– Что это? Разве корабли бывают такими огромными?
– Это, мастер Каратто, линкоры, – пояснила та же девушка. – Самые мощные боевые корабли этого мира. Они предназначены для сражения в особом построении – линии, потому так и называются – линейные корабли.
– Тайша, откуда ты это знаешь? – спросила одна из девушек. В этой группе людей было только двое мужчин, остальные девушки, причем очень молоденькие, по крайней мере, так выглядевшие.
– Миримиэль, я же говорила – я бывала в этом мире, видела морские сражения и даже участвовала в них, – ответила пепельноволосая.
– Ага! Это линкоры, но нам такой не нужен, нам надо бриг! Вот тот, видите? – Рыжеволосая девочка показала на один из эллингов, где стоял уже готовый к спуску на воду корабль. Он чем-то был похож на линкор, такие же три мачты с шестью реями, но был немного меньше и выглядел намного изящнее, чем линейный корабль. В нем была какая-то стремительность, казалось, он не поплывет, а полетит. Некоторое время путники молча и восхищенно его рассматривали. Потом пепельноволосая сказала:
– Листик, это не бриг, это фрегат. Видишь, у него три мачты. Это быстроходный фрегат, предназначенный для крейсерских операций, только вот я не пойму, почему у него заделаны пушечные порты нижней палубы? На средней палубе они остались, но закрыты стеклом и какие-то маленькие, будто переделаны в окна.
– Иллюминаторы, – поправил Харан Каратто. – Леди Тайша, на корабле не окна, а иллюминаторы.
– Я знаю, – улыбнулась Тайша. – Но посмотрите на эти иллюминаторы, они не круглые, а прямоугольные, правда, со скругленными углами, но все же больше похожи на окна. А сверху их можно закрыть крышками, что раньше закрывали орудийные порты. Получается, там нет орудий, их убрали, а палубу, где раньше стояли пушки, переделали. Скорее всего, там жилые помещения.
– Орудийные порты? Пушки? А что это такое? – удивился Каратто.
– Орудийные порты – это прорези в бортах, чтобы можно было стрелять из пушек, их еще называют орудиями, – взялась рассказывать Тайша, но, видя, что никто ничего не понимает, постаралась пояснить более доступно: – Пушки – это такие метатели, они стреляют ядрами, бомбами, брандскугелями…
Тайша прочитала целую лекцию о метателях этого мира и снарядах к ним, для чего и как они применяются. Это было ново, но не совсем интересно. Девушки заскучали, только мужчины слушали со вниманием, а в конце рассказа Каратто спросил:
– Это понятно. На корабле должны быть метатели, но зачем так много? Согласен, корабль большой, но восьми штук хватило бы с избытком!
Тайша вздохнула и принялась снова объяснять, оперируя такими непонятными понятиями, как плотность огня и вес бортового залпа. Только все равно мало кто понял. Когда Тайша замолчала, одна из темных эльфиек – Синта – сделала закономерный вывод:
– Получается, что в этом мире нет магии? Да? Раз прибегают к таким ухищрениям.
– Почему нет? – ответила вопросом на вопрос Тайша и пояснила: – Магия есть в любом мире, просто во многих мирах ее не умеют использовать или умеют, но только единицы. Ваш мир скорее исключение, чем правило. И то у вас одаренных примерно один на тысячу.
– Ладно, пойдем в город, узнаем про этот корабль, может, он уже кому-то продан. Да и вообще обстановку разведаем. – Милисента махнула рукой в сторону города и первой пошла по дороге.
– Не-а, еще не проданный, он так уже давно стоит, когда я сюда приходила за… приходила последний раз, он уже так и стоял, – сообщила Листик и попрыгала за сестрой.
– А где можно быстро все узнать и при этом не вызвать подозрений? – спросила Синта.
– В любом портовом кабаке. Тебя разве не учили? Ты же из клана Мягко Ступающих, а там должны вам были рассказывать о самых простых способах получения информации, – удивилась Милисента. – Я думала, вас там обучают таким элементарным вещам.
Рен и Каратто с удивлением посмотрели на темную эльфийку. То, что она принадлежала к клану наемных убийц, они не знали, но очень хорошо знали, что добровольно покинуть этот клан нельзя, там очень жестоко карали отступников.
– Их этому не учили, всю их пятерку готовили для выполнения одного задания, фактически они были расходным материалом, смертниками, – хмыкнула Ирэн.
– Ты считаешь, что старейшины клана надеялись, что плохо обученной пятерке молодых и неопытных удастся то, в чем не преуспели три пятерки бывалых бойцов? – спросила у Ирэн Милисента, обернувшись к ней.
