— с заметным интересом.
Оно и неудивительно.
Длинные волосы столь необычного насыщенно красного цвета, невысокая, хрупкая на вид фигура, тонкая талия, аккуратная грудь, тёплые каре-золотистые глаза, хулигански вздёрнутый кончик носа и светлая заразительная улыбка.
Лиса. Вот натуральная. Красивая, хитрая, игривая. Естественно, что она притягивала к себе людей и нелюдей.
В этот момент мне почудился далёкий глухой рык… Остановившись, напряжённо прислушалась. Тряхнула головой, прислушалась ещё раз, ничего не услышала и вернулась к происходящему в «Морском драконе».
— Кели, — я с укором посмотрела на магиню, так вовремя вытащившую меня из драконьих лап, — ты что с уважаемым гномом сделала?
Уважаемый взвыл, гости таверны снова захохотали.
— Я его даже пальцем не тронула, — бархатисто произнесла девушка, выразительно приподняв тонкие округлые брови.
— Да-да, — донеслось из толпы, — пальцем не трогала. Заклинанием швырнула, сетью накрыла, магическую петлю на ноге затянула и по полу через всю таверну до стола протащила, но пальцем не трогала.
— Только парой столов и десятком стульев погладила, — добавили за моей спиной.
И, главное, вид у всех такой честный и невинный. Особенно у Кеали́м.
Под моим укоризненным взглядом подруга сделалась ещё невиннее, и тогда я поняла:
— Обещала поделиться рецептом сивухи?
Народ принялся смотреть кто куда, гном предпринял попытку уползти под стол, Кели вспомнила о цели нашей вылазки и нацелила на своего оппонента по карточным играм алчущий знаний взгляд.
Да, страшные это люди — маги. Предложи им деньги, славу, почёт — они десять раз подумают, но помани секретными знаниями — и всё, они тут как тут, и преград и препятствий для них в такие моменты просто не существует.
— Уважаемый господин Вингра́д, — почтенно начала Кеалим, опустив две свои карты на стол достоинством вниз и сложив поверх них длинные тонкие пальцы в замок, — мне искренне жаль, что сегодня в «Морского дракона» не повезло зайти именно вам, прославленному виноделу, и я понимаю, что у вас честное имя и репутация, но поймите и вы: я вас без рецепта знаменитой гномьей сивухи из таверны не выпущу. У меня подругу вот-вот замуж за вампира отдадут, мы её неделю из родового имения вытащить не можем, все варианты и подходы перебрали. Уже думали начинать проверять на практике пособие Агрио́ша «Тысяча способов попытаться убить вампира и не умереть самому», как Люс вспомнил, что кровопийц с одного запаха вашей сивухи уносит. К сожалению, по правилам вашей гильдии, данный напиток исключительно в гномьих кабаках разливают, и при попытке вынести сивуху из заведения она оборачивается водой со слабительным.
Гном, который с начала речи голову от стола оторвал и печально на Кели смотрел, на последних словах не сдержал самодовольной ухмылки. Словно он сам, лично защиту придумывал.
Кеалим вежливо склонила голову, признавая заслуги, и спокойно повторила:
— Без рецепта этих стен не покину ни я, ни вы.
И тут до уважаемого винодела начало доходить.
— Простите, — прохрипел он, подаваясь ближе к столу, откашлялся и срывающимся голосом нервно спросил, — простой гном вам бы не подошёл, рецепт нашей сивухи известен всего дюжине мастеров. Хотите сказать, что именно в этом заведении именно сегодняшним вечером мы встретились… совершенно случайно?!
На последних словах гном сорвался на вопль.
Кели ничего сказать не хотела — она улыбнулась.
Винодел побагровел.
Столпившиеся вокруг стола с интересом переводили взгляды с уверенной девушки на мрачнеющего всё сильнее, но не собиравшегося сдаваться без боя гнома. Где-то сзади раздалось негромкое: «20 ле́ши на магиню». Ставку с охотой поддержали, и таверну наполнили тихие-тихие голоса тех, кто и поучаствовать в веселье хотел, и прислушивался, не желая пропустить ничего за столом.
Ставили в основном на Кели, из-за чего у девушки всё ширилась улыбка, умудряясь оставаться вежливой и доброжелательной. И даже направленный на винодела взгляд выражал искреннее участие и заботу.
Гном краснел, бледнел, хмурился, наивно надеясь обыграть магиню в гляделки, но заметно сдавал позиции.
В итоге я не выдержала.
Обойдя стол, опустилась на скамейку рядом с виноделом, улыбнулась его настороженному взгляду и негромко заговорила. Старалась, чтобы слышало поменьше народу, но с моим передвижением на заведение опустилась до того звенящая тишина, что был слышен даже тонкий скрип половиц. Вот и слова мои расслышали все.
— Уважаемый господин Винград, моя подруга, — вежливый кивок на Кели, — готова принести магическую клятву в том, что полученная от вас информация не будет использована во вред вам, вашей гильдии и всему вашему народу.
Из меня парламентёр был всё же получше, чем из Кеалим, и гномова решимость поколебалась.
Медленный поворот бородатой головы, напряжённый взгляд на магиню. Та улыбнулась, сверкнув белыми зубами, и озвучила альтернативу:
— Или я иду за ножом и мы приступаем к пыткам.
Да, она маленькая, хрупкая и безобидная… и мне всегда было искренне жаль тех, кто так сильно обманывался.
— Вы из дознавателей? — ужаснулся белый гном.
— Упаси Завеса! — мигом открестилась от сомнительной чести девушка. — Я всего лишь безобидный бытовой маг.
И тут открылась дверь. Не так чтобы громко и привлекая внимание, никто и не заметил, но мой живот скрутило болью.
Сердце пропустило удар, дыхание остановилось.
Ещё один дракон…
Уже двое представителей крылатого народа на одну таверну. Уж не по нашу ли душу? Нам в их лапы нельзя, совсем. Нас там ждёт лишь смерть.
Я едва заметно скривилась, Кели бросила на меня цепкий взгляд, глянула в сторону двери и неуловимо помрачнела.
А я ей сразу сказала: «Зандар — последнее место, где нам стоит появляться!». И что, послушалась меня лучшая подруга? Три раза. Она вообще отличается повышенным послушанием — слушается, только когда ей божественный глас свыше шипит: «Куда, дура, полезла?!». И то не всегда. В последний раз бог-покровитель Мудрости Э́орн припозднился и был послан пьяной Кеалим вместе со своей прославленной Мудростью таким маршрутом, что у бога случилось переосмысление всей своей жизни, а у меня — резкое протрезвление.
Натянув вежливую улыбку на лицо, я обратилась к гному:
— Так вы согласны решить вопрос мирно, господин Винград?
Выбора у него не было. Об этом с самого начала знали мы с Кели, об этом догадывались свидетели происходящего и это медленно осознавал сам винодел.
И решил использовать то последнее, что ему оставалось: начал диктовать условия своего поражения.
— Я не отдам вам рецепт… но приготовлю партию лишённой защитной привязки к заведению сивухи, — проговорил решительно, пряча отчаяние.
Предложенный гномом вариант был хорош и выгоден — так и мы получим желаемое, и он не нарушит клятв перед гильдией, и рецепт не попадёт не в те руки.
Кели посмотрела на
