлял.
— Тейя, повтори, что я сказал, — заметив, что Тейя не слушает, произнес он.
Та повернулась к нему и снисходительно улыбнулась:
— То же, что и много-много раз до этого. Итак, — она начала загибать покрытые белоснежной шерстью пальцы, — не подходить к людям, не разговаривать, не позволять им узнать, кто я, не использовать магию, не отходить от тебя, не доверять никому, убегать при опасности, не подходить к людям — ой, говорила… Это все. Да, все.
— Не снимать перчатки, — укоризненно сказал мужчина, и Тейя виновато потупила взгляд. Он склонился и накинул ей на голову капюшон, достаточно глубокий, чтобы скрыть все лицо ани: — Не глазеть по сторонам, иначе спадет. — Потом он натянул ей перчатки и похлопал по плечу: — Теперь все. Сегодня там будет большой праздник — мы затеряемся в толпе. Идем.
Мужчина ободряюще улыбнулся и, не дожидаясь ответа, пошел. Непоколебимый и сосредоточенный, будто какую работу выполнял. Казалось, его совсем не волновало, что по этому поводу думала сама Тейя. В последнее время он все больше и больше отдалялся от нее, превращаясь из доброго и любящего опекуна в холодную каменную глыбу. Несколько дней назад, глядя на ночное небо, он объявил о какой-то очень большой опасности, и они отправились в путь. Что это была за опасность, опекун не уточнял, а Тейя не спрашивала. Ее тревожило другое: была ли она хоть немного дорога этому человеку, если он решил просто избавиться от нее. Глядя на его удаляющуюся широкую спину, она задавалась этим вопросом, но ответа найти не могла.
Ани кликнула свою питомицу, и та моментально оказалась на плече хозяйки, а потом нырнула за пазуху, выставив оттуда любопытную мордочку с маленьким носом и большими глазами.
Городская стена становилась все выше и выше. Скоро они зайдут в город, потом направятся к руинам Храма Аркона, где берет источник разлом. Опекун говорил, что щель там должна быть достаточно узкой, чтобы перебраться на другую сторону. Тейя же всей душой надеялась, что он
