Над глыбой
Вещилов К. А., «Возок XVII века», 1900-е годы.
Павел-Царь своею властьюПравит Руссью скоро год,Но от эдакого счастьяВсё никак не отойдёт.
Хоть давно ему пора быЦельно взяться за страну,Он же в трон вцепился крабом,Раз иной и спит в трону.
Если кто к нему с бумажкой,Сразу в голос: «Не пойму!Вон в углу сидит Ивашка.С ней пожалуйте к нему.
Приходи хоть днём, хоть ночью,Примет всех, окажет честь.Ванька мной уполномоченВсё, что пишете, прочесть».
С Ванькой Пашкина затеяХороша была всегда,Но свалилась на РоссеюНеожиданно беда.
По февральскому морозуОпустился кувыркомВласти Пашкиной в угрозуИз небес железа ком.
От могучего удараСодрогнулась вся земля.Пашка с Ванькой речи дараВраз лишились до нуля.
Ставни с окнами до тронаДонесло, сорвав с петель,Ну, а Пашкина коронаУлетела под постель.
Но очнулся Ванька всё же:«Я не понял ни хрена!То небесна кара, может,Или, может, то война?
Громыхнуло как из ада!Уж-то вновь попутал бес?Не дождались коли граду,Жди булыжника с небес.
У меня, конечно, былоМного, братец мой, чего.Кровь однажды стыла в жилахОт булыжника сего.
Я, как все в Россеи люди,Про булыжник тот узнал,Но надеялся, не будетКатаклизма мне в онал.
Расскажу тебе, Павлуха,Что тебе не ведал Поп —Чтоб развеять с глыбой слухи,Приобрёл я телескоп.
Как увидел в телескопуТойной глыбы телеса,Так свою упрятал попуВ заграничные леса.
Я серьёзно абсолютноГоворю о том сейчас.Может, вправду камень лютыйУгодил к нам в этот час?
Тут хоть как маши руками,Меж объектов чередыПоперёк не лёг бы каменьНашей речки Середы».
«Мож, в таких делах и пень я, —Пашка Ваньке, – уж прости,Оно, это нетерпенье,Будет только всё расти.
Раз булыжник тот носилоПо лихим местам досель,Элементов мягкой силыНету в камне том ужель?
И за что же нам такое?Не учли, что важно в нём,Не оставил нас в покоеТот, который рухнул днём.
Но сомнения нет тени,Позаботился Творец —Слава Богу, нет паденийЭтой глыбы на дворец.
После тех событий что-тоЯ мечусь как в клетке зверь.Вся нормальная работаВраз нарушена теперь.
Хоть недолго правлю Руссью,Став царём в коем веку,В изоляции варюсь яБудто в собственном соку».
«Быть процессам скоротечным, —Ванька встрял. – Тебе и мнеЖдать нельзя их бесконечноВ страхе с потом на спине.
Не получим мы ответа,Не увидев всё, учти,И придётся на всё этоНам с тобой теперь пойти.
В этом деле мы лишь вправеБыть у глыбы хоть стократ.Как настойчивость проявим,Так достигнем результат.
Может, в чём тот камень слабый,То ему несдобровать.Это главное, что я быМог порекомендовать».
Пашка всем воспрянул телом:«Что тут думать? Не мути.Нужно срочно это сделать,Анализ произвести.
Нету больше мне покоя.Понял я, настал тот час,Чтоб узнать, что там такое,Говорим о чём сейчас, —
Чтоб корону взять кривую,Пашка слазил под кровать. —
Если глыба существует,То должна существовать.
Мы с тобой не ротозеи.Пусть не смыслю ни рожна,Эта миссия в РоссееИсключительно важна».
«Хоть и дышишь сам на ладан,Только в тему верно врос.В нужный адрес, Паша, заданЭтот правильный вопрос.
Я хоть сам не сивый мерин,Не жую как конь удил,Абсолютно в том уверен,Чем досель руководил.
То ль от дум всех укачало,То ль какой мутит дурман?Что-то надо нам сначалаНа передний сунуть план, —
Ванька вышел на порожек,Дверь слетела с косяка. —
Потеплей укутай рожу.Вон метель вокруг кака.
Ну, пошли, испьём ту чашу,Всё решим лишь мы одни.Вот такое место наше,Хоть под солнцем, хоть в тени.
Всем святым поставлю свечку, —Ванька мысль свою изрёк. —Не попала б только речкеГлыба эта поперёк».
Накатались оба вволюПашка с Ванькой на санях.Глыбы нет ни в чистом поле,Ни в лесу, ни в деревнях.
Но невесть взялась откудаСо шлюзами на замкеПрегромадная запрудаИз чего-то на реке.
