глубоко, — я сделала паузу и еще раз отпила вина, а затем стала изучать свою обувь. — Моя сестра говорит, что я неуравновешенная, что мне не хватает внутреннего покоя. — Я посмотрела на него. — А ты что думаешь?
— Обычно, я думаю, что все это ерунда, — он улыбнулся, когда посмотрел на обугленного кролика. — Но в твоем случае, думаю, это может быть правдой.
— Ну, извини, что я не так совершенна, как ты, — ощетинилась я.
— Никто не идеален. А тебе не приходило в голову, что приглашение было искренним? Возможно, они думали, что ты захочешь приехать.
— Ты серьезно?
— Ты сказала им, что тебя не интересуют их отношения, — он пожал плечами. — Сказала им, что ты счастлива за них.
— Я солгала, Нейт! Не хотела, чтобы они видели, как мне плохо. Я сглупила.
— Ты не сглупила, Эмми, — Нейт покачал головой. — Ты доверяла тем, кому не должна была. Так происходит все время. Ты видела мою машину? Мой плоский телевизор? Мою коллекцию наручных часов? Они все куплены на разочарование и сломленное доверие.
— Это не помогает, — я нахмурилась. — Я чувствую себя дурой.
— Итак, ты выучила урок. Не будь так доверчива в следующий раз. Не увлекайся.
— Постараюсь, — но почему-то его совет не улучшил мое настроение.
Почему мне не следовало доверять тому, кто утверждал, что позаботится обо мне? Кто говорил, что любит меня? Кто дал мне все признаки, по крайней мере, внешние, что он был счастлив? Как я должна была знать, кому доверять, а кто разочарует меня?
Мои глаза наполнились слезами. Смущенная, я попыталась их стереть.
Нейт ущипнул меня за нос.
— Эй. Не унывай! Это ночь пятницы. Давай повеселимся, мисс Катастрофа, — он допил вино и поставил бокал на стойку.
— Никакого свидания сегодня? — удивилась я. Очень редко в выходной вечер Нейт не бывал в городе с прекрасной женщиной или с несколькими на его руке. Пару раз я видела, как на следующее утро они покидали его квартиру. У него был определенный тип: высокие шикарные брюнетки с длинными ногами и большой грудью. Я определенно не подходила к этому типу, и это было также хорошо. Я не хотела мужчину, который «осторожен» со своими чувствами. Мне нужен мужчина, который был бы великодушен с ними. И мне нравилось отличаться от этих девушек «на одну ночь». Наша дружба была особенной.
Он покачал головой:
— Первоначально я собирался поужинать с матерью, но она не чувствует себя достаточно хорошо.
— Оу. Надеюсь, ничего серьезного.
— Ничего. В любом случае, тебе повезло, это значит, что мой вечер свободен. Хочешь выйти? Или пойти и посмотреть фильм? Я даже посмотрю «Координаты Скайфол».
Мы оба любили Бонда, но Нейт считал каждого актера Бонда, кроме Шона Коннери, личным оскорблением. Я же предпочитаю Дэниела Крейга.
— Как благородно.
— Что я могу сказать? Я такой. И я не люблю тебя расстраивать. — Он схватил меня за голову и потряс ее. — Итак, давай сделаем что-то, чтобы вернуть улыбку на твое лицо. Лучше то, что не связано с огнем.
Я попыталась оттолкнуть его руки, но рассмеялась:
— Это могло случиться с кем угодно.
— Не-а. Только с тобой, — он направился к двери, и я поплелась за ним. — Пошли.
— Хочешь сказать, что никогда по ошибке не устраивал пожар на кухне? Даже маленький?
Добравшись до двери, он распахнул ее и бросил через плечо усмешку:
— Я устраиваю пожары в спальнях, мисс Катастрофа. И они совсем не маленькие.
Мой живот сжался, когда дверь закрылась за его спиной, и его слова проникли в меня.
Расслабься, дура. Он не флиртует с тобой — он хвастается.
Вернувшись на кухню, я достала бумажные полотенца и начала убирать беспорядок на стойке, пытаясь думать о чем-то другом, кроме Нейта в его спальне.
Но трепет в моем животе не прекращался.
Глава 2
Нейт
Я убедился, что дверь в квартиру Эмми заперлась за мной. Она еще не звонила мне, чтобы спасти ее от квартирного вора. Но нет смысла ждать беды. Эмми достаточно хорошо притягивала неудачу.
Все еще улыбаясь, вспоминая о ней, ползущей к двери, чтобы «спасти» меня, я зашел в свою квартиру. Как и у Эмми, она была уютная и просторная, много темного дерева и облицованного кирпича, а также почти целая стена из старомодных, многослойных окон, изогнутых сверху. Наши квартиры были зеркальными копиями друг друга, с кухней, над которой была спальня-лофт, и остальная часть жилого пространства с всякими трубами и балками, напоминающая об индустриальной истории здания. Но все равно наши квартиры были совершенно разными.
Моя была мужская, но обустроенная. Кожаная обивка, хромированная отделка, столы с крепкими ножками и стулья с жесткими краями и прямыми линиями. Это была не пещера подростка с гребаными футонами (традиционный японский матрас), бобовыми консервами и пластиковыми стаканами на кофейном столике. В тридцать пять я был сыт этим дерьмом. Это было крайне стильное место. Я украсил стены картинами, полы дорогими коврами, и мои гости, расслабившись на глубоких, удобных кушетках, могли насладиться хорошей выпивкой из настоящих стаканов на каменных подстаканниках.
Квартира Эмми тоже хороша, но ее стиль гораздо более женственный и изящный. Розовый бархатный диван. Изогнутые столы и стулья. Пушистые кремовые одеяла, подушки и ковры. Золотые акценты. Хрустальная люстра над столом. Я никогда не видел спальни, но думаю, она была в таком же стиле: большая кровать, покрытая пушистым одеялом и набитая розовыми подушками, в которых можно утонуть. Возможно, над ее кроватью тоже висит хрустальная люстра. Однажды я дразнил ее, что ее квартира выглядит так, как будто ее украшала Мария Антуанетта. Она ударила меня в плечо, но я знаю, втайне, она восприняла это как комплимент.
Заходя в лофт, я заметил свою кожаную сумку с ноутбуком и несколько файлов, прямо там, на полу, где я их бросил. Я только вернулся с работы, когда услышал крики Эмми, и тут же побежал к ней. Учитывая склонность девушки к чрезмерной реакции, я подумал, что, может быть, она нашла седые волосы или сломала ноготь. Однажды я услышал, как она кричала во все легкие, и материлась, отправившись к ней, я обнаружил, как она катается по коврику в гостиной, пытаясь застегнуть джинсы.
Но признаюсь, что был ужасно напуган, пока искал ключи от ее квартиры, и мчался сломя голову через холл. Эти крики казались реальными, и у меня было это тревожное чувство весь день, будто что-то пойдет не так. Я не суеверный человек, но даже я не мог проигнорировать инстинкты своего подсознания.
