состоялся диалог с сосной, и сосна приглашала нас прийти к ней в полночь. Насчет того, что сосна приглашала всех нас я и не сомневалась, поскольку сосна сказала приходить не одной, а кроме Пашки и Машки я ни с кем другим прийти не могла. Не звать же родителей, в конце концов, надо беречь их нервы.
— Народ, я бы хотела рассказать вам кое о чем, но только если вы воспримите меня серьезно… — наконец я собралась с духом и решила выложить все, как есть.
На меня с недоверием уставились две пары глаз. Паша поправил очки, Маша сделала недоуменное лицо и присела напротив на диван.
— Ты беременна? — спросила подруга без обиняков, а я пыталась откашляться, подавившись чаем после такого вопроса.
— Да не, не, у меня тут другое немного… Сегодня во время прогулки в парке, я прижалась лбом к сосне, и она позвала меня прийти с вами к ней в полночь… — выпалила я, чувствуя, как мое лицо заливается краской.
Воцарилось молчание. Пашка отложил ноутбук, и с легкой озадаченностью на лице только и смог переспросить «что-что?». На Машку я даже боялась посмотреть, так и представляя, какие диагнозы подруга может мне поставить после одного моего предложения. Я торопливо повторила свою историю с самого начала и замолкла, ожидая разгромных комментариев, ну или, по меньшей мере, хохота на весь подъезд. Молчание затягивалось. Наконец Маша, мягким задушевным голосом спросила:
— Ммм, дорогая, ты уверена, что тебе не показалось? — и так преданно заглянула в глаза.
— Маша, я еще не выжила из ума! — возмущенно завопила я.
— Ну-ну детка, спокойно, может быть во всем виновата жара? — снова предположила подруга все тем же мягким голосом, каким обычно говорят с больными детьми. Пашка в это время с умным лицом молча обдумывал услышанное.
— Да говорю вам, я в порядке, мне не мог показаться этот бред! Хотя конечно мог, но тогда это значит, что мне пора в психушку…да я сама не знаю, что это было, но это было!!!
— А ты уверена, что кроме стакана пива, ты не пила водку? Может быть абсент? — Машка продолжала задавать, в принципе логичные вопросы, а я открещивалась от них, как могла.
— Так, дамы, — Пашкин голос прервал мои жалкие объяснения, — это конечно, бред, но у нас есть только один способ его проверить! Сегодня в 12 мы сходим к сосне. — Мы с Машей уставились на друга с недоверием. Я не поверила, что Пашка мне поверил, и Машка тоже не поверила, что Пашка мне поверил. Пашка сидел и улыбался, глядя на наши растерянные лица.
— Воу, воу, Па-паша полегче, Элис перегрелась, но ты то вроде был в порядке, — Маша явно занервничала, находясь в комнате с уже двумя потенциальными пациентами.
— Машуня, мы просто обязаны это проверить! Мир полон загадок, вдруг нам предстоит узнать неведомое, вдруг Элис не спятила? Ну а если спятила, то что уж тут поделать, а часовая прогулка в любом случае не принесет большего вреда. Где твоя любовь к авантюрам??
По лицу Машки я догадывалась, где была ее любовь к авантюрам в данный момент, но подруга неожиданно согласилась.
— Окей, в полночь двигаем. Если ничего интересного не произойдет, а я уверена, что ничего интересного не произойдет — ты (Машкин палец ткнул в меня) целый месяц моешь посуду, а ты (палец переместился на Пашку) целый месяц готовишь жрать. Все согласны?
Мы синхронно кивнули.
— Вот и чудно! — завершила подруга и решительно направилась в свою комнату.
— А если что-нибудь все-таки произойдет, то что ты будешь делать месяц? — робко попыталась спросить я.
На это Машка, обернувшись, послала мне такой взгляд, что стало ясно, можно вставать к мойке прямо сейчас.
Вздохнув, я тоже отправилась к себе.
Глава 4
Приближалась полночь, и, пропорционально движению минутной стрелки, таяла моя уверенность в том, что история с сосной мне не привиделась. Я уже было собиралась сообщить всем, что, наверное, и вправду перегрелась, но выйдя в зал, обнаружила Пашку, одетого для прогулки, и запихивающего в рюкзак газовый баллончик, фотоаппарат, толстовку, и бутерброды.
— Ну что, погнали? — Машка оказывается тоже переоделась и стояла в коридоре глядя на нас.
— Да, да, я собрался, пошли, — закончил сборы наш друг, и я поняла, что придется довести дело до конца.
Черт же меня дернул за язык!
Втроем мы вышли из дома. Несмотря на позднее время, по ярко-освещенным улицам прогуливался народ, наслаждаясь теплой погодой. Идти было около получаса, и все было бы совершенно обычно, если бы не цель нашей прогулки. Мы с Машкой в основном молчали, а Пашка рассуждал вслух о том, что достойное видео, например, с инопланетянами, можно выложить на Ютуб и прославиться на весь мир за несколько дней. Да-да, думала я про себя, достойное видео сосны в самом деле сможет заинтересовать интернациональную аудиторию, но вслух не высказывалась, все-таки это именно Пашка поддержал меня.
Район набережной ночью не внушал доверия. Многочисленные шатры с шашлыком и дешевым алкоголем вмещали летними вечерами десятки пьяных тел, многие из которых, благодаря своему норову заканчивали эти вечера в обезьяннике за драки и дебош, но мое место для медитаций находилось на расстоянии от них. Конечно, была вероятность, что и на моей любимой лавке примостилась молодежь с пивом. Или не молодежь, и не с пивом… но это нам предстояло выяснить. Мы не боялись, с нами был Пашка, и газовый баллончик. И еще мини-электрошокер у Машки в сумочке. Честно говоря, на момент приближения к парку я даже хотела, чтоб около сосны кто-нибудь устроил поздний пикник, чтоб с облегчением уйти домой и не выглядеть глупо перед друзьями. Но чем ближе мы подходили к месту, тем больше я убеждалась, что в этой части парка никого нет.
Мы подошли к сосне с небольшим опозданием. Свет от фонарей в парке еле-еле пробивался сквозь кусты и слабо освещал этот отдаленный уголок. Старая сосна возвышалась на своем прежнем месте, над головой не светила полная луна, и волки не выли в округе, поэтому все выглядело более или менее обычно. Не считая нас троих, стоявших среди кустов в парке. Мы молча стояли, ничего не происходило.
— Это та самая сосна? — спросила Машка. — я кивнула. — Ну что же, сосна
