— Лилли? Все в порядке?
— Все хорошо. Я в порядке. Я не знаю, как тебе сказать, но … Бобби, он здесь.
— Что?
— Бобби здесь. Он живой. И сейчас сидит на кухне. Просто пришел. Он жив! — заканчивая свою фразу, я прикрыла трубку рукой, как будто я сообщала страшный секрет и это могло стать настоящим откровением для Бобби.
— Бобби? — Рори замолчал на мгновение — Все хорошо? Ты принимаешь слишком много этих проклятых таблеток.
— Что? Нет! Клянусь. Ты должен приехать домой и сам в этом убедиться.
В трубке раздался тяжелый вдох.
— Но он мертв. Я думал… — голос затих. Его мозг судорожно обрабатывал полученную информацию. Если Бобби был бы жив, то Рори пришлось признать, что он слишком быстро смирился с исчезновением брата.
— Мы все так думали.
В противном случае было не понятно, почему Бобби не пытался связаться с нами. Мы все были очень близки. Я знала мальчиков Лайтли, когда сама была еще маленькой. Мы провели не одно лето вместе на их каюте у озера. У Бобби и Рори были свои разногласия, как и у любых братьев, но они всегда были сплоченной командой. Когда Бобби отправили в Корею, и мы больше не слышали о нем ничего, Рори был уверен, что единственная причина по которой Бобби не выходил на связь, это его смерть.
И, если Бобби был жив и не выходил с нами на связь, то он в любом случае умер для нас.
— Лучше, чтобы это не было плохой шуткой, Лилли.
— Я бы никогда, Рори. Не смей, — ругалась я.
— Я немедленно еду домой. Не позволяй ему никуда уйти.
Рори повесил трубку, но я продолжала держать ее около уха. Я не была готова вернуться на кухню. Что сказать ему после всех этих лет? Бобби всегда делал то, что хотел и почему — то всегда считал, что люди готовы простить ему все. У него всегда была улыбка, которая заставляла вас улыбаться вместе с ним. Его очарование могло растопить даже самые холодные сердца. И сейчас Бобби появился в нашем доме. Он ступил на наше минное поле. Мы итак балансировали по краю, едва удерживаясь от падения и не сможем пережить шок от его появления без последствий. Что казалось хорошей новостью, в итоге окажется катастрофой. Я прекрасно понимала, что Бобби принес куда больший багаж, чем тот рюкзак, лежащий у его ног.
Внутри меня все готово было взорваться, но я приказала себе собраться. Я знала, что не могу оставаться здесь слишком долго. Бобби найдет меня или еще хуже Барби найдет его. А я не хочу, чтобы они разговаривали.
Я поплелась на кухню, выдвинула стул и села напротив него. В его глазах не было ни грамма стыда, что еще больше разозлило меня.
— Я думаю, что теперь все в порядке, — сказала Барби, входя на кухню и вытирая руки. Она стояла у входа на кухню и по ее взгляду я поняла, что она еле сдерживает свое любопытство, чтобы не наброситься на нас с расспросами.
— Барби, это брат моего мужа, Бобби.
— О, — Она знала, что единственный брат Рори был мертв.
— Бобби, это Барби, моя подруга. Она живет по соседству.
Бобби встал и протянул руку. Когда Барби приняла ее, я внимательно наблюдала за реакцией. Барби была тем типом девушек, которые таяли при одном его виде. Как, собственно, и большинство знакомых мне девушек. Но Барби точно была слишком дерзкой, и она относилась к таким девушкам, которые всегда хотели Бобби. Он представлял собой мальчика, выделяющегося из толпы и делающего одолжение, выбрав тебя. Нет, он не был дерзким. Но ему и не надо было. Он не был показным. Просто его таинственный вид заставлял всех окружающих его людей хотеть получить его одобрение. Люди мечтали быть в его тайном клубе. Но я знала, что ничего подобного нет. Никто, даже его брат, не получит доступ. Но, несмотря на его внешний вид, от него всегда исходил необычный свет. Когда Бобби находился рядом, огонь, исходивший от него, сжигал весь кислород в воздухе. Все хотели искупаться в этом свете в надежде, что может быть он проникнет в них, и они станут хоть чуть — чуть похожими на него.