– Почему плохо обученным? – улыбнулась темная эльфийка. – Их как раз очень хорошо обучили, но только для выполнения одной задачи.
– Листик, Синта была в боевой пятерке Мягко Ступающих? А чему ее учили? – спросил девочку Каратто. Принцесса успела забежать вперед и вернуться назад, а теперь снова прыгала на одной ножке, догоняя сестру. Девочка как раз поравнялась с капитаном.
– Она должна была убить Ирэн, – ответила девочка. Увидев, что ни Каратто, ни Рен ничего не поняли, пояснила более подробно: – Ирэн тоже из того клана, она была лучшей, но решила оттуда уйти, а ее не отпускали, тогда она убила старейшину и три пятерки, которые послали за ее головой. Вот Синту и ее пятерку специально подготовили, чтоб Ирэн убить. А они не захотели и тоже ушли.
– Постой, Листик! Как это ушли?! Ведь оттуда так просто не уходят! – удивился Рен.
– Уходят, надо просто найти очень авторитетного покровителя, – усмехнулась обернувшаяся Милисента. – Такого покровителя, которого бы боялись даже Мягко Ступающие.
– Я так понимаю, что девушки нашли такого покровителя, – кивнул Рен, задумчиво покачав головой и пытаясь представить, кого же может бояться грозный темноэльфийский клан наемных убийц. Но, так и не найдя подходящей кандидатуры на роль такой авторитетной и ужасной личности, спросил у Милисенты:
– Если не секрет, то кто это?
– А вон, видите! – Милисента показала на опять ускакавшую далеко вперед рыжую девочку.
– Листик?! – поразился Рен.
– Ага! – копируя свою сестру, ответила девушка, а эльфийки дружно закивали, подтверждая.
Глава 2
В славном городе Норлрум
Гэрри Траут протирал бокалы. Бокалы – это была его гордость. Они свидетельствовали о высоком статусе «Адмиральской подзорной трубы». «Подзорная труба» – такое название носила таверна. Когда же Траут стал владельцем этой таверны и комнат при ней, сдававшихся для ночлега, то он всеми силами старался повысить ее статус. Отставной сержант, он за время своей службы скопил достаточное количество монет. Он не пьянствовал, как его товарищи, когда попадали в увольнительные на берег. Впрочем, пьянками эти буйные гулянки можно было назвать только условно. Отличающиеся большим размахом, морем выпитого, приглашенными девочками и непременной грандиозной дракой, завершающей это мероприятие, эти увольнения на берег у истосковавшихся по суше матросов не оставляли ни пенни в карманах. Гэрри был не такой, он копил каждый пенни и к окончанию службы имел уже неплохой капитал. Удачная женитьба на местной вдове помогла приобрести эту таверну, а десять лет упорного труда сделали из обычного питейного заведения если не элитный, то вполне приличный ресторан, а из комнат, сдаваемых внаем, – тоже приличную гостиницу. В соответствии с вновь приобретенным статусом просто «Подзорную трубу» Гэрри переименовал в «Адмиральскую». И обзавелся бокалами для вина, в них этот благородный напиток подавали не менее благородным посетителям, вернее, всем, кто за это вино мог заплатить. Впрочем, кружки для эля тоже были, потому как многие посетители, да и сам Гэрри тоже, предпочитали добрый альбионский эль.
Протирая бокалы, Траут наблюдал за компанией, занявшей два столика в углу. Эти посетители, точнее, постояльцы, так как они сняли самые дорогие апартаменты, прибыли вчера и сначала вызвали у почтенного владельца гостиницы если не шок, то состояние, близкое к нему. Нет, вели они себя вполне прилично, а вот одеты они были крайне неподобающе, даже вызывающе. Некоторые девушки были в штанах! А те, на ком были юбки, выглядели еще более вызывающе, сверкая открытыми коленками! При виде такого безобразия Гэрри подал знак Дринксу, служившему в «Адмиральской подзорной трубе» вышибалой. Старина Дринкс, как и Траут, был отставным сержантом, но не просто флотским сержантом, а сержантом морской пехоты, то есть драться умел. Да и комплекция у старины Дринкса была как у ярмарочного борца. По знаку хозяина вышибала должен был вежливо не пустить нежелательных гостей в ресторан, а если те начнут сопротивляться, то и силу применить. Случившееся повергло в шок и хозяина, и вышибалу. Шедшая впереди пепельноволосая девушка, кстати, единственная прилично одетая, небрежным движением отодвинула Дринкса с дороги. Не просто отодвинула, а, взявши за грудки, буквально переставила с места на место. Траут пребывал в некотором обалдении, когда эта девушка к нему обратилась:
