Уговаривая себя таким образом, я закрыла глаза, села на корточки и обхватила колени руками, стараясь стать как можно меньше.
«Надо просто привыкнуть», — как мантру, повторяла я про себя.
Никогда в жизни мне не было так страшно. Даже когда меня, семилетнюю, по ошибке на целых полчаса закрыли в погребе деревенского дома, который родители сняли на лето, я и то так не боялась. Пусть было темно, пахло сырой землей, и на крики никто не отзывался (потом узнала, что мама с папой за эти полчаса в панике несколько раз оббежали всю деревню), но тогда я точно знала, что меня найдут. Надо только подождать немного.
Я, как могла, оттягивала момент, когда надо будет открыть глаза. Сидела, скорчившись в неудобной позе, и напряженно вслушивалась в окружающий мир. Сколько прошло времени, не знаю. От долгой неподвижности начали затекать мышцы. Откладывать решающий момент дальше смысла не было.
Я медленно открыла глаза и огляделась. Чуда не произошло: ночь осталась ночью, темнота — темнотой. Разве что в окружающей тьме стали смутно различимы силуэты ближайших деревьев. И тропинку я теперь видела не на полшага вперед, а на полтора.
Облегченно переведя дух, торопливо двинулась в сторону массива. Вскоре между деревьями мелькнул огонек.
«Ура! Дошла!» — возликовала я и прибавила шаг.
Через пару секунд остановилась. В тот момент я еще не испугалась, нет. Это было просто недоумение, ощущение чего-то неправильного. Нахмурившись, я пыталась сообразить, что меня так насторожило.
«Это же костер… Не свет в окне домика, а костер», — дошло до меня пару секунд спустя.
Костер, ну и что? Подумаешь. Мы и сами костры жгли — так романтичнее. Песни под гитару, объятия в темноте, одна куртка на двоих… И тут наверное то же самое: кто-то из отдыхающих развлекается.
«Слишком тихо», — шепнул внутренний голос. — «И костер очень маленький. Словно тот, кто его разводил, не хотел, чтобы со стороны заметили».
«Хватит на сегодня приключений», — подумала я, делая осторожный, чтобы хозяин костра не услышал, шаг назад.
Тропинки не было.
«Когда я успела с нее сойти?!»
Я сделала еще пару шагов, в надежде, что увижу ее неподалеку. Ничего. Ни примятой травы, ни даже прохода сквозь спутанные ветви кустов. Как я вообще сюда пришла? Мне не пришлось продираться через них — уж это-то я бы точно запомнила! Тогда как?
В голову полезли некстати вспомнившиеся сказки про леших, оборотней и прочую нечисть. Как там бабушка моя деревенская говорила? «Леший водит»? Похоже на то. Вот только что сделать надо, чтобы выбраться из его ловушки, вспомнить не удавалось.
Костерок гостеприимно мерцал среди деревьев теплым желтым светом и словно приглашал подойти поближе. Поколебавшись немного, я все-таки решилась. Деваться все равно было некуда, только в лес.
Шаг, другой. Осторожно, пригнувшись, стараясь не шуметь. Хорошо, что ветровка болотного цвета — в темноте не видно. Будь она белой, меня бы заметили почти сразу, а так удалось подобраться очень близко. До меня донеслись обрывки разговора и запах чего-то съестного. А вот видно было плохо. Пришлось пригнуть пару веток, чтобы разглядеть, что происходит.
На небольшой полянке горел маленький, едва с ладонь размером, костерок. Возле него, прямо на земле, устало сгорбившись, сидел мужчина. В мощных руках, сплошь покрытых шрамами, он бережно держал маленькую голубую чашечку. Ее я почему-то заметила в первую очередь и так удивилась такому странному несоответствию, что на несколько мгновений забыла, почему прячусь.
Мужчина тем временем поднес чашечку к губам и сделал осторожный глоток. Это напомнило мне о насущных проблемах. Затаив дыхание, я вгляделась в его лицо. Опасен? Стоит ли подходить?
На вид ему было лет пятьдесят. Высокий, насколько можно судить. Скорее всего, очень сильный — одни руки чего стоят! Седые, небрежно подстриженные, растрепанные волосы. Сурово сжатые губы. Одежда… непонятная. Какая-то куртка, штаны. Похож на простого рабочего с завода, но… было что-то в его позе, движениях. Никто из моих, даже молодых, знакомых так не двигался.
