поднос с круглой крышкой.
А я получу на ужин пресную кашу, которую буду есть в одиночестве. Снова.
Я шмыгнула носом и отвернулась от окна.
Никогда не думала, что взрослеть — больно.
Дверь распахнулась, впуская решительно настроенную Симону. Даже редкие выбившиеся из причёски волоски, топорщились весьма воинственно. Служанка, которая вроде как считалась моей, пыталась её удержать, но няня её попросту не замечала.
— Я так и знала, — Сима сокрушённо покачала головой и недовольно уставилась на служанку. — Подготовьте одежду принцессы.
Пискнув что-то невнятное, девушка бочком-бочком и умчалась прочь из комнаты. Няня неодобрительно покачала головой, глядя ей вслед. А я, наблюдая это почти-представление, даже забыла о недавней грусти.
— Пойдём-ка, моя милая. Давно пора сменить эту комнату.
— Но ведь… Мы здесь с… — я неуверенно оглянулась по сторонам. — С сестрой же…
Мне так и не объяснили, почему меня теперь называют именем Астерии, а её саму заточили в башню. Отец просто запретил поднимать эту тему хоть с кем-то. До сих пор помню его «Никто не должен знать правду! Для твоего же блага». И пронизывающе-ледяной взгляд из-под кустистых бровей.
Я передёрнула плечами, вынырнув из неприятного воспоминания, и отметила, что Симона успела собрать мои немногочисленные вещи, и теперь с грустной теплотой смотрела на меня.
— Это мы тоже обсудим. Но не здесь.
Няня протянула мне руку, предлагая взяться за неё как раньше, когда я была младше. Я с грустью оглянулась по сторонам, но… Комната давно уже потеряла свои краски и казалась даже более мрачной, чем остальной замок. Единственной её прелестью было то, что из окна была видна башня Астерии.
Вздохнув, я осторожно взяла Симу за руку, позволяя меня вести. Да, немного не по статусу — в моём возрасте вроде как полагалось быть более самостоятельной и не цепляться за юбку няни, но… А ещё, принцессам в моём возрасте полагалось быть принцессами, а не невидимым привидением, которое не замечает никто в замке, а внимания уделяют даже меньше, чем кухонным котам.
И, что характерно, Симу никто не попытался одёрнуть или остановить. Охранники, в нарядных ливреях, провожали нас взглядами, как так и надо. Служанки просто кланялись, поспешно отступая с дороги, а больше чужих на третьем этаже замка и быть не могло.
— Куда вы идёте? — перед нами, из коридора, выступила тётя Шонель.
В своём привычном коричневом балахоне, с зелёным поясом, расшитым цветами, и пристёгнутом к нему церемониальным молотком. В полумрачном освещении она выглядела скорее длинной, чем высокой. А чопорно-поджатые губы и острые черты лица добавили сходства с пугалом.
Я поспешно опустила взгляд, боясь выдать свои эмоции. Она не только моя тётя, но ещё и сестра короля — принцесса-по-крови. И, что тоже очень важно, старшая жрица бога плодородия. К ней нельзя относиться без должного уважения — за это меня могут серьёзно наказать. Ради такого, я уверена, обо мне о-очень быстро вспомнят.
— В новую комнату для принцессы, — Симона выдержала взгляд Шоны без малейшего смущения. — Из старой она давно выросла, вы ведь прекрасно это знаете.
Осторожно я бросила взгляд на няню, но на её лице была обычная благожелательная улыбка, без какого-либо подобострастия и попытки угодить. Мне до такого ещё учиться и учиться.
— И король вам позволил? — Шонель тонко улыбнулась.
— Всем известно, что Астерия любимая младшая дочь короля Лериона, — в том же тоне отозвалась Симона. — Разве это дело, что принцессе уже семь лет, а она до сих пор живёт в «детской» комнате, которую делила с сестрой-близняшкой.
Я невольно восхитилась своей няней. Она разговаривала с особью королевской крови на равных и, кажется, совершенно не испытывала не малейшего пиетета. Надеюсь, когда-нибудь я тоже смогу так же.
— В самом деле, — улыбка старшей жрицы странно дёрнулась, как если бы она увидела противного таракана. — Что ж. В таком случае, я помогу подобрать подходящую комнату для моей любимой младшей племянницы.
Нашего согласия или хотя бы просто ответа не требовалось. Развернувшись, леди Шонель пошла впереди нас, даже ни разу не обернувшись, чтобы убедиться, что мы идём за ней следом. А на мою попытку спросить почему именно так, Сима незаметно покачала головой, мимолётно приложив палец к своим губам, призывая молчать.
Я понятливо кивнула, осторожно осматриваясь по сторонам. Так далеко от своей комнаты я раньше не заходила — меня не пускали на «взрослую половину».
Здесь действительно было иначе. И светлее, и свободнее. И наряднее: на полу лежал мягкий ковёр, и даже картина на стене висела. И ещё — здесь пахло весной: тот неуловимый запах нагретого солнцем воздуха и первой травы.
Шона свернула в очередной коридор и остановилась перед дверью.
— Здесь принцессе будет очень комфортно. И старшие сёстры рядом.
— Благодарю, леди Шонель. Это большая милость с вашей стороны, — Симона церемонно поклонилась.
Я повторила поклон за ней — не так изящно, но старательно.
— Спасибо за ваш подарок, леди тётя.
Жрица неопределённо хмыкнула и устремила пронзительный взгляд на мою няню.
— Но вы, Симона, должны помнить, что теперь и спрос с девочки будет другой.
— Не сомневайтесь, леди. Я — не забуду.
Глава 2
Бесценный подарок
Сима открыла дверь комнаты, но внутрь зашла первой. А я, последовав за ней, в удивлении остановилась, не сделав и пары шагов от порога.
Здесь абсолютно всё было совершенно иначе. И теперь стали понятны слова няни. Мы с Астер делили на двоих достаточно скромные покои, а здесь под понятием «комната» скрывался их целый комплект! Маленькая гостиная, отдельно спальная и огромная гардеробная. И всё это в приятных глазу нежно-зелёных тонах и с растительными мотивами.
Но больше всего удивления у меня вызвала маленькая комната, обставленная в разы проще, чем прочие. Хотя нет, наверно по размерам она совпадала с моей старой комнатой. Но выглядела всё равно уютнее.
— Нравится?
Я с сомнением посмотрела на няню.
— Но ведь даже если нет, мне ведь всё равно придётся жить здесь?
— Нам, — с тёплой улыбкой поправила меня Симона и указала в сторону меньшей спальной. — Я буду теперь жить здесь. И отвыкай звать меня няней. Теперь я буду считаться твоей дуэньей. А если тебе не нравится отделка, то принцесса «Астерия» вполне может высказать своё недовольство и попросить поменять убранство её покоев.
— Мне нравится, — я робко улыбнулась в ответ на пылкую речь.
Няня… Нет, Симона довольно кивнула и, сказав обустраиваться, быстрым шагом вышла
