Я уронил на пол морковку, и родичи тут же подняли крик — мол, у меня руки не из того места растут. Потом я чихнул в тарелку, и они велели мне выйти из-за стола.
Обычное дело.
У себя в комнате я начал выгружать рюкзак — и нате вам. Два редчайших комикса.
Я понял, что их необходимо завтра же вернуть. Шаман должен понять, что я унес их случайно.
Я аккуратно разложил комиксы на столе и начал читать первый.
Несмотря на то, что героем была обезьяна, комикс отличался реалистичной прорисовкой. Во вступлении говорилось, что никто не знал, откуда обезьяна взялась. Ее могущество заключалось в ее маске. Будучи размером с обыкновенного шимпанзе, она обладала силой десяти горилл.
— Вот так обезьяна! — пробормотал я себе под нос.
Снизу доносились вопли — родители спорили, как лучше загрузить посудомоечную машину. А потом послышался другой звук. Топот бегущих ног.
Я обернулся как раз в тот момент, когда в комнату ворвался Эрни. С воинственным кличем он подлетел к моему столу.
— Стой! — крикнул я и попытался его оттолкнуть.
Поздно. Он схватил оба комикса и бросился наутек.
Этот малолетний бандит постоянно тырит мои вещи. Но в этот раз он зашел слишком далеко.
Я вскочил.
— А ну верни! — завопил я. — Сейчас же! Не буду я с тобой играть!
Он остановился в коридоре и показал мне язык:
— Бе-е-е-е-е-е!
Я приблизился к нему на несколько шагов. Я не сводил глаз с комиксов. От бешенства меня так трясло, что я, казалось, вот-вот взорвусь.
— Они ценные, — сказал я. — Они принадлежат музею. Они очень редкие. Отдай их мне.
Эрни помотал головой. На его личике, похожем на мордочку хорька, играла гаденькая усмешка.
— Теперь они мои, — заявил он.
— А НУ ОТДАЙ!!! — завизжал я.
Тут подоспела мама:
— Что тут за шум?
— Эрни стащил книжки комиксов, — произнес я, задыхаясь. — Они не мои. Они принадлежат музею. А он стащил. Заставь его отдать. Заставь его. Заставь его!
Мама посмотрела на Эрни. Эрни прижал комиксы к груди.
— Успокойся, Ричард, — сказала мама. — Зачем ты обижаешь братишку?
— ЧТО?! — вскричал я. — Я? Я его обижаю?!
Мама улыбнулась Эрни.
— Ричард, разве ты не видишь, какой он милый? Просто Эрни хочет во всем походить на тебя. Это так трогательно!
— Но… но… но… — От возмущения я начал заикаться. — Я… я поверить не могу, что ты на его стороне. Почему ты всегда берешь его сторону?
— Ничью сторону я не беру, — отрезала мама. — Я просто считаю, что ты должен прекратить свои нападки на брата.
Эрни опять показал мне язык:
— Бе-е-е-е-е-е!
После чего швырнул комиксы в мою комнату.
Мне хотелось кричать. Мне хотелось рвать и метать.
Я подождал, пока мама с Эрни спустятся вниз. И тогда я разинул рот, чтобы заорать в голос. Но вместо этого — чихнул. Раза три или четыре.
От укола не было никакого толку.
— Доктор Корень — шарлатан, — проворчал я.
Я вытер нос рукавом. И осторожно положил комиксы обратно на стол.
Моя ярость ушла. Ей на смену внезапно пришла тоска. Тоска и одиночество.
«Вот бы и мне иметь силу десяти горилл», — подумал я.
Персонажи комиксов ведут яркую жизнь. Днем и ночью переживают они тысячи захватывающих и волнующих приключений. Никто не насмехается над ними из-за аллергии. У них есть верные друзья, всегда готовые придти на помощь в трудную минуту.
Неудивительно, что я мечтаю о супергероях и комиксах. Будь вы в моей шкуре, вы бы тоже мечтали.
— Я — Обезьян в Маске! — внезапно воскликнул я. Я представил себя покрытым шерстью, с огромными, мощными, рельефными мышцами, в черной маске, скрывающей мое истинное лицо.
— Я обладаю силой десяти горилл!
Я забегал по комнате, колотя себя кулаками в грудь. Я выл и ревел, и кричал яростно, словно горилла. Я вскочил на постель. И принялся скакать по ней, колотя себя кулаками в грудь и завывая.
И тут у меня перехватило дух. Я ахнул. Глаза полезли на лоб. Я замер на кровати, глядя на Бри Бирнбаум, которая стояла в дверях и, в свою очередь, во все глаза глядела на меня.
7
У меня подогнулись колени. Я чуть не упал с кровати.
Бри откинула за плечи белокурые волосы. Она склонила голову набок и прищурилась.
— Ричард? Ты что делаешь? — спросила она.
