– Хорошо, я все понял, – сказал Бен. – Тебя что-то волнует?
– Да, есть кое-что. – Себ произнес это так, как произносил отец, когда не хотел сказать главного, потому что не доверял младшему сыну. Не верил, что тот проявит ответственность и сделает все как полагается.
Бен надеялся, что Себ знает его лучше, чем отец. Но, очевидно, нет.
Вероятно, это оттого, что у них с Себом разница в пять лет и Бен никогда не мог угнаться за талантливым старшим братом.
– Хорошо. Я сделаю сегодня новый анализ данных и перешлю тебе. О’кей?
Много времени это не займет, особенно если он сможет получить по электронной почте основной доклад из главного офиса. Но… сначала он выяснит, какова из себя доктор Лусинда Майлз подо всей этой дорогой одеждой. А она, несомненно, доктор, доктор философии. Эта женщина рождена для академических знаний.
– Замечательно, – ответил Себ.
Голос у него звучал устало, и Бен представил его сидящим за большим дубовым отцовским письменным столом и потирающим лоб. Сейчас их разъединяли не годы, а бремя ответственности.
С тех пор как умер отец и им с Себом пришлось работать вместе, он лучше узнал брата. По-своему они стали близки. Наверное, это из-за того, что у обоих больше никого не было.
И Себ к тому же был его братом до того, как стал боссом. Он должен это помнить.
Бену вдруг сделалось стыдно, и он спросил:
– Что-нибудь еще мне нужно сделать?
Пауза в телефоне предполагала, что Себу действительно что-то от него нужно, но, что бы то ни было, Себ, очевидно, не настолько доверял ему.
– Нет, не беспокойся. Отдыхай в Честере. Осмотри какие-нибудь римские реликвии. Или… о, ты же собирался отправиться в свой коттедж, да?
– Наверное, поеду, – ответил Бен. Все, чего он хотел, – это скрыться где-нибудь в глуши с бутылкой виски, дисками с хорошей музыкой и со старыми фильмами. – Но если я нужен тебе в офисе…
– Нет. Ты почти год не отдыхал. – Со смерти отца. Но этот осталось невысказанным. – Ты заслужил отдых.
Себ заслужил отдых намного больше. Мысль убедить своего сверхответственного старшего брата взять отпуск была просто смехотворной, но Бен, видно, не столь важен для процветания сети «Хамптон и сыновья». Что ж, он воспользуется этим обстоятельством.
– Ну, ты знаешь, как меня найти, если вдруг понадоблюсь.
– В постели со страстной блондинкой? – пошутил брат.
– На этот раз с брюнеткой. – Бен снова посмотрел на Лус – она на него не смотрела. Если она вообще его помнит, то, вероятно, питает к нему те же чувства, что и его отец, – что он все такой же пустоголовый юнец, как и в двадцать лет. Ну а вдруг у него появился шанс показать ей, в какого взрослого мужчину он превратился?
Себ засмеялся:
– В таком случае желаю удачи. Уверен, что она захочет встретиться с тобой не один раз.
– Это входит в мои планы.
– А когда она неизбежно потеряет от тебя голову, тебе останется лишь отделаться от нее.
– Ты несправедлив. Я всегда честен с ними. Они точно знают, чего ожидать. Никаких обязательств, никаких привязанностей, никакого будущего и…
– И не более одной ночи вместе, – закончил за него Себ. – Я знаю. Но каждая из них всегда думает, что именно она тебя изменит.
– Мне это безразлично. Длительные связи не для меня.
– Только краткосрочные. Ну если это все, чего ты хочешь, наслаждайся. Увидимся в пятницу в Лондоне.
Бен тут же выбросил из головы насмешку брата. Можно подумать, что у Себа все в порядке. Бен не мог вспомнить, когда тот ходил на свидание.
Жизнь состоит из приоритетов. Так всегда говорил отец. И поскольку Бен никогда не разделял приоритетов Дейвида Хамптона при его жизни, он не собирался делать это сейчас.
Его приоритеты – это не любовь и не брак. Его приоритеты относительно сегодняшней ночи уж точно не связаны ни с Себом, ни с бизнесом. Они связаны с Лус Майлз. Бен взял у бармена два джина с тоником.
* * *
К тому времени, когда Бен вернулся с напитками, список «Сделать» растянулся у Лус на несколько страниц.
– Очередь в баре? – спросила она, подняв брови, когда он поставил бокалы на стол.
– Звонок из офиса, – ответил он с извиняющейся улыбкой.
Да, она могла себе представить, что управление отелями требует хоть какого-то уровня ответственности, но в отношении Бена Хамптона это трудно представить. С другой стороны, вполне возможно, что он, как наследник компании «Хамптон и сыновья», выполняет отдельные поручения отца, а телефонный разговор касался слишком вольного обращения с кредитной карточкой компании.
Он уселся в низкое кресло и вытянул перед собой длинные ноги. Лус отвлеклась от мыслей относительно того, как этот человек зарабатывает себе на жизнь. Ее заинтересовало другое: как ему удается удобно устроиться в кресле, которое явно не предназначено для мужчины такого размера?
– Вижу, что вы не теряли времени даром. – Он указал на ее список.
– Перегруженная неделя. Да и время года тоже. – Она хотела закрыть органайзер, но Бен просунул руку между страниц:
– Посмотрим, что же за дела у доктора Лусинды Майлз.
Он потянул дневник к себе и блеснул такой улыбкой, что на душе у нее потеплело, невзирая на предубеждения против него. Его поведение было навязчивым вторжением в ее личные дела, что совершенно неприемлемо. Ее список дел абсолютно его не касается. И тем не менее она не стала возражать. А все из-за его чертовски привлекательной улыбки. Ясно, что она теряет душевное равновесие. Ей необходим отдых. Мысль не нова, но по прошлому опыту Лус знала, что из этого ничего не выйдет. Да, немного передохнуть – даже если при этом переключиться на свою книгу – было бы полезно. Но когда, о господи, она найдет для этого время?
Бен пробежал глазами список и тихонько свистнул:
– Конференция, длинный и скучный отчет, семейный обед в сочельник, празднование Рождества, ремонт в доме, затем покормить соседскую кошку, новогодний праздник в университете, проверка студенческих работ. А когда же вы собираетесь спать?
– Я не собираюсь. – Лус сделала большой глоток джина. – Учитывая тот факт, что до сих пор мне негде спать.
– Я предложил вам выход из этой ситуации. – Бен захлопнул органайзер, но руку с обложки не убрал. – А когда я увидел ваш список дел, у меня появилось предложение получше.
– А! Вы делаете мне предложение? – Лус постаралась, чтобы ее голос прозвучал шутливо.
Неужели она чувствует возбуждение? Это недопустимо… особенно в отношении владельца отеля. А она не принадлежит к женщинам – партнершам на одну ночь, чтобы получить номер, каким бы привлекательным ни был мужчина. Но подсознательно одна мысль не покидала ее: сделал бы он это, если бы вспомнил ее? Или, что более правдоподобно, он никогда бы всего этого не сделал, если бы знал, кто она на самом деле. Какой вариант выбрать?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
