Читаем без скачивания Диагноз: любовь - Рушель Блаво

— Расскажите мне об этой женщине, — попросил я Наталью, показывая ей первый рисунок.

— Она одинока. Ей некомфортно от того, что она одна и никого нет рядом. Ей тоскливо…

Наталья еще несколько минут рассказывала о том, что чувствует эта женщина. Но ее голос был начисто лишен эмоций, она рассказывала спокойно, словно пересказывая малоинтересные события жизни кого-то из общих знакомых.

— Наталья, постойте. Вы сейчас очень интересно рассказываете. Но мне кажется, это не ваши текущие мысли. И не те мысли, которые были в вашей голове, пока вы рисовали эту женщину. Я ошибаюсь?

— Нет, почему же! Я действительно так думаю. Женщина должна чувствовать себя несчастной, если рядом с ней нет мужчины, это же очевидно. Она просто не может быть счастливой! Как женщина может быть счастливой, если она одинока? — с некоторым вызовом спросила Наталья.

Я мог рассказать ей о любой из множества своих знакомых, счастье которых не зависело от наличия или отсутствия рядом мужчины. Я мог рассказать ей о том, как женщины самореализуются в различных профессиях. О том, как постоянно путешествуют. О том, как рожают детей «для себя» или берут малышей из детского дома и в этом находят смысл жизни…

Мне было что возразить Наталье на ее более чем спорное утверждение. Но по роду деятельности вместо этого я был вынужден спросить ее, почему, собственно, она так думает. Почему женщина должна чувствовать себя несчастной, будучи одинокой? На этот вопрос могло быть множество рациональных ответов. Например, если бы Наталья видела смыслом своей жизни заботу о большой семье, рождение большого количества детей, их воспитание и любовь. Или если бы у нее были пожилые родители, которые переживали из-за отсутствия внуков и неустроенности дочери. Да наконец, я понял бы Наталью, если бы она мало зарабатывала и мужчина был ей нужен для финансовой поддержки!

Но увы, как довольно быстро удалось выяснить, Наталья не представляла себя матерью большого семейства. Более того, ее двоюродная сестра, родившая четверых детей одного за другим, вызывала у девушки ужас. Родители Натальи и впрямь были немолоды, но они жили вполне насыщенной жизнью. Общение с ними для девушки не было тяжкой повинностью, да и про внуков они практически не заговаривали. Финансовая версия тоже не подтвердилась: Наталья была неплохим специалистом, и ее заработков более чем хватало для поддержания достойного уровня жизни. В общем, реальных причин нуждаться в мужчине у Натальи при первом рассмотрении не нашлось.

В рационально-эмотивной психотерапии есть понятие «иррациональные установки». Всего их насчитывается двенадцать видов, и суждение Натальи о долженствовании было классическим. Быть одиноким — неприлично, женщине нужен мужчина. Зачем? Почему так категорично? Ведь времена, когда выжить в одиночку было невозможно, давно прошли. На самом деле, если человек одинок, вероятно, он просто более разборчив, чем те, кто уже определился. Кроме того, у такого человека больше шансов найти того, кто ему нужен, нежели у тех, кто уже нашел. А возможно, кому-то просто хорошо в одиночестве. Что же в этом неприличного? Наталья сама толком не могла объяснить, для чего ей нужен был мужчина, в отсутствии которого она должна чувствовать себя несчастной.

С этим и стоило разобраться на ближайших сеансах. Но пока нужно было закончить с рисунками.

Я задал Наталье вопрос, что чувствует женщина на втором рисунке. Спокойно ли ей? Сам же обратил внимание на то, что соединение мужской и женской рук на рисунке было каким-то формальным: так рисуют маленькие дети, желая показать, что двое людей связаны чем-то общим. Более того: мужская фигура была одного роста с женской. Такое я нечасто встречаю на рисунках: традиционно мужчина все-таки выше женщины.

— Да, ей спокойно. Она довольна собой и тем, что рядом с ней ее мужчина.

— Наталья, обратите внимание на то, что на обоих рисунках женщины выглядят примерно одинаково, хотя вы говорите, что они чувствуют совершенно разные вещи. Вы не находите это немного странным? — спросил я.

Наталья задумалась. Наверное, она действительно не обратила внимания на сходство женщин.

