Сам Фэйрхилл располагался на опушке обширного густого леса, так что заснеженные деревья не казались чем-то новым для Логана, даже если сама Джорджия находила их чрезвычайно красивыми. Прошлой ночью шел сильный снегопад, но сегодня небо было кристально чистым, а яркое ясное солнце заставляло белый снег блестеть, как бриллиант.
При взгляде на это сердце Джорджии запело. Она знала некоторых людей… как Эмилия… которым зимы в этой части страны давались нелегко, но сама она их обожала. Хрустящий снег и бодрый ветер, игры в снежки, блестящий лед на озере, черные силуэты деревьев на фоне неба… все это казалось ей волшебным.
Конечно, как и в случае с любым другим человеком, магия этого времени исчезала по мере взросления и познавания жизни — какой она может быть разочаровывающей и болезненной. Но сейчас, оглядываясь вокруг, Джорджия почти осмелилась частичке своего детского волнения вернуться в сердце.
— Уже недолго, дорогой, — крикнула она Логану, когда они проезжали мимо указателя с надписью «Озеро Смитсон — 2 мили», за которым следовал знак побольше и гораздо более замысловатый, с гигантским изображением Санта-Клауса и яркими зелено-красными буквами высотой около фута.
«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ! НА РОЖДЕСТВЕНСКИЙ КУРОРТ НА ОЗЕТЕ СМИТСОН СЮДА!»
Легка дрожь возбуждения пробежала по животу Джорджии. Скоро они поселятся в свое собственное рождественское шале! Она только надеялась, что помнит, как разжигать огонь.
Прошло совсем немного времени, прежде чем она повернула на боковую дорогу с надписью «ШАЛЕ СЮДА». Они проехали по дороге между деревьями и поднялись по склону горы.
Деревья росли здесь гуще, теснясь на обочине дороги, их ветви были покрыты снегом. Время от времени она проезжала мимо ярких огней других частных шале, затерявшихся среди растительности.
— Логан, дорогой, ты видел какой был номер у того шале? — Она не заметила, когда они проезжали мимо… знак частично занесло снегом, и Джорджия не была уверена, сколько они уже проехали.
— Нет, — сказал Логан. — Я не считал.
— Я тоже, — сказала Джорджия. — У нас шестое… но я понятия не имею, мимо какого мы только что проехали.
«Что же, давай просто рискнем», — подумала она, сворачивая на ближайшую подъездную дорожку. Если ошиблась, она просто извинится перед постояльцем, проверит их номер и продолжит путь.
Эта дорожка казалась длиннее, чем другие… она петляла между деревьями уводя их вглубь леса. Очевидно, что в этом шале селятся люди, которые ценят свое уединение.
«Возможно, это шале предназначено для кинозвезд или рок-певцов, которые хотят отдохнуть от всего, — подумала Джорджия, сдерживая смешок. — Я буду выглядеть как сталкер, если доеду до конца и обнаружу там Хемсворта».
«Хотя, — решила она, — я совсем не против, если так и произойдет».
Может быть, это и просто шутка, но Джорджия быстро выкинула эту мысль из головы. Она отлично справлялась. Она и Логан… и Фредди, конечно… отлично справлялись. Их окружали хорошие друзья, такие как Эмилия и Роуэн и полный город людей, которые отказались от собственного роскошного отдыха в шале, чтобы она могла провести особенное Рождество с сыном. Разве какой-то мужчина с этим сравнится?
Джорджия выдохнула с облегчением, когда завернула в последний раз и оказалась перед шале.
Вздох облегчения быстро сменился восторженным возгласом, когда она получше рассмотрела сам дом… двухэтажное, построенное из красивого дерева янтарного цвета и спрятанное в глубине леса строение. С карнизов, словно кристаллы, свисали сосульки, а на крыше лежал толстый слой снега. Это напоминало изображение с открытки… нет, из сна.
Возможно, Джорджия выросла в окружении зимних пейзажей, но это выглядело совершенно иначе. Несмотря на снег и темные деревья, шале выглядело теплым, уютным и манящим убежищем, приютившемся здесь, на горе. Оно идеально. Отсюда совсем непонятно, что в десяти минутах езды находится оживленный курорт.
