– К чему такая спешка?
– Будучи в некоторой степени неплохим психологом, вы должны знать о технических приемах психозондирования, не так ли? Я имею в виду получение достоверных данных на допросе.
– Я видела, как это делали с беспокойными пациентами. Это клинический метод, позволяющий добраться до истинных причин болезни, которые скрываются за завесой тумана в их головах. Но это не моя область. Почему такой внезапный интерес?
– Обдумайте это как следует. Ваши знания могут пригодиться. Никто не может сказать заранее, когда может пригодиться умение подчинять себе разум другого человека. Каждый должен теперь, я думаю, уметь это на случай затянувшейся миссии.
Наверху ничего не изменилось, и Шеврон даже на какое-то мгновение засомневался, действительно ли он видел Бьюкза здесь. Происходящее начало казаться чем-то нереальным. Казалось, в этом не было даже никакого смысла, когда он распахнул дверь заведующего медцентром и ввел Анну Рилей в квадратную приемную с тремя дверьми и низким барьером, чтобы удерживать посетителей в их тесном загоне.
Девушка-арабка в коротком белом кителе прекратила перелистывать своим изящным пальчиком подшивку документов и молча уставилась на них широко открытыми подведенными глазами, как какая-нибудь спугнутая у водопоя газель. Очевидно, три посетителя за раз являлось непомерной тяжестью для организации.
– Что вам надо? – ее голос прозвучал, как крик отчаяния и мольбы спугнутой с гнезда птицы.
– Доктора Честер. Я ее долго не задержу.
– Доктор Честер занята. У нее посетитель.
– Я знаю и хочу видеть их обоих. Вы только зайдите и скажите, что у меня личное донесение от доктора Ормана.
– Она не любит, когда ее беспокоят.
– Ей вряд ли понравится, если вы не сообщите об этом. Вы только попытайтесь и увидите, какой довольной "улыбкой она одарит вас.
Девушка явно не знала, на что решиться, и сидела неподвижно.
Шеврон перепрыгнул через барьер и оказался рядом с ней прежде, чем она успела что-либо сказать. Он поднял со стола стилет и заложил им то место в подшивке, на котором она остановилась. Затем взял ее палец – холодный гладкий артефакт, и убрал его.
– Вот так. Спокойно. Теперь вы свободны как птица. Идите и получите свою награду.
Некоторое время она упорно смотрела на свой палец, словно проверяя, на месте он или нет, а потом покорно направилась к левой Двери, постучалась и вошла.
Голоса, донесшиеся в приоткрытую дверь; внезапно смолкли. Резкий голос, похожий на скрежетание гравия по металлическому листу, но не имеющий ничего общего с голосом женщины, произнес:
– Впусти их.
Внутренние покои доктора Зары оказались гораздо больше.
чем приемная, с тремя окнами во всю стену, прикрытьщи жалюзи, и целым рядом различной электронной аппаратуры вдоль передней стены. Бьюкз сидел на вращающемся кресле, имеющем свой собственный пульт управления компьютером на широком подлокотнике. Кроме того, оно было оснащено множеством зажимов, позволяющих крепко удерживать пациента во время небольшой хирургической операции или чего-то другого. По ту сторону широкого стола доктор была видна только от талии и выше, и не нашлось бы такого человека в здравом уме, который захотел бы увидеть больше. Она была совершенно прямоугольной и спереди, и сбоку, как тело, так и голова. Серо-стальные волосы свисали на лоб, словно проволока.
Бьюкз даже и не пытался изобразить, что они давнишние друзья. Если он немного и укачался в своем причудливом кресле, то Теперь совершенно пришел в себя и таращил глаза так, будто наткнулся своим вездесущим карандашом на исчезающую прямо у него на глазах ошибку.
Как только секретарша с явным облегчением притворила за собой дверь, Шеврон вынул бластер и холодно предупредил:
– Положите руки на стол, доктор. Джек, как можно осторожнее вылезай из этого кресла и становись рядом со своей приятельницей.
Лицо доктора Честер представляло собой тяжелую, абсолютно неподвижную маску, не выражающую никаких эмоций.
– Вы что себе думаете? – осведомилась она спокойно.- Здесь государственный департамент. Если у вас на уме ограбление, то здесь денег нет.
Шеврон нравоучительно заметил:
– Кто похищает у вас кошелек – ничего у вас не похищает. Я же приехал, чтобы отнять у вас ваше доброе имя.
– Не говорите загадками. Мне надо работать.
Бьюкз, точно последовав последней фразе, поддержал доктора:
– Шеврон, что за выдумки? Что ты здесь делаешь?
– Вопросы, вопросы. Я мог бы спросить тебя о том же, Джек. И в самом деле, это может стать хорошей отправной точкой для разговора. Посмотри вокруг, Анна, и подумай, есть тут что-нибудь, что напоминало бы прибор для психозондирования. Я бы хотел подсоединить к нему одну, а может, обеих этих обезьян. Не дергаться!
Насколько ее лицо, вырезанное словно из скалы, могло отражать какие-либо эмоции, доктор Честер выглядела весьма спокойной, и крошечный цветок сомнения начал расти и распускаться в мозгу Шеврона. Он мог находиться и на ложном пути.
Словно пытаясь договориться со слабоумным ребенком, доктор Честер продолжила:
– Вы говорили о докторе Ормане. Что вам известно о нем? Он направил вас ко мне для лечения? Скажите этой девушке, чтобы она была осторожнее. В этих ящиках очень чувствительная аппаратура.
– Оно все здесь,- сказала вдруг Анна Рилей.- Меня удивляет, что у них такое оборудование здесь, в этой глуши. Тут полный комплект глубокого зондирования. Скорее всего, он подсоединен к зубоврачебному креслу. Думаю, что смогу справиться с этим.
Шеврон быстро обошел вокруг стола и разъединил команду хозяев поля. Подгоняя Бьюкза вперед к креслу с помощью бластера, он объявил:
– Итак, Джек, вот тебе хороший шанс поболтать вволю. Усаживайся, а мы будем внимательно слушать.
Развернувшись так, чтобы можно было следить за доктором, Шеврон запихнул Бьюкза в кресло и защелкнул зажимы на его запястьях и лодыжках.
Анна Рилей взяла в руки гладкий стальной шлем с множеством кнопок и встала позади Бьюкза, словно для коронации.
Доктор Честер подала голос:
– Вы совершаете большую ошибку. Я надеюсь, вы знаете, что делаете. Этот аппарат представляет большую опасность в неопытных руках.
Сквозь пятнистый загар Бьюкза проступила смертельная бледность. Он стал более тихим, чем когда-либо был за прошедшие несколько лет.
Шеврон счел нужным пояснить:
– Это не профессиональный специалист, а вы нервируете пациента. Вы должны внушать ему уверенность с помощью кратких ободряющих замечаний. Таких, как, например, что я не дал бы и полпенса за то, окончится ли это для него хорошо или плохо. Включай ток, Анна, и смотри за тем, чтобы он засветился красивым голубым сиянием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
