Если не случится ничего экстраординарного, путешествие займет не более двух дней. Дженивра мысленно подсчитывала время, которое они затратят на поездку. Да, сопутствуй им удача и хорошие дороги, они должны прибыть на место около часу дня, возможно, и раньше. Эш сможет сразу повидаться с Алексом. Они проведут ночь на постоялом дворе, утром еще раз навестят Алекса и отправятся домой вместе с новым графом Одли или без него. Расписание очень утомительное, но Эш достаточно ясно выразил свое желание не покидать Бедивер на время большее, чем это необходимо для дела.
Дженивра попыталась занять себя чтением. Однако сидеть напротив Эша Бедивера и оставаться равнодушной практически невозможно. Она уже раз пять теряла нить повествования, бросая исподтишка взгляды на будущего мужа. Сегодня на нем были узкие кожаные светлые бриджи и высокие сапоги, выгодно подчеркивавшие стройные ноги, что особенно бросалось в глаза в почти интимной тесноте кареты. Дженивра невольно постоянно возвращалась взглядом к его ногам, вольготно вытянувшимся между противоположными сиденьями. Длинные сильные ноги с четко очерченными бедрами как нельзя лучше соответствовали атлетическому торсу, обряженному в синий, тончайшего сукна, сюртук и видневшийся из-под него бирюзовый жилет. Эштон Бедивер всегда одевался безупречно, даже если предстояло утомительное путешествие в карете.
Когда Дженивра взглянула на него в шестой раз, была поймана за этим занятием.
— Чем любуетесь столь часто и столь пристально, когда подразумевается, будто вы заняты чтением? — протянул Эш с дразнящей шаловливой ухмылкой на лице.
— Я просто задумалась над высказыванием из книги. Очень поучительно.
— Ну, пока ты размышляешь над прелестями… чего там? — Эш наклонился и притянул к себе ее брошюру. — Ах да, садово-паркового искусства в исполнении мистера Хаймана, я любуюсь тобой. И, откровенно говоря, полагаю, мое занятие гораздо более занимательное. Агрикультурные трактаты никогда меня не прельщали. — Его тон недвусмысленно свидетельствовал, что именно Эш подразумевал под «прельщением».
Да, это Эш Бедивер, которого она успела узнать, и, возможно, именно тот, которого придется лицезреть большую часть времени, пока они состоят в браке по расчету. Она задавалась вопросом: уж не плод ли ее воспаленного воображения Эш Бедивер с его воспоминаниями о детстве, гордящийся юношескими успехами на ярмарочных состязаниях?
— Похоже, вы способны все свести к обольщению? — Дженивра вновь прибегла к формальной вежливости.
— Да, когда дело касается тебя, — откровенно признался он. — Хочешь узнать, что происходит в моей голове, когда я смотрю на тебя? О, я мысленно начинаю играть в порочную и такую упоительную игру с твоими волосами. Любопытно, сколько шпилек и заколок придется вытащить из твоей прически, прежде чем шелковистое восхитительное каштановое облако окутает твои плечи.
Температура в карете стремительно возросла. Эш приводил в смятение ее чувства, тело. Его голос, прикосновения, присутствие — все с ним связанное немедленно приковывало ее внимание. Она не могла просто не замечать его, и это сильно беспокоило. Глубоко в душе она не хотела игнорировать его. Ей нравились его не слишком приличные шуточки и двусмысленные намеки. Эш заставлял нервничать, быть всегда настороже в ожидании очередного провокационного заявления. Жизнь рядом с ним более волнительна.
Это пугало Дженивру. Она сбежала в Англию вовсе не затем, чтобы влюбляться. Напротив, стремилась скрыться, стать независимой, а не пасть жертвой мужчины. Увлечение Эшем Бедивером худшее, что могло случиться.
— Чего ты боишься, Нива? — раздался соблазнительный шепот. — Мы скоро поженимся, и вожделение перестанет считаться грехом.
— Тебя, Эш. Я боюсь тебя. Думаю, ты можешь вскружить женщине голову, даже не осознавая, что делаешь, это пугает больше всего. — Дженивра собралась и решительно добавила: — Наш брак основан на удобстве и взаимной выгоде, а не на любви. Ты представляешь смертельную опасность для сердца порядочной дамы. Я уже говорила, меня не интересует твое предложение.
— Да, но мы вели беседу о садах, Нива. — Глаза Эша сверкали лукавством. Очевидно, ситуация доставляла ему немалое удовольствие.
— Все мирские проблемы начались в саду.
— О нет, Нива. Только человеческие. Человек — единственное существо, способное к падению, некоторые из нас падают дальше и глубже.
И снова этот проблеск. Стоило ей убедиться, что Бедивер на сто процентов повеса и развратник, он приоткрывает перед ней очень личную, глубоко чувствующую часть своей натуры, и все ее предвзятые построения разваливаются как карточный домик. Дженивра снова углубилась в сельскохозяйственный трактат с преувеличенным вниманием. Если она не будет осторожной, непременно влюбится еще больше, падет очередной жертвой Бедивера. Брак защитит ее от Генри, а что спасет от Эша?
Путешествие не затянулось, они прибыли в Бери-Сент-Эдмендс раньше запланированного времени и разместились в «Лисе», постоялом дворе на востоке городка, поблизости от заведения, где содержался Алекс. «Лис» производил приятное впечатление, небольшой, уютный, с тяжелыми дубовыми перекрытиями и настенными панелями в подлинно якобитском стиле. Простой и непритязательный, недостаток роскоши заменялся чистотой и удобством. Эш снял две комнаты наверху и велел распрячь лошадей и поместить их в конюшню. Сам же собирался нанять небольшой кабриолет и вместе с Джениврой незамедлительно отправиться навестить Алекса.
— Ты смотришь на часы уже третий раз за последнюю минуту. Таким образом тебе вряд ли удастся заставить экипаж приехать быстрее, — игриво поддразнивала Дженивра, пока они ожидали кабриолет во дворе.
Господи, он и в самом деле разнервничался, поскольку понятия не имел, с чем придется столкнуться через несколько минут. Куда Генри поместил Алекса? Как выглядит брат? Сознает ли вообще, кто он такой? Именно это, вероятно, пугало больше всего. В глубине души Эш питал надежду, что Алекс ответит на мучающие его вопросы. Невозможно представить, что разум Алекса поврежден безвозвратно.
Коляска наконец прибыла, и они направились к небольшому особняку в нескольких милях от города. По прибытии беспокойство Эша немного утихло. Особняк представлял собой бывшее поместье с аккуратным парком и двориком. Дом выглядел чистым и ухоженным.
Их вежливо встретили и пригласили войти. Эш передал привратнику свою визитную карточку, смотрительница, одетая в чистую бело-серую униформу, провела их в бывшую библиотеку, переделанную в приемную. После этого пришлось подождать. Но не долго.