«Теперь нужно выяснить, действительно ли это наш», — подумала Джорджия, останавливая машину.
— Логан, милый, подождите с Фредди здесь. Мне нужно проверить ключ и убедиться, что это наше шале.
Логан не ответил, и, когда Джорджия обернулась, то увидела, что он круглыми глазами смотрит на дом. Очевидно, он не менее очарован. Рядом с ним на автомобильном сиденье Фредди пританцовывал лапами, ему явно не терпелось выйти из машины.
— Секундочку, Фредди, — сказала Джорджия. — Потерпи еще немного.
Она не винила его в желании погулять… он и так прекрасно себя вел во время поездки, что она едва замечала его присутствие.
Взяв бумажник и выйдя из машины, Джорджия застегнула молнию на куртке и засунула варежки в карман на всякий случай. Солнце хоть и светило, но воздух оставался морозным. Именно такую погоду она любила: морозную и бодрящую. Хруст свежевыпавшего снега под ботинками был одним из ее любимых звуков.
Она прошлась по дорожке и учуяла запах древесного дыма. Через секунду, заметила, как он весело вырывается из трубы.
«Ах. Ясно. Здесь уже кто-то есть».
Джорджия на мгновение испытала разочарование, потому что это прекрасное шале принадлежало не им, но была уверена — в любом другом доме будет так же мило.
Она уже собиралась вернуться в машину, когда услышала резкий хлопок позади шале. Она бы узнала этот звук где угодно — кто-то рубил дрова.
В детстве Джорджия часто «помогала» своему отцу, таская в дом крошечные деревяшки для растопки, пока он брал поленья побольше. Он показал ей, как разводить огонь, не туша его и не создавая слишком много дыма.
«Будем надеяться, я смогу вспомнить, как это делается!»
Стук топора по дереву дал ей понять, что здесь кто-то еще был. Оставалось надеяться, что они будут возражать, если она вмешается и спросил дорогу.
Махнув рукой Логану оставаться в машине, Джорджия с хрустом обогнула дом.
«Может быть, у того, кто снимает это шале, есть дети, — подумала она с надеждой. Он достаточно большой, чтобы вместить всю семью. — Если у них есть дети, тогда Логан сможет провести время с ними и… и…»
Независимо от того, куда направлялись ее мысли, они сошли с рельс, сорвались с обрыва и разбились о скалы, когда Джорджия увидела, открывшееся перед ней зрелище.
Потому что рядом с домой колол дрова самый великолепный мужчина, которого она когда-либо видела в жизни.
И он был не просто великолепен, но еще и без рубашки.
Луч солнца пробился сквозь деревья, заставляя блестеть капли пота, покрывшую его загорелую кожу, и окрашивая его темные, слегка завивающиеся волосы в рыжий цвет. легкая щетина покрывала его волевой подбородок, а скулами можно было разрезать стекло.
А его мышцы…
Его мышцы напрягались, когда он поднимал топор над головой, сжимая рукоять в своих больших руках, прежде чем мастерски опустить его на кусок дерева, его бицепсы напрягались, а пресс представлял собой тугую сетку.
Все в нем было подтянутым и сильным.
«Святые небеса».
Джорджия осознала, что пялится на него с открытым ртом, и в любую минуту парень поднимет глаза и увидит ее, но не могла отвести взгляд. Она никогда раньше не видела ничего подобного… если только не на развороте журнала, в который она украдкой подглядывала, будучи подростком.
Эта мысль заставила ее оторваться от созерцания… ну, по крайней мере, частично.
«Тебе не тринадцать лет, — одернула она себя. — Ты взрослая женщина и мать. И раньше видела мужские тела».
Сказав это, она поняла, что никогда раньше не видела такое мужское тело.
«Да, и ему вряд ли понравится, что ты заявляешься в его шале и подглядываешь, пока он пытается провести немного времени наедине со своим деревом!»
Ладно, это прозвучало неправильно.
Тряхнув головой, чтобы привести мысли в порядок, Джорджия попыталась решить стоит ли окликнуть его или вернуться тем же путем, что и пришла, когда мужчина отложил топор и впервые поднял взгляд и заметил ее.
Во второй раз за несколько секунд у нее перехватило дыхание.
