Саша сдержанно улыбнулась уголками губ, отчаянно надеясь в душе, что никаких вопросов не будет. Она этого просто не вынесет.
Еще раз поблагодарив адвоката, Александра попрощалась и взялась за ручку двери. Задержалась на секунду, незаметно вдохнув поглубже, и с уверенным видом вышла в коридор, где ей предстояло последние испытание.
Как Александра и предвидела, Антон ждал ее. Едва заметив Сашу, он отошел от своего адвоката и подошел к уже бывшей жене. И вот эта приставка «бывшая» ее очень радовала.
— Саша, а может не стоит? — Антон смотрел на нее спокойным, немного грустным взглядом. Ни дать, ни взять — расстроенный разрывом, любящий муж.
Впрочем, она не могла отрицать, что по-большей части он соответствовал этой характеристике. Просто… просто она так больше не могла.
— Мы уже все решили, Антон, — Александре хватило сил спокойно выдержать его взгляд. — И документы уже оформлены. И…, - она на секунду умолкла, чтобы вздохнуть. — Я не могу больше, Антон. Хватит, — в конце голос немного дрогнул, но Саша очень постаралась не расклеиться. — Я устала, у меня нет больше сил, кончились. Нам, вообще, не стоило этого всего начинать когда-то, — она грустно улыбнулась, не позволив ему прервать себя. — Хотя, это я сейчас такая умная, узнала, просто, много. Но, так или иначе, я не хочу продолжать, Антон. И, надеюсь, что ты будешь уважать мое решение так же, как делала это до сих пор.
Он вздохнул не сводя с ее лица грустного взгляда. Но кивнул.
Протянул руку, словно бы хотел погладить Сашу по плечу, но остановился на полдороге.
И хорошо, а то выдержка могла и изменить ей, Александра не гарантировала, что не закричала бы.
Она так устала.
Больше всего на свете ей сейчас хотелось забиться в самый темный уголок своей спальни, укрыться одеялом с головой и зарыдать. А потом заснуть так глубоко, чтобы проснувшись, не вспомнить последние годы. Нет, те не были кошмаром, ее жизнь имела и хорошие и плохие полосы. Просто осталось слишком много шрамов в душе, настолько много, что уже не спрятать никакой штукатуркой и ничем не утаить.
— Хорошо, если ты действительно уверена, — казалось, Антон никак не мог удержаться от того, чтобы не дать ей последнюю лазейку.
Не будь ей так грустно, Саша даже улыбнулась бы. Наверняка ее бывший муж просто представить себе не мог, как она проживет без него? Как, вообще, может существовать женщина, которая умеет и хочет обходиться без присутствия в своей жизни самого Семченко?
Прожив с ним в совокупности больше тринадцати лет, Саша точно знала, что для Антона это нечто из области фантастики. Господи! Число-то какое, а она и не задумывалась раньше.
— И все-таки, Саш, звони, если что. И…, - он засунул руки в карманы брюк. — Это ошибка, слышишь? Ведь все не так и плохо было у нас. Потому я считаю, что мы сейчас серьезно ошибаемся, и буду надеяться, что ты все-таки передумаешь, — Антон проникновенно смотрел ей в глаза. — И уж тем более, тебе стоит выбросить из головы глупости с переездом в другой город, — выражение лица Антона стало почти строгим. — Кто тебе мешает работать здесь? Не думаешь же ты, что я буду как-то вредить тебе? — на его лице появилось немного высокомерное выражение оскорбления.
Саша криво усмехнулась.
— Нет, Антон, это не ошибка. Мы наконец-то поступили правильно.
Она бросила папку с бумагами на подоконник и расправила плащ, который до этого держала перекинутым через руку. Антон тут же подошел и помог ей, забрав и придержав плащ, чтобы Саше стало удобней.
Она кивнула в благодарность и на секунду замерла, поняв, что вдохнула такой знакомый и привычный запах одеколона, ощущает мягкое прикосновение теплых, до последней черточки изученных рук. На миг сердце защемило и появилось малодушное желание поддаться уговорам Антона, порвать бумаги и начать все заново. Ведь все и правда было не так плохо, иногда — даже замечательно, а по большей части — терпимо. Вот только Саше все больше и больше в последние дни казалось, что она утратила саму себя. И в последний раз ее терпения, ее выдержки и смирения уже не хватило чтобы закрыть глаза на свою беспомощность и неспособность что-то изменить, и на его путь прохождения по жизни.
А потому — она точно знала, что назад дороги нет, как бы ее не искушали хорошими временами.
— Я не вернусь, Антон, — спокойным голосом проговорила Александра, застегивая пуговицы. — Можешь не ждать меня. Я освобождаю тебя от себя, и себе даю свободу от всего, что было между нами за это время.
С грустью посмотрев на него Саша отошла, но потом остановилась, вспомнив, что так и не ответила на его возмущение.
— Да, я уеду, Антон. Не потому, будто считаю тебя способным на мелкие пакости. Нет, — она покачала головой. — Просто здесь — я всегда буду твоей женой, всегда буду Семченко. Той, о проблемах которой знал и знает едва ли не весь город. Во всяком случае, в любой больнице уже через пару дней станет известно обо мне каждая мелочь. А я устала жить, оборачиваясь на шепот пересудов за спиной. Устала жить с жалостью и насмешкой, — под конец голос выдал ее, сломавшись. — И устала гадать, с кем из этих молоденьких студенток и интернов, отводящих глаза при моем взгляде — ты мне изменял.
Антон больше не возражал, только виновато опустил голову.
Да, что от этого проку? Они все уже давно решили и обсудили. Взвесили все аргументы, быть может, впервые за все годы совместной жизни выслушали друг друга. Только вот — поняли ли? Саша сомневалась.
Она его так до конца и не поняла, и он ее, наверное, раз просит остаться. Но и осудить до конца не могла. Все-таки, и хорошего было в их жизни достаточно, а потому не хотелось ссориться и ругаться.
— До свиданья, Антон, — проговорила Саша отвернувшись, а в уме добавила «прощай».
Она очень сильно надеялась, что ей никогда не доведется его снова увидеть. И может быть, удастся все забыть.
Не прислушиваясь к его ответному прощанию, она толкнула дверь и вышла на улицу, подставляя лицо еще довольно прохладному весеннему ветру. Сделала пару глубоких вздохов и медленно побрела к своей машине. Как бы ни хотелось Саше сейчас лечь и спрятаться под одеялом от всего мира — было еще одно дело, которое следовало завершить и не хотелось откладывать то в долгий ящик.
Заведя двигатель, Саша тронулась с места, подумав, что все-таки, ей очень обидно. Она совершенно не хотела уезжать. Александра родилась и выросла в этом городе, здесь жили все ее близкие, все друзья, и было больно лишаться родного окружения. Она и так, дожив до такого возраста — ничего практически не имела. Все, что только было можно, Саша положила на алтарь их с Антоном семьи. Только то ли судьба не оценила этой жертвы, то ли просто — ничто было не в силах спасти их брак.
