хорошего хирурга грудь четвёртого размера.
Яр с трудом её вспомнил. Она была с одним из его партнёров на вечере.
— Ага, вспоминаешь. Так я дополнительно напомню. — Она опустилась на колени, откинула длинные волосы, выпрямленные и наполненные кератином у прекрасного стилиста, и потянулась накаченными губами к его…
Яр взмахнул полотенцем перед её отпиленным у пластического хирурга носиком и обернул его вокруг бёдер.
Раздался звук каблуков. На кухню зашла женщина. В строгом деловом костюме лавандового цвета, рубашка цвета фуксии подчёркивала ледяной блонд и холодные светлые глаза.
Она была высокой, на лице словно приклеена усмешка. Усмешка её не портила, но настораживала окружающих.
— Какая интересная картина. Яр, доброе утро!
— И тебе, доброе, Кристина.
Яр даже не пошевелился. Девушка все также стояла перед ним на коленях. Она открыла рот и забыла его закрыть. Кристина сказала:
— Прямо голодный птенчик. Ты что не можешь девушку завтраком накормить.
Яр засмеялся. Да, только Кристина своим жалящим языком может его рассмешить. Девушка смеха не вынесла. Она поднялась, груди подскочили, она с вызовом обернулась к Яру.
— И все же ночью было хорошо. Очень хорошо. Жалко, что ты был пьян и не помнишь.
Кристина подняла бровь и выразительно посмотрела на Яра.
Яр наклонился к ушкам девушки и сказал:
— Деточка, я не пью и не принимаю веществ, это раз. А значит, я всегда всё отчётливо помню. — сказал ей Яр. — Тебя со мной не было вчера. И сегодня ты здесь появилась незаконно. Может, пойдём узнаем у охраны, чем ты их подкупила? Знаешь, чем тебе это грозит?
Девушка злобно посмотрела на Яра, наконец поднялась с пола и пошла прочь из кухни. По пути из шкафа вытащила ком одежды, также по пути напялила все на себя по частям. Трусы, кажется, забыла.
— Попка простынет, цистит привяжется, — вздохнула Кристина.
Яру было не до смеха уже. Подобные выходки навязчивых дорого сделанных девиц его доконали. Не смущаясь Кристины, он ушёл одеваться. Кристина задумчиво смотрела на его мускулистое тело, чуть прищурив глаза.
Чуть позже они ехали в машине на якобы неофициальный завтрак. Машину Яр водил сам, он не любил, когда «водили его». На завтраке предполагались все свои, а это значит, тащи девицу, чтобы они щебетали, вставляли глупенькие словечки, требовали какого-то специального несуществующего чая, и такой чай внезапно находился.
Требовали вот такой салат только без всего, пусть только там капуста останется, и им делали капусту. Яр просил Кристину его сопровождать. Девиц он категорически не переносил за их шаблонность и тупость, за их навязчивость и его безразличие к ним.
Рядом с ними он чувствовал себя мёртвым. Словно с Полиной умер он сам — два года назад.
Раздался звонок. На экране значилось «няня № 14». Его сыну с нянями не везло. Яр вздохнул. Им обоим не везло. Что там ещё?
— Сегодня я веду Марата в центр детского творчества. Вы говорили, ставить вас в известность. Я заполнила анкету, вписала все данные.
— Прекрасно, держите в курсе. За необходимость водить Марата сделаю надбавку.
Разговоры о сыне вызывали у Яра глухое чувство боли, поэтому он сводил их к минимуму. Его интересовало лишь сколько нужно заплатить за то, что сына отвлекают от Яра. Сколько стоит развлекать и обучать его замкнутого мальчика. Это все.
Яр погрузился в мысли и отвлёкся от дороги.
По улицам носился дождь, носились люди. Яр отвлёкся всего на мгновение, но этого хватило, чтобы потерять бдительность.
По переходу неслась девушка, вообще не смотря по сторонам. Яр ударил по тормозам. Машина клюнула носом и остановилась в миллиметре от девчонки.
Кристина машинально выставила руки вперёд, упираясь в торпеду. Яр взбесился, только хотел было стукнуть по клаксону, но девушка как-то неловко попыталась отскочить, угодила ногой в яму, взмахнула руками и завалилась на капот. Да так и замерла, вылупившись в лобовое стекло, но не видя ни водителя, ни пассажира.
У неё было настолько расстроенное лицо, словно для неё весь мир вместе с дождём перевернулся. Словно она ребёнок, которого кто-то незаслуженно обидел. Все в Яре рвалось спасти и защитить сейчас эту перепуганную девчонку.
Кристина что-то недовольно буркнула, но он не стал отвечать, бросил только: «Сиди, я разберусь», — и под дождь выскочил из машины.
Она была хрупкой, она была грустной, а мокрые волосы медом стекали по её тонкой спине. Она так глянула на него, не оценивающе, как другие женщины в его окружении, а просто заглянула в его глаза, и у него возникло чувство, будто она единственная кто увидела его самого.
Шел дождь, глаза её были заплаканными, он чуть её не задавил, но она все равно заглянула прямо в него. Ему пришлось её отпустить, с сожалением, она упрямо отнекивалась от его помощи.
Конечно, все его чувства были глупыми, так он говорил себе, пока они с Кристиной ехали на чертову встречу с инвесторами. Он убеждал себя в этом. Но улыбка то и дело появлялась на его лице. И он ехал дальше со странным чувством, будто вспомнил, что-то давно позабытое — живое.
Будто он впервые за долгое время увидел чужую душу, ничем не прикрытую. И это было куда мощнее и привлекательнее четвёртого прыгающего размера утренней девицы. Это чувство пьянило.
Глава 4. Дом летающих кинжалов
Когда урок подходил к середине, сегодня мы делали коллаж, в студию вошла Люба.
— Марго, вот новый мальчик в твою группу, — из-за её спины появился мальчишка. Раскосые глаза, смуглая кожа, модный костюм.
Он не смотрел на меня, не смотрел вообще ни на кого.
— Проходи присаживайся, — я подошла и хотела взять его за руку, чтобы отвести на его место.
Он дёрнулся и посмотрел на меня, как мне показалось, слишком зло для шестилетнего ребёнка.
— Ну, что ж, как хочешь. Выбери любое место, какое понравится, — улыбнулась я ему.
Весь оставшийся урок, Марат — так звали мальчика, просидел над коллажем, но не сделал ровным счётом ничего. Когда я подходила, чтобы ему помочь или подсказать, он только насупливался, складывал ручонки на груди и всем видом показывал, что в помощи не нуждается.
На перерыве я подошла к Любе и спросила:
— Нелюдимый какой парень этот Марат. Посмотри контакты родителей на всякий случай.
Люба вздохнула, заклацала алыми ногтями по клавиатуре.
После перерыва я все же решилась присесть рядом с Маратом и показать, как вырезать фигуры из цветной бумаги для коллажа.
Он внимательно смотрел, но, когда взял в руки ножницы и попробовал сам, у него ничего не получилось.
