— Скажи, Варя, Дмитрий к вам приходил?
— Конечно. Я ему позвонила. Он и не знал о тебе ничего. Анжела запрещала звонить ему. Я сама, на свой нахрап решилась.
— Ох, и вовремя он включился, спасибо тебе! — обронил зять. И добавил:
— Следователь на меня хотел дело состряпать за то, что я ему вломил в кабинете, но не успел. Димка погасил затею. Но зуб на меня тот следователь затаил и теперь стремачить станет, какого-нибудь «шестерку» повесит на хвост.
— Вась, завяжи с мобильниками. С теми «серыми», из-за них куча неприятностей, — попросила Анжелка.
— Они наш основной доход! Сменю водил, и все наладится! Жить-то надо! — отмахнулся Вася, продолжив:
— Вы бы видели, как мои мобильники из машин потащили менты! Карманы трещали! А еще говорили, что уничтожат до единственного! Как бы ни так! Охрана передралась! Всем захотелось заиметь самые крутые телефоны, вот и запаслись на халяву. На глазах меня оббирали козлы. Я еле продышал это! — признался человек и рассмеялся, вспомнив:
— Даже уборщица таможни приковыляла. И спрашивает своих:
— А можно и мне взять?
— Бабка! Тебе зачем мобильник, кому звонить будешь?
— А хочь бы сторожу Никифору! Чтоб не зазнавался, старый кобель, что у него две бабки на лавке и двое в доме, все с пряниками и к нему в гости приходят, а у меня и на сушки не наберется. У него с зависти последние зубы отвалятся…
— Дали и ей три телефона. Всем хватило. И только дешевые повезли уничтожать на свалку. Их там из-под колес бомжи выхватят…
— Не жалей, не горюй Васек, главное, что сам живой и на воле дышишь. Никакая прибыль не стоит твоей жизни. Многое я отдала бы, чтоб вернуть Виктора, да никакие деньги его уже не поднимут. И ты успокойся, не переживай, все можно восстановить человеку, пока он живой. Главное не теряй, — попросила Варя.
Василий с того дня и вовсе потеплел к теще. Теперь он ей многое доверял, советовался, и Варя зачастую знала о его делах больше Анжелки. Та по настоянию обоих поступила в политехнический институт. И Варвара радовалась, что не идет впустую время у дочки, а про себя думала, мол, мало ли как жизнь сложится, зато Анжелка не останется без куска хлеба, сможет, в случае чего, сама поднять на ноги сына.
Варя понимала, что не все гладко складывается у зятя. Неприятности случались часто. О них он не любил говорить. Но однажды услышала, как поссорились Анжела с Васей и, посчитав, что Варвара уснула, говорили в полный голос, не приметили неприкрытой двери:
— Вась! У тебя снова проблемы? Опять штраф? Сколько можно? Понимаешь, что на тех счетах, какие нам с матерью оставил отец, уже ничего не осталось!
— Я восстановлю, — ответил зять.
— Ты давно это обещаешь, но не выполняешь! Ты обобрал нас с мамкой, я боюсь, мне стыдно ей сказать об этом! Она не переживет.
— Я не прокутил и не проиграл! А бизнес, это та же рулетка. Случаются проигрыши, но бывает и выигрыш, какой покрывает все неудачи. Ты о том знаешь. Я рискую не больше всех, и живем не хуже других. Не вижу другого выхода. А что предлагаешь сама?
— Не знаю, я устала, может, займись другим…
— Тебе и впрямь нужно отдохнуть. Ты слишком близко к сердцу принимаешь даже мелкие неудачи. Отвлекись, поезжай с Андрюшкой на Канары. Там успокоишься, вернешься иной. Поверь, другие больше, чем мы неудачники, но не сетуют, такова жизнь и не мы ей диктуем свои правила игры, а только она нам…
Глава 4. На грани краха
Анжела с Андрюшкой вскоре и впрямь улетели отдыхать на Канарские острова. Василий, не скупясь, дал им денег. И каждый день звонил, интересовался, как там отдыхают жена с сыном? И закончив разговор с ними, радовался:
— Отрываются на всю катушку!
В этот вечер он предупредил тещу, что пойдет к друзьям «на капустник» и вернется поздно. Едва
Василий выехал, в гости к Варваре наведался Дмитрий Иванович. Он очень посетовал, что не застал дома Василия. И все же присел напротив Вари, не спеша пил кофе, разговаривал с женщиной, спрашивал, как живется ей с молодыми.
— Уживаемся без проблем, нам нечего делить. Ведь мы родные люди. Мне важно чтобы они между собой ладили и понимали друг друга. У них ребенок, его нужно растить вдвоем. Конечно, Васе нелегко. Он постоянно занят. На сына времени почти не остается. Но теперь большинство живет вот так. Крутятся, кто как может. Кусок хлеба дается нелегко, что и говорить, — посетовала баба.
— А когда он был легким этот заработок? — улыбался гость, рассматривая Варвару шельмоватым, бегающим взглядом:
— Знаете, сейчас люди уже не говорят, как трудно им приходится, не жалуются на неудачи. Тема слишком банальна, стара и избита. Стараются работать чище, чтоб меньше возникало проблем, тогда самим спокойнее.
— Кому как везет! — вздохнула Варя.
— Вот у меня по соседству живет простой человек. Нет у него богатой родни, влиятельных друзей и знакомых, даже приличного образования не получил. Так и остановился на среднем, школьном. Дальше не пошло, не дано ему вершить большие дела. Он свои способности не переоценил и выучился на обычного водителя.
— Короче, серой мышкой остался, — подытожила Варвара, гость, будто не услышал реплику и продолжил:
— Работал он в извозе у предпринимателя, возил грузы по всем городам, был дальнобойщиком, потом по городу таксовал, дальше купил себе машину, поначалу одну грузовую, потом еще две. И колесит. Ничем не брезгует. Одним поможет в переезде, перевезет пожитки, другим стройматериалы, иным грузы — в центр подкинет, короче, без работы не сидит. И никогда ни на что не жалуется и не ноет. У него, как у большинства, семья есть, дети, жена, старые родители, все вместе живут без споров и ссор. Я никогда не слышал у них ругачек или громких попоек. Тихо и незаметно живут люди. Но за все годы не видел я, чтобы кто-то из этой семьи плакал или попал в беду. Никто о них не сказал ни единого плохого слова. Они подчас забывали закрыть двери на ночь, но их никогда не обворовывали. Нет у них сомнительных знакомых. И живут соседи светло и тихо, по-своему счастливо. Им никто не укоротит жизни. А ведь это здорово!
— Скучно живут, — заметила Варя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
