— Может быть, ты просто этого не осознаешь, но делаешь постоянно. Кокетство стало твоей второй натурой. Разве ты не заметила, как у Стива Андерсона подкосились ноги, когда ты улыбнулась ему?
— Я не слежу за тем, как улыбаюсь. — Эми недовольно тряхнула головой и встала из-за стола.
Он тоже встал, подошел к жене и обнял ее.
— Интересно, как целуются враги?
Их губы встретились.
— Филипп…
Но он словно не слышал умоляющих ноток в ее голосе, не видел обращенного к нему просящего взгляда. Эми оказалась в его объятиях, почувствовала себя в кольце твердых мускулов. Ее опалил жар его тела, сотворив вдруг странную вещь: оказывается, так приятно находиться в новой для нее роли супруги. Она поняла, что не хочет расставаться с непривычным ощущением.
Эми не ответила на долгий поцелуй, но ее охватило странное умиротворение и какая-то скрытая радость.
Когда Филипп поднял голову, ей показалось, что те же чувства она угадывает в его глазах.
Но он тут же сощурился, и загадочное видение исчезло. Как если бы Филипп испугался, что она прочтет его тайные мысли.
— Ну что, Эми, неплохо, правда? — рассмеялся он. Затем легко приподнял ее и перенес на другое место.
Эми разозлилась.
— Да, ты преуспел в искусстве целоваться и сейчас доказал это.
— Но почему ты сердишься? — удивился он, облокачиваясь на стол.
Она схватила сахарницу и с грохотом вернула ее на место.
— Если таким образом ты хочешь отомстить мне за вчерашнее…
— Нет, предупреждаю на будущее…
— Послушай, Филипп!
— Нет, это ты послушай, Эми! — И он приподнял ее голову за подбородок, — Можешь воевать со мной, сколько захочешь, но не на людях. Если задумаешь сделать это, отвечу тебе тем же и так, что ты станешь объектом для насмешек со своими детскими выходками. Надеюсь, мы поняли друг друга.
После того как Филипп ушел, Эми осталась сидеть на кухне, отрешенно глядя в одну точку. Уединение нарушила миссис Перкинс.
— Доброе утро! — произнесла она бодро и положила на стол большой сверток. — Вот чистое постельное белье.
— Доброе! — встрепенулась Эми. — Спасибо, миссис Перкинс. Извините, задумалась. Как поживаете? Хотите кофе?
— Спасибо, хорошо, — ответила женщина, наполняя себе чашку.
— Чем занимаетесь в эти выходные вы и ваша сестра?
— Особых планов нет. А у вас ожидаются гости?
— Да. И мне хотелось, чтобы все было организовано наилучшим образом. Сейчас принесу ручку и бумагу, и мы все запишем.
Намеренно или случайно, но следующие три дня Филипп и Эми почти не виделись. За исключением завтрака в среду.
— У тебя на подбородке синяк, Эми, — обронил Филипп после утреннего, довольно прохладного обмена приветствиями. — Неужели это я оставил его?
Она кивнула.
Филипп уставился на небольшое пятнышко. Попутно от его взгляда не ускользнули ни свежие губы без всяких следов помады, ни обворожительная нежность щек, ни синева глаз в окружении длинных ресниц, более темных, чем пшеничные волосы.
— Извини, я не думал, что так получится.
— Да, тебе надо сдерживать эмоции.
— А тебе — не быть такой упрямой, — заметил Филипп, и губы его дрогнули. — Наверное, ко всем моим порокам, добавится еще и грубость?
— Меня это не удивляет. А сейчас мне придется уйти — дела не ждут.
— Как идет подготовка к уик-энду?
— Все под моим контролем.
— Тебе нужна помощь? Я мог бы…
Ответ прозвучал быстрее, чем он закончил фразу.
— От тебя требуется только одно — быть здесь, Филипп.
— Да, я еще не сказал, что, кроме Джун, у нас будут…
Эми вздрогнула.
— Я звонила Джун, и она дала мне информацию о гостях. Две пары не женаты, тем не менее, спят вместе.
— Не то что некоторые супружеские пары. Может быть, рождается новое направление? Ну, ну, продолжай, — поддел Филипп, сохраняя вежливый тон.
— Джун сказала также, что они намерены осмотреть земли в Ривербенде, чтобы купить их на торгах в Сиднее. Она дала мне несколько полезных советов, которые…
— …Заключаются в том, чтобы ты не очень беспокоилась по поводу предстоящих выходных, — развеселился Филипп.
— Да, действительно. Вы с ней советуете практически одно и то же. Как это у вас получается?
— Я ведь уже говорил, она отменно выполняет свои обязанности.
— Да, это очевидно. Но хороший работник — еще не хороший друг, правда?
— К Джун это не относится. Она и преданный человек, и дельный помощник. В том, что касается купли-продажи земли, разбирается даже лучше меня. Поэтому я и пригласил ее. — Он помолчал немного, а затем добавил: — Не обижай Джун, Эми. Думай о ней что хочешь, но не забывай, мозги у нее, как счетная машина, когда дело касается лошадей, земли и всего прочего.
— Верю тебе, Филипп. По-моему, она даже внешне похожа на лошадь. Что же касается твоего предположения, что я чем-то могу обидеть ее, то нужно будет научить меня, как это сделать. Сама я ничего не придумаю.
Они посмотрели друг другу в глаза. И Эми показалось, что под этим пристальным взглядом она превращается в маленькую-маленькую девочку.
— Хорошо! Я не буду обижать Джун — настолько, насколько позволит мое сострадание.
— Согласен.
— Иногда, Филипп Старк, — произнесла Эми, чеканя каждое слово, — вы невероятно раздражаете меня. Почему ты поучаешь, что мне говорить, а что не говорить твоей секретарше, что делать, а чего не делать? Будет просто чудо, если уик-энд не закончится катастрофой! — Она замолчала.
— Бывают моменты, Эми, когда ты ничего не хочешь понимать. Но уясни себе одно — никакой катастрофы мне не нужно. И если существуют какие-то проблемы, давай решим их сейчас.
— Нет!
— Ну ладно. Между прочим, — он скользнул взглядом по ее волосам, собранным в два незамысловатых хвостика, — не собираешься ли ты появиться с этой прической, когда приедут гости?
— А почему бы и нет?
— Тогда меня обвинят в совращении малолетних.
— А разве это не так?
— Нет, Эми. И мы оба знаем, что это не так. — Его глаза изучающе остановились на ее лице.
Эми покраснела и, резко повернувшись, вышла из комнаты.
Ей потребовалось какое-то время на то, чтобы успокоиться и все обдумать. Бесспорно одно — и Филипп, и Джун сомневаются в ее способностях вести дом и быть хозяйкой. Но она преподнесет им сюрприз! Уже к пятнице стараниями Эми и миссис Перкинс весь дом сверкал чистотой и благоухал чудесными цветами. Постели гостей были безупречны: ни одной морщинки на простынях. А кладовые ломились от запасов холодного мяса, фруктов и овощей. Три превосходные упитанные утки висели выпотрошенные в ожидании того часа, когда их запекут и в ароматной золотистой корочке подадут гостям на ужин.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
