выпрямилась и, чувствуя на себе внимательный взгляд, обернулась. Аугеранг как-то странно смотрел на меня, слишком сосредоточенно и внимательно, а ещё в его позе читалось напряжение, хотя на губах застыла издевательская ухмылка.
— Что… что это? — тихо спросила, пытаясь снять с себя этот странный ошейник. Но замок никак не поддавался, хоть я нажимала где только можно.
— Снять не получится, она слушается только тех, в ком течёт огненная кровь, — довольно заверил меня демон, с интересом наблюдая за моими попытками. — На этой вещичке мой личный герб, чтобы все знали, кому ты принадлежишь, и не прикасались к тебе. К тому же, если ты вздумаешь ослушаться меня или попробуешь сбежать, то она сделает тебе очень больно. Считай, что только что была небольшая демонстрация возможностей цепи-подчинения.
— Кому я принадлежу… сделает больно… цепь-подчинения, — глухо повторила за Аугерангом и во мне вновь всколыхнулась злость, которую мне было сложно удержать в себе. — Вы чудовище!
— Моя сладкая, советую быть аккуратной в выражениях, — обманчиво приторным голосом произнёс демон, но я интуитивно почувствовала его раздражение. — Не стоит доводить меня своей глупостью и бессмысленной храбростью. Не забывай, что ты теперь полностью принадлежишь мне.
И снова его слова больно ударили по моей гордости и заставили почувствовать себя слабой, беззащитной и всеми брошенной. Разве мало мне выпало бед с приходом демонов на наши земли, чтобы я теперь стала игрушкой для одного из них?
— Нет! Это нечестно! Так нельзя! — вскликнула на эмоциях, с трудом сдерживая слёзы. — Почему вы вправе распоряжаться мной? Я ведь свободный человек! И я не давала вам на это своего согласия. У вас что, совсем отсутствует хоть какое-то понятие о морали? Почему демоны думают, что они могут делать с нами всё, что только захотят? А вы… Неужели не видно, что вы мне противны!
Аугеранг улыбнулся, хоть на улыбку это было мало похоже. Изгиб его губ можно было сравнить со звериным оскалом. Брови демона иронично изогнулись, а в алых глазах засверкали золотистые искры, не сулящие ничего хорошего. Ну вот, я разозлила демона. Молодец Наримара. И чего ты от него ожидала, посмев сказать такие слова прямо ему в лицо? Отказав тому, кто по своей природе ненавидит любое проявление неуважения и неподчинения, надо быть готовой к последствиям.
— Мне очень жаль, что ты не усвоила урок, — холодно произнёс Аугеранг. — А я верил, что ты будешь послушной девочкой и не вынудишь меня наказывать тебя. Помнишь, что я сказал, когда тебя только привели? Следовало послушаться, а не упрямиться как дура. Со мной ты получишь всё что только захочешь. Платья, драгоценности, косметику и прочие безделушки. — В его глазах снова угрожающе запылал огонь и я настороженно отступила назад. — Видно мне придётся заново всё тебе объяснять, но на этот раз по-другому, чтобы ты сразу всё поняла. — На его губах появилась жуткая, предвкушающая улыбка, и я почувствовала, как по моему телу пронеслась волна страха.
Одно молниеносное движение, и красноглазый демон оттолкнул меня назад, прижав своим телом к стене. Мои упрямые и отчаянные попытки вырваться не увенчались успехом. Да что там! Их попросту не заметили.
До боли сжав мои запястья, Аугеранг поднял их над моей головой, после чего свободной рукой оттянул рукав платья, обнажая плечо. Его горячие губы коснулись моей шеи и начали медленно опускаться вниз, к ключице, обжигая своими прикосновения. А я… а я начала чувствовать, как внутри меня что-то отвечает на ласку демона, и это меня напугало. Всё получилось само собой. Я даже сразу и не поняла — когда ударила коленкой туда, куда ударять ни в коем случае было нельзя, — что только что натворила.
Аугеранг вздрогнул и, зарычав, наградил меня звонкой пощёчиной, от которой у меня потемнело в глазах. Удар получился таким сильным, что не устояв на ногах, я упала на пол. От боли и обиды хотелось плакать, но куда больше мне хотелось оказаться дома, в безопасности… Вот только дома у меня теперь не было.
— Не смей даже думать о том, чтобы снова ударить меня! — прорычал Аугеранг и, перевёл взгляд на свою руку, словно поражаясь тому, что только что поднял её на меня.
Но растерянность в его взгляде тут же сменилась раздражением и, схватив меня за руку, демон заставил меня подняться на ноги. Моё запястье с силой сжали, оцарапав когтями нежную кожу.
— Отпустите! — Я в отчаянье и с мольбой посмотрела на Аугеранга, боясь, что ещё немного и он сломает мне руку.
Слёзы сдержать не получилось и они горячими каплями начали стекать по щекам. Ещё никто и никогда не смел так со мной обращаться. На меня даже в детстве руку не подымали, наказывая лишь долгими нравоучениями и запретами на сладкое. Это ведь жестоко и низко, особенно для такого, как он, для принца, хоть и сумеречного.
Взгляд демона стал каким-то рассеянным и вроде бы немного удивлённым. Он как-то странно посмотрел на меня и нахмурился.
— Не трогайте меня! — Я безуспешно постаралась разжать сильные пальцы, от паники и страха теряя способность двигать собственными руками.
— И когда до тебя уже дойдёт, что ты принадлежишь мне? — как-то устало спросил Аугеранг, после чего чуть ослабил хватку.
— Я не ваша. Не смейте так со мной обращаться, — упрямо ответила, с какой-то глупой безысходностью, хоть и прекрасно понимая, что этим разозлю его ещё сильнее.
— Видно не скоро, — тихо прорычал Аугеранг, внимательно вглядываясь в моё лицо.
— За что вы так со мной? Вы ведь делаете мне больно. Неужели демоны и правда получают удовольствие от чужих страданий?
— За что я так с тобой? — Он рассмеялся, решив проигнорировать мой последний вопрос. — А ведь тебе просто стоило подчиниться мне, и тогда всё было бы по-другому. Но твоя глупая гордость и нежелание осознать своё жалкое положение…
— Ненавижу! — тихо произнесла, посмотрев ему прямо в глаза.
Мои слова, по-моему, смогли его задеть. Я увидела, как вздрогнули его плечи, как сжались в тонкую линию губы и потемнели глаза.
Я же невольно коснулась шеи, почувствовав лёгкое жжение, и, совершенно забыв о секрете данного «украшения», невольно постаралась сдёрнуть его с себя.
— Стой! — услышала я раздражённый голос Аугеранга, но было уже поздно.