— Э-э…
А что я еще мог сказать? Я бы скорее умер, чем признался ей, что был Обезьяном в Маске, наделенным силой тысячи горилл.
— Ну… это такие специальные упражнения, — сказал я. — Они должны помочь мне избавиться от аллергии.
Не знаю, поверила она мне или нет. Она все так же смотрела на меня своими ясными, чарующими зелеными глазами.
На ней был зеленый свитерок, выгодно подчеркивавший цвет глаз, и короткая плиссированная юбочка поверх темных джинсов.
Я спрыгнул с кровати. Пригладил волосы одной рукой. Мое лицо взмокло от пота. Быть гориллой — дело нелегкое.
Бри вошла в комнату и огляделась. Ее внимание привлекла Мамба-Мама на плакате, висевшем над моей кроватью.
— Фу, гадость, — сказала она. — Эта женщина что, наполовину змея?
— Ну, она воспитательница в детском садике. Но может, когда захочет, превращаться в гигантскую ядовитую змею, — пояснил я.
Бри закатила глаза:
— Ай, неважно.
Я присел на край кровати.
— Что ты здесь делаешь? — спросил я.
Она снова закатила глаза:
— Хороший вопрос. Наверное, у меня просто выдался удачный день.
Бри страшно язвительная. Я к этому, пожалуй, привык. Мы с ней были в одной группе еще в детском саду. Думаю, я влюбился в нее, когда нам было по пять. Несмотря на то, что она бросила мне на голову муравейник из живого уголка.
Она плюхнулась на стул.
— Ричард, ты в курсе, что миссис Каллус собирает команды для работы над музейными проектами? — спросила она.
— Неужели?
— Кончай считать на уроках ворон, Ричард. Она собирает команды — и ты мой партнер. «Повезло» же мне.
— Клево, — сказал я.
Я знал, что она опять съязвит. Ну и что? Мы с Бри будем вместе работать над проектом! Разве не здорово?
— Итак, нам, похоже, придется работать вместе, — сказала она. — Но ты должен мне кое-что пообещать.
— Что же? — спросил я.
— Ты должен пообещать мне, что никому не расскажешь, что мы работаем вместе.
Я задумался на несколько мгновений.
— Идет.
— Подними правую руку и поклянись.
Я поднял правую руку и поклялся:
— Я никому не скажу, что мы работаем вместе.
— Ладно. — Она устроилась на стуле поудобнее. Взяла со стола статуэтку моего любимого злодея — Струпа. Повертела в руке.
— Фу, гадость. Почему он такой колючий?
— Он весь в струпьях, — ответил я. — Осторожнее с ним. Это подарок ко дню рождения.
Она снова прищурилась:
— Ты что, ненормальный?
На это я лишь рассмеялся.
— Я не шучу, — сказала она. Она поставила Струпа рядом с подписанным фото Волка в Плаще. Потом вскочила. — Мне нужно выбраться отсюда. Меня от этой комнаты с души воротит.
— Стало быть, ты не хочешь заняться проектом в Музее Комиксов? — спросил я.
Она засунула два пальца в глотку и издала рвотный звук. Я решил, что это означало «нет».
Я последовал за ней к двери.
— Бри, ты хочешь получить «А»?
— Конечно.
— Тогда идем в Музей Комиксов, — сказал я. — Я там все знаю. Каждый закуток. Каждый экспонат. Всё и вся.
— Да ну?
— Слушай, я возьму на себя всю работу. Я сделаю весь проект. Мне это только в радость. И гарантирую — мы оба получим «А».
Она скрестила руки и долго смотрела на меня.
— Ты сделаешь всю работу?
Я снова поднял правую руку:
— Клянусь.
Она погрузилась в долгое раздумье. Потом снова откинула назад волосы.
— Пожалуй, годится.
— Замечательно, — сказал я. — Поедешь со мной в музей на автобусе после уроков?
— Нет. Встретимся на месте. Не хочу, чтобы кто-нибудь из школы видел меня с тобой. — Она отвернулась и побежала вниз по лестнице.
«Вот это удача!» — подумал я.
8
На следующее утро у меня было такое ощущение, будто голова превратилась в наполненный водою шарик. Сам же я превратился в автомат по производству соплей. Я чихал так сильно, что опасался, не взорвалась бы голова. А глаза так слезились, что я едва мог что-либо разглядеть.
Я начал чистить зубы и зачихал все зеркало над раковиной. Я пытался вытереть глаза полотенцем, но слезы все равно хлестали, как вода из сломанного питьевого фонтанчика.
Я напялил на себя первое, что попалось под руку, и спустился на кухню. Мама с папой уже вовсю бранились, выясняя, ветреный будет день, или нет.
Я занял свое место напротив Эрни. Тот уже успел перемазать весь подбородок овсянкой. Он разинул рот, демонстрируя мне пережеванную кашицу.
