— Посейдон… — прошептал он.
Лора подошла к нему.
— Боже, это и впрямь Посейдон!
Изображение божества отличалось от традиционной греческой версии, но, судя по трезубцу в правой руке, несомненно, это был он.
— Что ж, — сказал Джек, — мистер Фрост уж точно будет доволен, что экспедиция удалась…
— К дьяволу мистера Фроста, — хмыкнула Лора, — это наше открытие. Он всего лишь помог с деньгами.
— Ну-ну, — сказал Генри, шутливо похлопав ее по плечу. — По крайней мере благодаря ему нам не пришлось тратить деньги, отложенные на учебу дочери или продавать машину! — Он огляделся. — Сонам, здесь еще что-нибудь есть? Еще какие-нибудь комнаты или проходы?
— Нет. Это тупик.
— Ах! — разочарованно выдохнула Лора. — Это и все, что есть? В смысле, это очень важная находка, но я была настроена на большее…
— Ну, мы же еще не осмотрели, — успокоил ее Генри. — Вдоль карниза могут быть еще могилы. Продолжим поиски.
Он пошел назад. Лора и Джек последовали за ним. Трупы, закутанные в ветхую зимнюю одежду, сидели, прижавшись друг к другу и уставившись на них пустыми глазницами из потемневшей, похожей на пергамент кожи. — Интересно, среди них есть Краусс?
— Это он. — Лора указала на одну из фигур. — Это и есть руководитель нашей экспедиции.
— Откуда ты знаешь?
Она вытянула обтянутый перчаткой палец, почти коснувшись им груди мертвеца. Генри, поднеся фонарик, увидел прикрепленный к материи маленький металлический значок. Череп…
По его телу прошла дрожь, никак не связанная с холодом. Это была стилизованная эмблема дивизии СС «Мертвая голова». Уже больше полувека эта организация не существует, но до сих пор еще способна повергать в ужас.
— Юрген Краусс, — проговорил он наконец. Печальная ирония времени — руководитель экспедиции теперь сам напоминал череп на эсэсовском значке. — Никогда не думал, что встречусь с тобой. Но что же привело тебя сюда?
— Почему бы не выяснить? — спросила Лора. — Его рюкзак здесь — вероятно, все записи там. Взгляни.
— Подожди, ты хочешь, чтобы я это сделал?
— Конечно! Я не собираюсь прикасаться к мертвому наци. Фу!
— Джек?
Джек покачал головой:
— Эти тела намного свежее тех, с которыми я привык иметь дело.
— Черт! — Выругавшись, Генри потянулся к трупу и, стараясь как можно меньше его тревожить, стал расстегивать рюкзак.
Сверху его содержимое было вполне прозаичным: карманный фонарик с пузырями коррозии на проеденном разложившимися батареями корпусе; мятые свертки из жиронепроницаемой бумаги, содержащие последние крохи продуктов экспедиции. Но под этими печальными остатками лежали более интересные вещи: свернутые карты, тетради в кожаных переплетах, листки бумаги со скопированными значками глозеля, исцарапанный лист меди с выгравированной на ее поверхности картой или планом… и что-то аккуратно завернутое в несколько слоев материи, в которой он с удивлением узнал темный бархат.
Лора взяла медяшку.
— Отполировано песком… Не думаешь, что они могли найти это в Марокко?
— Возможно. — Генри следовало бы в первую очередь изучить тетради, но его настолько заинтриговал таинственный предмет — плоский, меньше фута в длину и удивительно тяжелый, — что он осторожно положил его рядом с фонарем и стал разворачивать материю.
— Что это? — спросила Лора.
— Понятия не имею. Хотя мне кажется, что это металл. — Бархат, покоробившийся от времени и холода, с неохотой отдавал свое содержимое. Генри снял последний слой.
Джек ошеломленно округлил глаза.
В бархат был завернут брусок металла примерно двух дюймов в ширину, один конец скруглен и помечен стреловидной фигурой, отпечатанной на поверхности. Даже в холодном голубоватом свете фонарика предмет переливался, лучась красновато-золотым сиянием.
Пораженный, Генри наклонился, чтобы получше разглядеть находку. На бруске не было ни малейшей отметины возраста или эрозии, и казалось, что его только что отполировали. Этот металл не был ни золотом, ни бронзой, но…
Лора тоже приблизила свое лицо, и от ее дыхания холодная поверхность бруска на мгновение затуманилась.
— Это то, о чем я подумала?
— Похоже. Боже, я не могу поверить! Наци действительно нашли артефакт, сделанный из орихалка. Точно как у Платона. Честное слово, настоящий артефакт от атлантов! И они добыли его пятьдесят лет назад!
— Когда вернемся домой, тебе следует извиниться перед Ниной, — съязвила Лора. — Она всегда считала, что та штука, найденная в Марокко, была кусочком орихалка.
— Думаю, да, — сказал Генри, осторожно поднимая брусок. — Совершенно невероятно, что это было просто обесцвеченной бронзой. — Он обратил внимание, что с другой стороны поверхность не такая гладкая — на прямоугольном конце оказалась округлая выпуклость. На том же конце, но с лицевой стороны, виднелся небольшой лаз, расположенный под углом сорок пять градусов. — Мне кажется, что это было частью чего-то большего, — заметил он. — Например, должно было к чему-то подвешиваться.
— Или качаться на чем-то, — предположила Лора. — Вроде плеча маятника.
Генри провел пальцем вдоль стрелки.
— Указатель?
— Что это за метки? — спросил Джек. По всей длине бруска с обеих сторон шла тонкая линия с одинаково нечеткими символами. Группки крошечных точек, до восьми в каждой.
— Еще значки глозеля, — сказал Генри. — Но не совсем такие, как те, что в могиле… Смотрите, некоторые из них больше напоминают иероглифы. — Он сравнил их с теми, что были на листах из рюкзака Краусса. — Тот же стиль. Все любопытнее и любопытнее.
Джек взглянул повнимательнее.
— Они очень похожи на ольмекское или родственное ему письмо. Странная смесь…
— Что там написано? — спросила Лора.
— Не имею представления. Это не тот язык, которым я владею в совершенстве. Ну, скажем, пока. — Он скромно прокашлялся.
— Похоже, значки нанесли на уже готовый предмет, — отметил Генри. — Надписи значительно грубее, чем стрелка. — Он положил таинственный брусок на бархат. — Одно это уже оправдывает наш приезд сюда! — Он вскочил на ноги, победоносно заухал и обнял Лору. — Мы сделали это! Мы нашли реальное доказательство, что Атлантида не миф!
Она поцеловала его.
— Теперь нам только осталось найти саму Атлантиду, а?
— Ладно, не все сразу.
Их внимание привлек крик из глубины пещеры.
— Здесь что-то есть, профессор! — позвал Сонам.
Оставив брусок на полу, Генри и Лора поспешили к тибетцу.
— Посмотрите, — сказал Сонам, освещая фонарем стену могилы. — Я думал, что это всего лишь трещина в камне, но потом кое-что заметил. — Стащив одну перчатку, он просунул кончик мизинца в щель и медленно провел им вверх по стене. — Ее ширина совершенно одинакова по всей длине. А здесь есть точно такая же. — Он указал на стену футах в девяти от них.