Несмотря на видимое отсутствие опасности, я все еще колебалась и не торопилась обнаруживать свое присутствие. Мужчина был силен, и, интуиция просто вопила об этом — опасен, но целиком поглощен своими проблемами, какими бы они ни были. Ему просто не до меня.
«Лишь бы не прогнал», — мелькнула мысль.
Пару раз глубоко вздохнув, я отпустила многострадальные ветки и осторожно выпрямилась в полный рост.
Мужчина резко вскинул голову. Наши взгляды встретились.
— Извините, можно к вам? Я, — тут выдержка мне изменила, и я нервно хихикнула. — Заблудилась и теперь не знаю, что делать, куда идти. Так глупо получилось…
Я тараторила, как заведенная, чувствуя на себе тяжелый, немигающий взгляд мужчины. Нервы были напряжены до предела. Готовая в любой момент броситься бежать, краем сознания я отмечала каждое его движение: вот он медленно поставил чашку, из которой пил, на землю; вот несколько раз встряхнул руками, словно стряхивая невидимую воду…
— Знаете, с друзьями поссорились, решила в город уехать…
Говорила и мысленно ужасалась самой себе. Зачем я это рассказываю? Я же сейчас прямым текстом говорю незнакомому мужику, который неизвестно почему сидит ночью один в лесу, что искать меня никто не будет! В пору самой себе рот затыкать!
Внезапно мне показалось, что за спиной кто-то есть. Я замолчала и порывисто оглянулась. Никого. Только ветка на ближайшем кусте едва заметно качнулась.
— …? — спросил мужчина. — …?
Я растерянно уставилась на него. Язык, на котором он заговорил, не имел ничего общего с теми языками, которые я когда-либо слышала. А таких было много: телевидение, Интернет… так или иначе, я могла бы узнать большую часть существующих языков. Этот же язык был незнаком. Совсем.
— ….? ….? ….!
На этот раз тон мужчины мне очень не понравился. К тому же он начал вставать и оказалось, что он гораздо выше, чем я представляла
— Не понимаю, — я мотнула головой, машинально делая шаг назад.
— …? …. … …..? …!
— Не понимаю! — в отчаянии воскликнула я, отступая еще на пару шагов.
Мужчина мучительно медленно, словно имел дело с пугливым животным, двинулся в мою сторону.
— Не подходи! — крикнула я, инстинктивно вскидывая руки в защитном жесте.
В тот же миг раздался оглушительный рев. Я даже не успела понять, что произошло. Только почувствовала сильнейший толчок в левое плечо, короткое мгновение полета и жесткое приземление на спину.
Вероятно, от удара я на несколько секунд потеряла сознание, потому что когда открыла глаза в следующий раз, то увидела стоящего над собой, хмуро разглядывающего меня, мужчину. Я дернулась было встать, и тут же услышала приглушенное рычание. Скосив глаза на источник звука, я увидела…
«Не может быть! Так не бывает!», — мелькнула в голове истерическая мысль.
Рядом стояло чудовище, которое ни при каком раскладе нельзя было спутать ни со странного вида собакой, ни с другим известным науке животным. Массивная черная голова находилась в каких-то десяти сантиметрах от моей щеки, так что я разглядела его во всех подробностях. Особенно внушительные, влажно поблескивающие клыки и странные, насыщенного фиолетового цвета глаза, которые в упор смотрели на меня. Смотрели осмысленно.
«Странно… Серой не пахнет. И тухлятиной тоже», — машинально отметила я и совсем уж некстати вспомнила необычайно дружелюбную соседскую дворнягу. Здоровенная животина, в которой килограмм почти в два раза больше, чем в среднестатистическом человеке, при добродушном попустительстве хозяев, не допускавших и мысли, что кому-то подобное может не понравиться, очень любила «здороваться»: вставала на задние лапы и пыталась вылизать лицо тому несчастному, что встретился ей на пути. Из пасти у нее воняло отвратительно…
— …? — ворвался в мое, оцепеневшее от потрясения, сознание требовательный голос мужчины.
Я с трудом отвела взгляд от стоящего в опасной близости монстра и сосредоточилась на говорившем.
