Девушка вздохнула и устроилась поудобнее на сгибе его плеча.
— Думаешь, следующим логическим шагом будет превращение меня в лесбиянку.
— Неа, обществу трудно поверить в лесбийский секс. Как это работает? Кто играет мужчину? Они обе одевают страпоны? — он крепче прижал ее, пока ее плечи тряслись от смеха. — Не тревожься, о, моя прекрасная сестра. Однажды ты найдешь принца, которого сможешь взять в оборот.
Она подняла свою темную бровь в ответ на его несокрушимую уверенность.
— Ты можешь получить любого, кроме единственного парня, которого хочешь. После того видео, у меня куча членов на Фэйсбуке, которые пытаются “подружится” со мной. Почему все не может быть проще? Мы такие ужасные?
— “Я” и “ужасный” никогда не использовалось в одном предложении.
— Значит, неудачники.
— Уже теплее.
— И все же, я думаю, для тебя еще не все потеряно, — она не таясь кивнула в направлении Брейди. — Парень все еще влюблен в тебя по уши.
Гейдж позволил своему взгляду переместиться туда, где стоял Брейди, разговаривая с Дарси и Бэком. Больше было похоже на то, что Дарси заговорила его до смерти. Общение было не самой сильной стороной Брейди, но на протяжении этих пары коротких недель не-встречаний, Гейджу удалось вытащить из него достаточно предложений, чтобы составить подробности его правил:
Не целовать Брейди (как исключение, губы Брейди могли касаться его везде, где пожелают).
Не дотрагиваться до Брейди (но Брейди мог гладить руками все тело Гейджа).
Самое важное: не задавать Брейди вопросов о его службе в морской пехоте.
Алекс сощурила глаза.
— Расскажи мне еще раз, в чем там была проблема.
— Он хотел подарить мне бесконечные оргазмы и настаивал на том, чтобы я не давал ему ничего в ответ.
— Звучит ужасно.
Ага. Любой другой уже праздновал бы свою громкую победу в ты-можешь-кончать-всегда лотерее, но Гейдж чувствовал себя надувной куклой для секса.
Итак, у его шефа были некоторые проблемы с близостью. Быть схваченным и подвергнуться пыткам со стороны афганских террористов, а также потерять в процессе члена своей команды — это разрушит мир любого мужчины. Гейдж понимал это. У него было два брата, бывших морских пехотинца, которые прошли стадии отъявленных мудаков в первые пару месяцев после возвращения в США. Но это случилось с Брейди шесть лет назад, а он все еще позволял прошлому управлять своей жизнью.
Не выдержав такого медленного темпа, Гейдж восстал. Он хотел целовать всего Брейди, от короткостриженой головы до закрытых ботинками от Док Мартенс пальцев ног, а затем, может быть, пойти и посмотреть вместе долбаное кино.
— Он не заинтересован в отношениях, сестренка, — Гейдж выдал свою мне-все-по-барабану усмешку. — Эй, я не заинтересован в отношениях, — или не в тех, которые требуют так много работы.
Но, черт побери, если его тело соглашалось с этим. Черт побери, если его тело не будет наслаждаться этой работой, потому что награда — Брейди, умоляющий об удовольствии, которое может подарить ему только Гейдж — будет самой сладкой оплатой всех усилий. Дерьмо, Гейдж хотел Брейди больше, чем что-либо когда-либо.
Это было его слабостью: насколько сильно он жаждал привязанности, чего угодно, лишь бы доказать, что его любят. Возьмите ребенка зависимого от наркотиков религиозного фанатика, который делал все, что в его силах, чтобы вернуть своего крошку сына к свету, и так ли удивительно то, что Гейдж отчаянно искал другой вид тепла в отношениях? Между простынями всегда было отличное место, чтобы отыскать его. Люби мое тело, люби все во мне. Но с Брейди… он мог попасть в серьезные неприятности с этим парнем.
Гейджу на самом деле нужен был оргазм, который включал в себя другого человека. Может несколько других людей. Он дернул один из упругих локонов Алекс.
— Хочешь завалиться в клуб, когда все разойдутся и сыграть роль “второго пилота”?
— Хоть мне и нравится больше всего на свете наблюдать за тем, как ты используешь свое секс-колдовство на ничего не подозревающих маглах, я не могу. Завтра на смену, — она качнула головой в сторону людей, расположившихся на другой стороне патио. — Может, у нас получится организовать свою собственную танцевальную вечеринку.
— Мне нравится твоя идея.
Уже через пять минут они сдвинули пару столов для пикника в стороны и организовали мини-танцпол. Отрываться на свежем воздухе по началу было странно, но вскоре все прониклись Святым Духом Танца и организовали свой клуб Дэмпси. Гейдж отпустил контроль над своим телом, позволив себе потеряться в музыке.
Он никогда не стеснялся демонстрировать свои таланты: великолепное тело, звездная задница, достаточно шика, чтобы сразить всех красивых парней в Бойстауне. Он кружился с ковбойской шляпой, прикрывающей его глаза, наслаждаясь тем, как это прикрытие позволяло украдкой поглядывать на Брейди. Его огромная фигура маячила возле бара, разговаривая — вот удивительно — со старшим братом Гейджа, Уайаттом. Два самых неразговорчивых человека на планете и все же, до сих пор земля под их ногами не разверзлась и не открыла врата в ад.
Короткий, на долю секунды, взгляд подтвердил, что эти глаза, темные, как грех, были сосредоточены на Гейдже, трясущим своим телом. Довольный тем, что заметил главное, Гейдж отвернулся.
“Эта задница могла быть твоей, большой парень. Любуйся и плач”.
————-
[1]Велвита - в данном продукте настоящий сыр сочетается со сливочным, из-за чего он не может быть признан сыром, его называют сыросодержащим продуктом или пастеризованным плавленным сыром.
[2]Ломбард - деревушка на западе с населением 43 тыс. человек и площадью 27 км.кв., считается пригородом Чикаго.
Глава 3
— Мне жаль, мистер Смит, но я не могу позволить вам уйти самостоятельно. Политика больницы требует, чтобы пациент с подозрением на сотрясение мозга был отпущен только под подписку другого дееспособного взрослого человека.
Брейди посмотрел на скальпели назойливой медсестры отделения скорой помощи Северо-Западного мемориала, которая сейчас делала очень, очень отстойную работу по его выписке. Он хотел бы рассказать ей, куда засунуть свою политику больницы. Или где может найти себе новый дом скальпель с ее стола.
Болеутоляющие, которые ему выдали полчаса назад, наконец-то подействовали, довольно хороший препарат, который притупил боль в плече и снизил пульсацию в голове. За двадцать лет езды на байке, он никогда не попадал в аварию. Этим утром, по дороге с фермерского рынка, он впервые упал с мотоцикла. Ничего слишком серьезного, но наградой за его дурость была боль в голове, ушиб ребер, содранная кожа и вывих правого плеча. На той руке, которой он занимался разделкой.
