поспешила в кабинет. Приподняв подол платья, Тира ловко, чуть ли не бегом, поднялась по лестнице, разнося дробный стук туфелек по пустынной гостиной. Переведя дух и посмотрев на свое раскрасневшееся лицо в ростовом зеркале, стоявшем сразу за дверью кабинета, она усмехнулась. «Дурочка, — подумала девушка, — неужели ты решила, что фрегат-капитан будет писать столь объемные послания, испытывая любовное томление? Он не из тех мужчин, которые волочатся за каждой юбкой. Поэтому…»
Сев за стол, Тира вскрыла перочинным ножичком конверт и вытащила из него несколько листов бумаги, исписанный торопливым почерком с сильным наклоном строк. Да уж, перо держала не изнеженная рука ловеласа. Она представила, как командор, сидя за столом, заваленном мореходными картами, размашисто пишет, изредка застывая в раздумьях. Свечи в канделябре трещат, оплывают, а он спешит излить на бумаге свои планы. Вот и зачеркнутые слова, кое-где видны расплывшиеся пятна чернил.
— Моя дорогая Тира! — прочитала она полушепотом и фыркнула, зардевшись. — Каков нахал. Уже меня считает своей собственностью. Ну а чего я хотела? Ладно, что вы хотели сказать, фрегат-капитан?
' Моя дорогая Тира! Хотелось бы сначала рассказать о своих делах в Акаписе, но посчитал, что их перечисление вгонит вас в смертную скуку. Ничего примечательного в виде балов, торжественных приемов у наших местных нобилей Вейлинов, Мердоков и Флаерти. Представляете, они считают меня пиратом, удачно избежавшим виселицы вместе со своим отрядом! Не знаю, откуда у них столь достоверные новости, но я не расстраиваю их, поддерживая реноме ужасного головореза. Впрочем, Флаерти уже делал попытку привлечь меня к своим делишкам, я отказался по многим причинам. Не хочу влезать в дела нобилей, потому как после похода в Шелкопады с караваном Лесса Боссинэ появились неплохие перспективы…
… Я очень переживаю за вас, Тира, как представлю, в каком окружении вам приходится сейчас находиться. Поэтому на общекомандном совещании было принято решение послать помощь в виде постоянного гарнизона в вашем особняке. Надеюсь, для трех десятков моих головорезов найдется местечко, и я хоть ненамного успокоюсь. Гарнизон будет постоянным, а вот личный состав будем менять. Сейчас командование принял дон Ардио, а через три месяца его сменит дон Ансело с бойцами. Исходя из такой диспозиции, я прошу вас рассчитывать свои траты. По поводу оплаты наших услуг. Два золотых в месяц рядовому составу, три — сержантам отделений, и десять «корон» командиру. Это наши условия, которые вы можете оспорить с доном Ардио, если считаете таковую плату завышенной. Излишне щедрой тоже не советую быть. Зафиксируйте договор с адвокатами, чтобы не возникло вопросов с наместником. Иначе пойдут слухи, что вы не охрану наняли, а скрываете в своем доме пиратов под видом наемников. Поверьте, дорогая моя Тира, так и будет, если заранее не подстраховаться. Ваше трагическое прошлое никого не волнует, как вы уже убедились, наверное. Жадность и зависть остаются главным мотивом для уничтожения тех, кого боятся. А род Толессо, чего скрывать, многим стоял поперек горла…
… Мои планы просты: до конца навигации хочу сходить вверх по Рокане, очень меня интересует тамошние места, особенно провинция Лимадия. Вы что-нибудь слышали о Спящих Пещерах? Хотелось бы получить более достоверные сведения, что это такое. Если нет источников, лучше не влезайте в это дело и не пытайтесь даже идти дальше, расспрашивая посторонних. Вокруг некрополя сейчас творятся нехорошие дела, которые в будущем могут повлиять на политическую ситуацию в Дарсии…'
Игнат писал хитро, разбавляя рассказы о своих планах и нужные вопросы ничего на значащими описаниями, чем он сейчас занимается в Акаписе. Почти достроил дом, из которого видны бескрайние вересковые пустоши и низинные берега Чернявки.
«Хочу углубить русло речки до самого устья, чтобы наш бриг мог подниматься вверх до Пустоши. А еще в моих обширных замыслах возвести порт. Верю, что рано или поздно здесь возникнет людское поселение, а если дерзко мечтать и работать не покладая рук — и город, соперник Акаписа».
Тира удивилась прожектам фрегат-капитана. Неужели Игнату не хочется вернуться на свою родину, к родителям, друзьям, занять свое законное место на палубе военного корабля? Довольно странно для офицера флота. Подумав, девушка решила, что планы Вестара Фарли — ловкий маневр, чтобы отвлечь внимание тех, кто по долгу службы выискивает шпионов и агентов Сиверии. Ведь письмо могло попасть в руки королевских дознавателей, прочитано и снова умело упрятано в конверт.
Вздохнув, она положила письмо в ящик стола. Вечером, перед сном, нужно еще раз прочитать его. Тиру зацепило упоминание о Спящих Пещерах. Кое-что она в детстве слышала о самом огромном в Дарсии некрополе. Детская память удержала рассказы о магических заклятиях, коварных ловушках, ждущих любителей чужих сокровищ, о привидениях столь жуткого вида, что даже самый стойкий человек не выдерживает и умирает, сталкиваясь с ними. Умом девушка понимала, что кроме магических печатей, охраняющих гробницы, там ничего страшного и сложного нет. Ну, еще и Корпус сторожевой флотилии иногда поглядывает сверху на город мертвых. Вот интересно, если патруль замечает грабителей, садится ли корабль на территорию Спящих Пещер? Если садится, с ними ничего не происходит?
Семейная либрария находилась в смежной с кабинетом комнате с высокими потолками, и имела два входа: как раз отсюда и со стороны лестницы. Тира бывала здесь не раз в детском возрасте, до сих пор помня непередаваемый запах бумажных страниц и кожаных переплетов фолиантов. Она забиралась на диван с ногами и перелистывала какие-то энциклопедии с разнообразными и забавными рисунками, еще не умея читать. Отец работал за дальним столом и изредка смотрел на дочь с улыбкой. Все это уже в прошлом, и никогда не вернется.
К горлу подкатил горький комок. Тира сжала зубы. Еще не хватало расклеиться, когда предстоит много дел. Она деловито огляделась по сторонам. Насколько ее память удержала расположение полок, вон на той, уходящей под самый потолок у северной стены, есть летописные своды по древним династиям. Подойдя к этой полке, девушка растерялась от большого количества потертых корешков без названий. Без списка расположения каждой книги здесь не обойтись. Тира помнила, как отец или дед сначала доставали этот каталог, сверялись с ним и только потом доставали нужный фолиант. И ставился он строго туда же.
Закусив губу, молодая хозяйка огляделась по сторонам. Логично предположить, что список являлся наиболее важной частью либрарии, он должен находиться в таком месте, чтобы его долго не искать. Взгляд ее устремился к резному комоду на причудливо изогнутых ножках. В нем было всего три ящика, которые Тира стала поочередно открывать, начиная с
