и в его распоряжении был современный «корабль пустыни». Вскарабкавшись на заднее сиденье джипа, я спросила:
– Куда едем?
– В пустыню.
– А надолго?
– Часа на два – на три.
Пусть вокруг один песок, иногда все же надо выезжать куда-нибудь подальше. Машина ехала по следам шин прямо в безбрежную пустыню. Начинало смеркаться, но было по-прежнему жарко. Меня стало клонить в сон, в глазах все расплывалось… и вдруг – не может быть! Впереди, на расстоянии двухсот метров, раскинулось огромное озеро, гладкое, словно зеркало, а рядом росли деревья.
Я протерла глаза. Машина на всех парах мчалась прямо в озеро. С заднего сиденья я хлопнула водителя по голове.
– Дружище, там же озеро! – завопила я. – Ты что, угробить нас решил?
Пропустив мои вопли мимо ушей, он нажал на газ. Я посмотрела на его жену – она лишь посмеивалась. Машина не снижала скорость, озеро приближалось. Я обхватила колени, приготовившись к неизбежному.
Я слыхала, что где-то неподалеку в пустыне есть большое озеро, но не думала, что именно здесь. Подняла голову, взглянула – вот оно, озеро. Пригнувшись к коленям, я закрыла голову руками. Машина проехала еще сотню метров и остановилась.
– А теперь открой глаза! – окликнули меня приятели. Я открыла глаза. Кругом – бескрайняя пустыня. Земля, обагренная кровавыми лучами заката. Ветер тихонько сдувает песок. Жуткая, мрачная картина.
Но где же озеро?
Оно исчезло. Ни воды, ни деревьев вокруг.
Вцепившись в переднее сиденье, я испуганно молчала, чувствуя себя героиней происходящей наяву страшной истории из «Сумеречной зоны»[2].
Я выпрыгнула из машины, постучала ногами по земле, потрогала ее руками. Земля была настоящая. Но где же озеро? Куда оно делось?
Я быстро оглянулась – машина никуда не исчезла. Вот она, а рядом с ней – мои покатывающиеся со смеху друзья.
– Я поняла! Это был мираж. Верно?
Все еще в мурашках от ужаса, я села обратно в машину.
– Что за наваждение! И так близко. В кино миражи всегда показывают издалека.
– Это что. Начнешь потихоньку исследовать пустыню, еще и не такое увидишь.
Отныне я, увидав что-то необычное, уже не спешу верить собственным глазам и проверяю все на ощупь. Но я никому не признаюсь, что боюсь миражей. Я говорю:
– Проклятая близорукость. Ничего толком не разглядишь!
Как-то раз я занималась стиркой. Дверь была открыта, и вдруг в дом вбежала хозяйская коза и сожрала мой единственный, с трудом взращенный на пресной воде цветочек. Цветочка, собственно, не было, а были два здоровеньких листочка, и коза слопала их в один присест. Я погналась за ней, споткнулась и шлепнулась на землю. Рассвирепев, я побежала в соседний дом ругаться с хозяйским сыном.
– Ваша коза съела мои листочки.
Старшему сыну хозяина уже исполнилось пятнадцать.
– Сколько листочков? – деловито поинтересовался он.
– Целых два листочка, и все их съела ваша коза.
– Стоит ли так сердиться из-за двух листочков? Большое дело!
– Ты что, забыл, что мы в пустыне? Здесь и так ни травинки, а мой цветочек…
– Хватит о цветочке. Что ты делаешь сегодня вечером?
– Ничего не делаю. – И правда, никаких особых дел у меня не было.
– Мы с приятелями идем ловить пришельцев. Пойдешь с нами?
– Летающая тарелка? Ты хочешь сказать, летающая тарелка прилетит? – Во мне вновь взыграло любопытство.
– Она самая.
– Мусульманам запрещается врать, дружок!
Подняв руку, он поклялся, что это правда.
– Ночь будет безлунная, сегодня наверняка прилетит.
– Конечно, пойду! – тут же выпалила я, охваченная и страхом, и возбуждением. – Будем ловить пришельцев?
– Ну да, как только они вылезут. Только тебе надо переодеться в мужчину, как местные одеваются. Не могу же я с женщиной идти.
– Как скажешь. Дай мне взаймы тюрбан и теплую накидку.
Вечером мы с Баширом и его друзьями отправились в двухчасовой пеший поход. Дойдя до места, где ни огонька не было видно, мы улеглись на землю. Кругом стояла кромешная тьма, звезды холодно мерцали алмазным блеском. От оплеух ветра болело лицо. Я укрыла его тюрбаном, оставив снаружи одни глаза. Когда я почти окоченела от холода, Башир вдруг стукнул меня.
– Тсс! Не шевелись! Слушай!
«У-у-у, у-у-у, у-у-у…» Это было похоже на ритмичное гудение мотора, звучащее со всех сторон сразу.
– Ничего не видно! – воскликнула я.
– Тихо, не кричи, – Башир показал пальцем на небо. Невдалеке от нас в высоком небе показался какой-то красно-оранжевый светящийся объект и стал медленно приближаться к нам. Я пристально глядела на него, от страха царапая ногтями песок. Загадочное нечто описало круг и отлетело. Я тяжело выдохнула. Объект снова медленно двинулся в нашу сторону, постепенно снижаясь.
В этот миг мне хотелось только одного: чтобы он поскорей убрался восвояси. Каких там пришельцев ловить! Скажи спасибо, если тебя не захватят. Эта штука висела в воздухе и не приземлялась. Тело мое обмякло, я не могла пошевелиться. Было страшно холодно, но с меня градом лил пот.
Когда мы вернулись, было уже светло. У двери дома я отдала Баширу тюрбан и накидку. И как раз в этот момент пришел с работы мой домовладелец-полицейский.
– Куда это вы ходили? – спросил он.
Увидев отца, Башир шмыгнул в дом, как поджавшая хвост собачонка.
– На летающую тарелку смотреть! – ответила я хозяину.
– Мальчишка наврал с три короба, а вы и рады!
Подумав немного, я сказала ему:
– Но ведь это правда. Я своими глазами видела какую-то красно-оранжевую штуковину, совсем не похожую на самолет. Она летела низко, медленно…
Хозяин задумался на мгновение.
– Многие видели, она часто прилетает по ночам, уже несколько лет! Никто не может объяснить, что это такое.
Я встрепенулась от неожиданности.
– То есть вы верите, что я ее видела?
– Сеньорита, я верю в Аллаха, но эта штука в небе над пустыней определенно существует.
Хоть я и продрогла до костей в эту бессонную ночь, мне еще долго не удавалось уснуть.
Однажды поздним вечером, поев у друзей жареной верблюжатины, я собралась домой. Было уже около часа ночи. Друзья предложили:
– Оставайся у нас до завтра.
Я подумала немного – вроде не так уж и поздно – и решила идти домой.
– Но мы не сможем тебя проводить, – с озабоченным видом сказал хозяин.
Я похлопала себя по высокому сапогу.
– Не нужно меня провожать! У меня с собой кое-что есть.
– Что же это? – спросили муж и жена в один голос.
Я театрально взмахнула руками и выхватила из голенища нож с острым сверкающим клинком. Хозяйка вскрикнула. Посмеявшись вдоволь, мы распрощались, и я отправилась домой.
До дома было минут сорок пешком. Не очень-то и
