матери бандероль с эпистолярным наследием Бланш, явно приложила к грузу некое письмо. Старшая сестра явно желала, чтобы мать ознакомилась с полученным грузом и уже после этого приняла решение, как с ним поступить.
Мать, повторим, предпочла сжечь всё, написанное пропавшей дочерью.
Ощущение странности поступков старшей сестры и матери ещё более усилится, если мы примем во внимание то обстоятельство, что все эти действия совершались до того, как об исчезновении Бланш Ламонт была проинформирована полиция Сан-Франциско.
Вечером того же дня — напомним, речь идёт о 5 апреля — в дом Ноблов явились тот самый библиотекарь Дюрант, что утром приносил книгу, и доктор Фогель, член той же самой баптистской общины, к которой принадлежали сёстры Ламонт. Ссылаясь на Кларенса Вольфа, преподавателя школы, которую посещала пропавшая девушка, они заявили, что им известно об отсутствии Бланш. Добавив несколько слов о том, что они крайне встревожены этой прискорбной новостью, мужчины сообщили о своих предположениях на сей счёт. Дюрант и Фогель заявили, что им кажется весьма вероятным похищение Бланш Ламонт с целью последующей перепродажи в публичный дом, и добавили, что имеют кое-какие связи в Сан-Франциско и займутся самостоятельным розыском пропавшей.
В Калифорнии тех лет имелись весьма многочисленные диаспоры различных национальных меньшинств, прежде всего, китайцев и мексиканцев. Первые завозились в Соеденные Штаты в качестве дешёвой рабочей силы для строительства железных дорог, вторые же являлись коренным населением этих мест [Калифорния до 1847 г. года входила в состав Мексики, так что испанцы и их потомки появились в тех местах на пару столетий ранее англо-саксов]. Публичные дома, в которых белые женщины подвергались нещадной сексуальной эксплуатации всякого рода «цветными» мужчинами, являлись своеобразной городской легендой, чрезвычайно популярной в некоторой части тогдашнего калифорнийского общества. Россказни такого рода для придания им правдоподобия нередко сопровождались разнообразными деталями скабрезного свойства, в частности, сведущие люди утверждали, будто китайские мужчины очень любят лишать юных белых леди девственности и готовы платить посредникам за услуги подобного рода огромные деньги. Бросая ретроперспективный взгляд, сложно не предположить, что «страшилки» подобного рода распространялись умышленно и преследовали цель консолидировать «белую» часть американского общества перед угрозой со стороны «небелой».
При этом нельзя не отметить, что правдоподобия рассказам о подпольных публичных домах для «белых рабынь» придавало то обстоятельство, что похищения молодых девушек и женщин с целью их последующей сексуальной эксплутации в те годы действительно происходили. Жертвы похищений продавались в публичные дома как правило на большом удалении от дома или вообще на территориях других штатов. Но неприятная для «белой» Америки правда, о которой старались не говорить ни тогда, ни сейчас, заключалась в том, что пользовались услугами «белых» рабынь отнюдь не представители национальных меньшинств, а вполне себе белые англо-саксы. В Соединенных Штатах той поры существовала проституция для «цветных», но правильнее её было бы считать «проституцией для самых бедных», поскольку члены национальных диаспор в своей массе были значительно беднее белого большинства. И сфера секс-услуг поддерживалась как в те года, так и сейчас поддерживается отнюдь не трудом рабов, а вполне себе заинтересованных добровольцев. Следует признать, что похищение девушек и женщин с целью принуждения к занятию проституцией представляется неудачной бизнес-идеей, поскольку во всех отношениях выгоднее предлагать им попробовать подобный промысел добровольно. Именно так и работает система вовлечения людей в сексуальную эксплуатацию.
Таким образом, предположение Дюранта и Фогеля о похищении Бланш Ламонт с целью продажи в публичный дом являлось отзвуком весьма распространенной в Калифорнии тех лет городской легенды, а потому неудивительно, что супруги Нобл и Мод Ламонт, внимательно выслушавшие визитёров, отнеслись к их словам с должным пониманием.
Что поисходило 6 апреля мы в точности не знаем. Этот день выпал из воспоминаний всех, причастных к описываемым событиям.
Лишь 7 апреля — после того как минули 3,5 суток безвестного отсутствия Бланш Ламонт — Чарльз Нобл явился в Департамент полиции Сан-Франциско и попросил принять меры по розыску племянницы жены.
В это же самое время уже раскручивалась другая пугающая история, во всём схожая с приключившейся с Бланш.
Цепочка драматических событий началась двумя днями ранее — т. е. 5 апреля 1895 г. — с исчезновения Эллы Форсайт (Ella Forsyth), в девичестве Флэгг (Flagg) очень привлекательной 20-летней брюнетки. В 1893 г. она вышла замуж за Джорджа Форсайта (George W. Forsyth), представительного джентльмена, работавшего пресс-секретарём в крупной фирме, занимавшейся производством всевозможной рекламы под названием «Schmidt label and lithographing company». Пара проживала в доме № 1604 по Ларкин стрит (Larkin street) на удалении немногим более 2,5 км. от пляжа в районе Форт-Мэйсон, куда в день своего исчезновения планировала направиться Элла. Джордж был на 18 лет старше своей избранницы и, судя по всему, искренне её любил, во всяком случае полиция во время расследования не нашла свидетельств каких-либо конфликтов между супругами.
Погода в пятницу 5 апреля выдалась очень хорошей, тёплой, солнечной, водная гладь в проливе Золотые ворота и заливе Сан-Франциско в такие дни всегда выглядела тихой и романтичной, а потому идея Эллы прогуляться вдоль воды показалась Джорджу совсем неплохой. И уж точно безопасной во всех отношениях. Прощаясь с женой перед уходом на работу, Джордж услышал о её намерении пойти прогуляться у залива, поискать ракушек и одобрил замысел. По мнению автора сбор ракушек на пляже представляется занятием немного странным для замужней женщины, но… может быть, так в семье Форсайт было принято проводить подобным образом свободное время? Позднее Джордж заявил полицейским, что время от времени он с женою действительно отправлялся погулять на пляж. В любом случае, береговая линия в районе Форт-Мэйсон являлась местом совершенно безопасным, волнение воды при хорошей погоде там практически не отмечалось, а потому прогулка по пляжу ничем плохим Элле не грозила.
По этой причине Джордж Форсайт был крайне удивлён, когда вернувшись вечером домой с работы, не нашёл любимую. Элла исчезла! Мужчина отправился на пляж, бродил там до полуночи и утро следующего дня также начал с осмотра прибрежной полосы.
Хотя уже 7 апреля Джордж сообщил полиции об исчезновении жены, его заявление не вызвало особого интереса правоохранителей. Мало ли что может приключиться у семейных людей — молодая жена уехала к маме или же просто решила проучить муженька после небольшой размолвки… Всякое бывает! Однако после того, как ни 7, ни 8 апреля Элла домой не возвратилась и никаких вестей о себе не подала, полиция Сан-Франциско принялась за розыск всерьёз.
