Эльф чувствовала себя незнакомкой в загадочной стране. Даже лестница Воксхолла, украшенная в честь праздника Летней ночи, выглядела по-другому. Повсюду были развешаны мерцающие фонари, радужные отблески которых отражались в темной, покрытой рябью воде Темзы. Перекрывая гул голосов и нетерпеливые выкрики лодочников, лодки которых выстроились вдоль берега в ожидании высадки пассажиров, из парка доносились звуки оркестра.
— Добро пожаловать в Воксхолл, любезные дамы! — воскликнул с веселой усмешкой молодой человек, который помог им подняться но лестнице и подучил за услугу от каждой по пенни. Подмигнув, он добавил:
— Уверен, такие красотки быстро найдут себе галантных кавалеров на эту ночь.
Аманда пониже надвинула голубой капюшон.
— Эльф, — прошептала она, — ты уверена, что это разумно?
— Ne craignez rien, Aimee [6]? — проговорила Эльф, стараясь успокоить подругу, а также напоминая ей, что они должны говорить по-французски, дабы их не узнали.
Она потащила Аманду вперед, продолжая на французском:
— В любом случае мы не можем уйти. Смотри: лодки только выгружают гостей, и отплывающей нам практически не найти. Пойдем.
Девушки присоединились к потоку посетителей, устремившихся в направлении темных аллей Воксхолла. Эльф много раз бывала в парке и знала, что короткие, заполненные людьми аллеи не представляют никакой опасности. Контраст между светом и тенью только делал более выразительным сверкающее великолепие озаренного огнями парка.
Тем не менее ее сердце тревожно забилось, когда она вступила в полумрак аллеи, так как отсутствие спутников превращало ее затею в настоящее приключение. Аманда настояла на том, чтобы взять нож, который спрятала в карман, и заставила Эльф засунуть за лиф кинжал. И все же с ними не было мужчины, который мог бы их защитить.
Необычная ситуация вовсе не пугала Эльф. На самом деле она смаковала ее как терпкое вино, надеясь в глубине души встретить внушающего трепет опасного незнакомца. Именно в этот вечер, когда ее братья не могут вмешаться.
В конце концов должны же существовать мужчины, способные вызвать волнение в ее душе!
Временами свет тысячи фонарей выхватывал девушек из мрака аллеи. Гирлянды цветных фонариков свисали с деревьев, обвивали изящные арки, змеились по подобию греческих храмов и древних гротов. Неподалеку была устроена поляна фей, где прохаживались актеры, одетые в костюмы персонажей из «Сна в летнюю ночь» Шекспира.
— «Я знаю холм в лесу, там дикий тмин растет…» — процитировала Аманда, захваченная всеобщим возбуждением, не в силах устоять перед буйным весельем и разноголосым гомоном оживленной, разряженной ,в пышные костюмы публики.
— Ты была права, Эльф. Это необыкновенное зрелище!
— Лизетт, — напомнила ей Эльф.
— Ну Лизетт.
— А ты — Эми.
— Знаю, знаю. Но мне кажется, вымышленные имена — это уж слишком, — пожаловалась Аманда, впрочем, без особого пыла, куда более увлеченная тем, что творилось вокруг. — Пожалуй, я предпочла бы костюм, вместо домино. Ты только посмотри на Титанию!
Дама, о которой шла речь, испытывала немалые неудобства, пытаясь справиться с большими неуклюжими крыльями, но сам костюм был удивительно красив. Эльф пришла в восторг от ее изобретательности, но не сожалела о собственном выборе. Она не могла пренебречь предосторожностями — даже самый замысловатый костюм не скрывает так надежно, так венецианское домино. Оно скроено так, что муж может танцевать с собственной женой и не узнать ее. И наоборот. Многие мужчины этим вечером одеты в домино.
Увлекаемая шумной толпой, Эльф размышляла о том, сколько здесь представителей высшего сословия и сколько джентльменов рискуют соблазнить собственных жен. Или наоборот.
Заинтригованная, она гадала, в какой момент незадачливые любовники узнают друг друга и останутся ли довольны. Станет ли очаровательный партнер неприятным, когда снимет маску?
Что же создает здесь такую атмосферу?
Возможно, именно дух приключения и порока.
Что-то запретное, как она сказала Аманде. Разумеется, девушка не собиралась совершать ничего действительно порочного, а просто хотела перемен.
Эльф почувствовала, что Аманда тянет ее за плащ.
— Эльф… Лизетт. Вот роща.
В роще, являвшейся сердцем Воксхолла, играл оркестр и продавались всевозможные закуски. Там располагались киоски и павильоны, где можно было перекусить, сидя и наблюдая за другими. У Ротгара имелся собственный павильон в роще, и, бывая здесь, Эльф преимущественно проводила время в нем. Она могла бы воспользоваться им и сейчас, если бы хотела. Ведь это безопасно.
И так скучно.
Ну нет. Эта ночь будет другой. Эльф обняла подругу за талию и решительно повела ее по широкой южной аллее.
— Разве может что-нибудь произойти в таком месте? — заявила она и, желая поддразнить подругу, добавила:
— Давай поищем аллею друидов.
От залитых светом главных аллей ответвлялись плохо освещенные тропинки — прибежище разнообразных пороков.
Аманда испуганно вскрикнула.
— Успокойся, милая, засмеялась Эльф, —Я не способна на подобное безрассудство.
— Эльф…
— Лизетт, — поправила ее Эльф. — Ты ведешь себя как мышка, Эми! Признайся: подготовка к маскараду и то, как нам удалось удрать от твоих слуг, — самое забавное, проделанное нами за последние годы,
— Честно говоря, это было весело, — согласилась Аманда, натягивая пониже капюшон. — Но аллея друидов…
— Я пошутила, солнышко. — Эльф откинула капюшон подруги. — Так ты налетишь на дерево. Аманда, да твоя родная мать не узнала бы тебя сейчас! Послушай, ты же замужняя женщина и должна быть смелее.
— Ты же Маллоран. Я всегда считала тебя непохожей на своих братьев, но теперь начинаю сомневаться.
Эльф потянула подругу в тихое местечке под развесистым буком.
— Ты действительно хочешь домой? Если так, мы уходим.
Педумав, Аманда отрицательно покачала головой:
— Конечно, нет. Иногда и меня тянет к приключениям. — Она надула пухлые губки. —И я хочу отплатить Стефену за то, что он пренебрег мной.
— Не надо было выходить замуж за политика, солнышко. По крайней мере он полностью предан тебе.
— Знаю, но… Я просто скучаю. Даже когда он дома, то всегда так занят… — Она решительно тряхнула головой, сбросив капюшон с напудренных волос. — Так и быть, вперед к приключениям! Но не стоит забывать об осмотрительности, Лизетт, — видишь, я усвоила. Гляди-ка, мужчины буквально пожирают нас глазами.
— Надеюсь, что так. — Эльф направилась назад в самую толчею. — Я не прочь начать строить глазки. Ты только посмотри туда! Разве это не лорд Баклторп? Ему вет-вот стукнет шестьдесят, а он все еще считает себя лихим парнем.