Именно этот свет заставлял меня сходить с ума по Бобби. Многие ему прощали все по этой причине, но только не я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну, я думаю мне пора! — вызывающе сказала Барби.
Я знала, что она жаждет, чтобы я попросила ее остаться.
— Я позвоню тебе завтра.
Ее плечи опустились.
— Ну, хорошо. Приятно было познакомиться. Я рада, что ты жив! — сказала она, краснея, превращаясь при этом в желе.
Как только Барби выскользнула за дверь, тяжелое молчание обрушилось на комнату. Мне так хотелось, чтобы он многое объяснил. Но в то же время я не хотела его слушать. Не было ни одного достойного оправдания, чтобы успокоить мой гнев.
— Лил, я знаю, это больно.
— У тебя есть совесть говорить, что ты знаешь, какого это? Ты просто уехал. Это причинило боль твоим близким. Это причинило боль Рори.
— Только Рори?
— Ты не можешь уехать, отказаться от людей, а потом вернуться, как ни в чем не бывало. Ты не можешь позволить близким оплакивать тебя, а потом вернуться, словно восстал из мертвых. Ты думаешь только о себе, Бобби. Как это было всегда. Меня не волнует, где ты был все эти годы, это ничего не изменит. Но, если бы ты действительно заботился о своих близких, то остался бы там, где был все это время.
— Ты действительно этого хочешь? — скептически спросил он.
— Лучше бы ты оказался мертвым. Есть причина, по которой люди не возвращаются оттуда. Нам потребовалось слишком много времени, чтобы двигаться дальше.
Бобби опустил глаза и вздохнул.
— Ты вернулся к жизни, и вместе с тобой вернулось все, что было похоронено вместе с тобой. Это нечестно. Почему всегда все происходит как того хочешь ты.
— Лил. Лил! — повторял спокойно Бобби.
— Не смей!
— Лил! — Бобби чуть повысил голос. Но это была не угроза, это был способ привлечь мое внимание.
Я остановилась и наконец нашла в себе силы посмотреть Бобби в глаза, впервые после того, как он появился на пороге моего дома. Нет, я, конечно, смотрела ему в глаза. Но только сейчас я смогла увидеть в его взгляде всю его историю, все сожаление, все ошибки, что были у него за всю жизнь.
Наше молчаливое противостояние длилось несколько секунд как вдруг хлопнула дверь, и на кухню вошел Рори. Бобби улыбнулся ему и поднялся на ноги.
— Брат? — произнес Рори в недоумении. У него было белое лицо, словно он увидел приведение.
— Да, чувак. Я здесь.
Их тела словно врезались друг в друга, и они обнялись, хлопая друг друга по спине. Так же, как и всегда, Бобби был любимцем Рори. Рори был так счастлив видеть его живым, что готов был простить ему все его эгоистичные поступки. Но он не был тот, кто вышел из комы, после нескольких лет ожиданий. Бобби был тем, кто вернулся через несколько лет после того, как позволил всем считать его погибшим. Нет, мы не получили свидетельство о смерти и также продолжали хранить его долю наследства на случай его возвращения. Но все это были пустые надежды, чтобы сохранить его в нашей памяти.
— Господи, как же жарко. Лилли, ты же предложила моему брату что — нибудь выпить?
— Все нормально. Лил, мне ничего не нужно.
— Ну, а я бы не отказался, — сказал Рори.
Я была рада, что Рори приехал и был моим спасителем, так что я пошла к холодильнику, чтобы налить им лимонад. Я поставила стакан перед каждым из них.
— Спасибо, — сказал Бобби и пытался поймать мой взгляд.
— Бобби расскажи мне, где ты был все это время, сукин сын. Мы думали, что случилось что — то страшное. Мы безумно рады твоему возвращению. Я не могу поверить, это просто невероятно.
— Я собираюсь принять душ. Освежиться немного.
Но никакой реакции на мои слова не последовало. Рори сидел и слушал рассказ Бобби о том, где он пропадал последние шесть лет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Рори, можно тебя на секунду?
— Что? А? Да, дорогая, — Рори повернулся ко мне, явно раздраженный тем, что я прерываю их беседу.
— Чувствуй себя как дома. Лилли показала тебе твою комнату?
Бобби посмотрел на меня, как будто хотел скрыть какой — то секрет.