Пашка кашлять стал с испугаВ свой замёрзший кулачок:«Здесь, гхы, гхы, в февральской вьюге,Гхы, гхы, вдруг такой скачок.
Поперёк россейских речекЕсть плотина не одна,Только здесь противоречитСмыслу здравому она.
Знаю я, судьба – злодейка.Ставь запруд она хоть две,Не, не била бы людей-тоКак обух по голове.
Не сошли с ума бы что ли.Ведь хватает дурачков.Не должно зимой быть болеВот таких у нас скачков.
С этим надо разобраться,Ведь запруда широка,Междомовые пространстваНе в воде стоят пока.
Но работать как с отдачей,Коль во всём анахронизм?Применять пора иначеИнструмент и механизм».
«Ух, ты! Камень превосходный!Запрудил на сажень аж.Может, нам ресурсам воднымУделить вниманье, Паш?
Хороша, смотрю, запруда!Широка и глубока!Будут рыбку брать оттуда,Будет рыбка с рыбака.
Раз мы в свете достижений,Надо чашу ту испить —ГидротехсооруженийБезопасность укрепить.
Хорошо, что с неба глыбаВстала прочной здесь грядой.Мы снабдим деревни рыбойИ нормальной всех водой, —
Ванька бережно пощупалГлыбы край, доступен где.Пашка был почти до пупаВ прибывающей воде. —
Ну, зачем же в воду лезти,Чтобы быть у глыбы той?Хочешь быть со мною вместе,Подходи, в воде не стой».
Только влез на снег как лыжник,Пашка мысль опять родил:«А небесный-то булыжник,Что нельзя, отгородил.
Находясь конфликта в центре,Берегов середь высот,Не один он весит центнер,А, поди-ка, восемьсот.
Как я помню, русло былоЗдесь немаленькой реки,А теперь запруды с тылаВытекают ручейки.
Хоть вода её толкаетПо обугленным местам,Диспропорция такаяЕсть, конечно, тоже там.
Тут глядеть нам надо в оба.Благо, есть две пары глаз.Допустить нельзя нам, чтобыБыли сложности у нас.
К стороне иной ли илиТой, что ближе будет к нам,Мы пойдём беду осилитьИли к третьим сторонам.
Подойди ко мне поближеИ упрись-ка в глыбы край.Хоть свою почуешь грыжу,Всё ж на глыбу напирай.
И меня, Вань, беспокоитГрыжа эта. Не беда!Обострение такоеПроисходит не всегда.
Приобрёл болезни все я,Только всё ж, как ни крути,Не намерен, чтоб в РоссееБыли глыбы на пути.
Место есть, сегодня где мы.Есть, которая не кас,Гхы, касается проблемаНе, не всех, а только нас.
Тут не Франция с Парижем,Чтоб учить наук азы.Здесь Россея! Значит, грыжиБольше выскочат в разы.
Но сбегать нам не годится,Если есть хоть малый шанс,Не смотря, что с тех позицийИ имеем мы нюанс.
Хоть смотри с улыбкой сальной,Ной, затылок свой скребя,Выбор нам принципиальныйНадо сделать для себя.
Налегай-ка как на стенку.Глыбу сдвинем мы сейчас.В по, в подходах к той оценкеМного общего у нас.
С тем, чтоб сгладить всё, оравыЗдесь не нужно, сдвинем ком,Чтоб людей сюда не ставитьВ положении таком.
Дам свободу для реки я.Надо только лишь начать.Есть пространства здесь такие,Те, что начали трещать.
Шевели туда-обратно.Пусть отпустит глыба дно.Только делать аккуратноКак-то надо всё равно.
Что-то глыба возрастает,Хоть и так уж высока.Может быть, толкнуть, катая,Раз не движется пока?»
Ванька начал речь с ответа:«Устраним за глыбой сушь.Но неправильно всё это,Так мне кажется, Павлуш.
Мож, в каком-то ТуркестанеБез воды итог худой,Но у нас тех процветанийБыть не может и с водой».
Пашка влез под снегом в лужу:«А торчим впустую ведь.Нам подумать будет нужно,А что лучше – посидеть.
Я хоть в том знаток не тонкий,Суть мне, кажется, видна —Не решить без самогонкиСразу всё и без вина.
Не в печали люди вроде.Хоть пока порядка нет,Эти люди пусть приходятК той реке как много лет.
Ну, а мы, владея Руссью,Подсобим, как можем, им.Середы как прежде руслоМы народу сохраним».
Два полешка кинув в топку,Сев подальше от дверей,Принимать за стопкой стопкуБратья начали скорей.
Речь зашла у них про глыбу.Хоть тот факт худая весть,Всё решали, сдвинуть либоВсё оставить так, как есть.
Два демона