— Честно говоря, любая одинокая женщина мне представляется жалкой. Ей некуда спешить после работы, ее никто не встречает дома, ей не о ком заботиться и некого любить…

Но как выяснилось, Наталье было чем заняться после работы, и она вовсе не жаждала, чтобы ее кто-то встречал. Более того: на одной из последующих сессий выяснилось, что в совместной жизни с молодым мужчиной тот факт, что он всегда был дома, скорее угнетал девушку, чем радовал. Ей была неприятна сама мысль о том, что даже в своем доме она не может полностью расслабиться и побыть в одиночестве. Наталья считала, что ей есть о ком заботиться и есть кого любить: родители, родственники… Для чего ей нужен мужчина, так и продолжало оставаться загадкой.

— Да и вообще, — продолжала Наталья, — когда женщина одинока — это значит, что с ней что-то не в порядке, значит, она чем-то всех от себя отталкивает. Что-то в ней есть такое, что рядом с ней никто не хочет находиться. Значит, у нее характер ужасный, раз ее никто замуж не берет. Или другой какой изъян.

— Наталья, а других причин одиночества вы не видите? Подумайте, у нас еще есть время. — Я мог бы высказать свои предположения и версии, но важно было, чтобы Наталья сама начала думать в этом направлении.

— Ну… Может быть… Женщина одинока, потому что глубоко разочаровалась в мужчинах… Например, если ее кто-то сильно обидел и она не готова больше доверять. Особенно если женщина молодая, неопытная. Непорядочному мужчине ничего не стоит начать ее использовать. — Вот тут голос Натальи зазвенел.

Я отметил мысленно, что нужно будет вернуться к теме ошибок юности, а девушка тем временем продолжала:

— И тогда у нее может надолго пропасть желание вступать в какие-то отношения. А может быть, женщина решила посвятить себя делу всей жизни, и тогда ей вообще не важно, встречается она с кем-то или нет. Наоборот, такой женщине наличие мужчины в доме может только мешать. На него нужно будет тратить время, внимание, опять же какие-то конфликты на бытовой почве неизбежны, а это отвлекает от работы…

— Наталья, мне нравится ход ваших мыслей. Вы сейчас признаете неоднозначность своего убеждения в том, что любая женщина остро нуждается в мужчине, а без него она неполноценна.

— Нет, доктор, вы неправильно меня поняли! — запротестовала Наталья. — Я согласна, что есть женщины, которые могут без мужчин. Но таких женщин мало! И я к ним не отношусь.

Последние слова Наталья произнесла грустно, ее голос стал тише, а последующие слова прозвучали совсем уж неожиданно для меня:

— Понимаете… Я в присутствии мужчин себя лучше чувствую, вот даже физически. Мне хочется разговаривать, мне хочется развиваться, мне жить хочется. Когда я здесь, в вашем кабинете, с вами разговариваю, мне все кажется небесполезным! А вот когда я остаюсь одна и рядом никого нет, такая тоска накатывает…

В аналитической терапии существует понятие «перенос» — процесс, при котором чувства, которые пациент испытывал к какому-то значимому человеку в прошлом, переходят на терапевта. Чаще всего клиенты переносят на терапевтов сильные негативные чувства, которые испытывали к своим родителям. Люди зачастую сами не могут признаться себе в том, что именно чувствуют к свои родителям, и процесс переходит в бессознательное. Энергия злости, ненависти, обиды не находит выхода и грызет человека изнутри. А выхода ей не дает именно иррациональная установка: мы обязаны любить своих родителей и не имеем права чувствовать к ним ничего негативного. В процессе работы, начиная в какой-то момент видеть в терапевте одного из своих родителей, пациент наконец дает волю своим переживаниям, впускает их в сознание. Нельзя ненавидеть своего отца, но ненавидеть своего психотерапевта — можно. Через переживание этих эмоций и через осознание их истинного адресата человек движется к спокойному и адекватному себе.

Бывает и перенос эмоций позитивного спектра, которые человек запрещает себе испытывать по каким-то причинам. Чаще всего это эротические переживания, адресованные кому-то из родителей (в подавляющем большинстве случаев — противоположного пола). И в этой ситуации терапевт на какое-то время становится объектом влечения и поклонения для своего пациента. Я сталкивался с такой ситуацией несколько раз. Но на сей раз вряд ли можно было говорить об эротическом переносе. Почему? Перенос чаще всего происходит тогда, когда между терапевтом и клиентом уже установлены доверительные отношения, то есть в большинстве случаев на второй-третий месяц работы. Бывает, что и позже. Раньше — практически никогда. Мы с Натальей виделись второй раз в жизни, и я еще даже близко не затрагивали тему ее отношений с отцом. А потому говорить о том, что она флиртовала со мной, видя во мне какую-то значимую фигуру из прошлого, было нельзя.