Жаль, что есть и то, и другое. Вернее, они у него были.
Он практически не сомневался, что океан забрал и то, и другое.
— Ты ведь можешь вернуть ее, правда?
Русалки, как правило, не возвращались. Они часто заводили интрижки с людьми, короткие романы, вызванные любопытством. Всем русалкам давался один шанс выйти на сушу, шанс вкусить человеческую любовь и сравнить эту любовь с радостью, которую они испытывали в море.
Ничто и никогда не могло соперничать с морем. Свобода. Сила.
Жизнь русалки.
— Русалки и сирены очень похожи, — пробормотал Люк. — У обоих чарующие голоса. Сила, которая может подчинить. Сирены давно заманивали моряков на верную гибель, но русалки, я думаю, оказались еще хуже. — Он приложил руку к груди. — Русалки заставляли моряков полюбить их, и как только глупые моряки думали, что они держат рай, русалки отворачивались. Они выбирали океан.
— Я не знал, что у русалок есть выбор.
Что-то было в голосе Рейса… Сукин сын. Люк хмуро посмотрел на друга:
— Ты ведь знал?
— Что Мина не сирена? — Рейс подошел немного ближе, его голос стал сильнее. — Я подозревал. У нее не было такого холодного прикосновения, если ты понимаешь, что я имею в виду. Слишком нежная внутри.
Люк посмотрел на свое кольцо.
— Она хотела, чтобы я использовал Око, чтобы забрать ее темную силу. Она не понимала, что вовсе не темная. — В тот момент он ненавидел Око. Ненавидел весь гребаный мир. — Почему ты не предупредил меня, чтобы я держался от нее подальше?
— Потому что думал, что ты тоже заслуживаешь шанса обрести счастье.
Люк резко вскинул голову.
— Скажи мне правду, о великий повелитель тьмы. — Титул звучал насмешливо, но взгляд Рейса был абсолютно серьезен. — Разве ты не был счастлив с ней?
— Да.
Рейс развел руками.
— Тогда почему ты не сражаешься за нее? Почему не используешь свою силу, не используешь чертово Око, не используешь все, что у тебя есть, чтобы удержать ее рядом с собой?!
Рейс хотел знать правду. Значит, Люк даст ему это.
— Потому что я люблю ее. И считаю, что это больше, чем мое собственное счастье…Я хочу ее. Хочу, чтобы у нее был выбор. Хочу, чтобы у нее было все, чего она желает больше всего.
У Рейса от удивления отвисла челюсть.
— Значит, я убью несколько человек. — Люк решительно кивнул. — Я буду сеять ужас и ад и проведу остаток своей чрезвычайно долгой жизни, скучая по русалке, которая даже не вспомнит меня. Такое случается, как видишь. Ты знал об этом?
Ройс покачал головой:
— Нет, Люк…
— Вот почему ее мать так и не вернулась за ней, — мрачно продолжал Люк, не переставая говорить. — Когда русалка возвращается в океан, она забывает о своей человеческой жизни. Как будто этого времени никогда и не было. Чем дольше находишься в воде, тем больше исчезают твои воспоминания. — Он горько усмехнулся. — Ну и как тебе мой личный ад? Я никогда не забуду ее, но Мина даже не вспомнит моего имени.
Жестокий поворот судьбы.
— Люк, твою мать… Прости. Я не знал…
Люк выдохнул, и из его легких вырвался клуб дыма. Пора было его зверю выйти наружу.
— Оставайся на острове. В Кисе дела вот-вот пойдут совсем плохо.
— Люк…
Он взлетел прямо в воздух, двигаясь быстро, легко передвигаясь, и зверь начал охотиться на свою добычу.
«Может быть, мне стоит так и остаться. Не притворяться больше мужчиной. Я потерял ее, так какой в этом гребаный смысл? Какой смысл пытаться держать себя в руках? Она ушла.
И мне… больно».
Глава 17
Вода оказалась прекрасной, такой чистой и теплой. Мина нырнула глубоко, потом выскочила на поверхность, двигаясь очень быстро. Гораздо быстрее, чем она когда-либо мечтала.
Ее мощный хвост толкал ее вперед. Она мчалась с дельфином и смеялась, потому что его обгоняла. Она вынырнула на поверхность и перевернулась в воздухе, снова оттолкнувшись своим великолепным хвостом.
Она прыгнула в воду. Глубоко нырнула. Она двигалась так быстро, проплывая мимо коралловых рифов и затонувших кораблей. Ее руки коснулись рыбы, которая нетерпеливо бросилась к ней. Они окружили ее и для нее танцевали.
Это было удивительно.
Это был… дом. Мина чувствовала это всем своим существом. Место, где она должна находиться. Счастье билось в ее сердце. Такая чистая радость и…
Впереди показалась акула.
На мгновение Мина замерла, и дрожь страха пробежала по ее телу. Глаза акулы казались такими темными, а рот открылся, когда она поплыла к ней. Мина видела смертоносные зубы. «Я боюсь акул. Все как раньше, когда я пыталась убежать от Люка, а акула оказалась рядом. Я оцепенела и…»
Воспоминание исчезло, когда акула налетела на нее.
Но после приближения акула не стала нападать. Она просто… осталась рядом с ней. Мина протянула дрожащие пальцы и коснулась ее бока.
Акула, казалось, вибрировала рядом с ней, словно наслаждаясь ее прикосновением. В этот момент Мина поняла, что бояться нечего. Только не в океане. Уверенность в этом пронзила до глубины души. Ей не нужно бояться. Уже нет. Ей больше никогда не придется бояться.
Ей нужно рассказать Люку. Она должна…
Люк.
Это имя не выходило у нее из головы.
Но…
Кто такой Люк?
Она закружилась под водой. Акула исчезла. Косяк рыб исчез. Она была совсем одна, всего в нескольких футах от обломков старого самолета.
Кто такой Люк? Этот вопрос мучил ее. Она уставилась на свои дрожащие руки. На ее прекрасный хвост, и еще одна леденящая мысль пронзила ее…
«Кто я такая?»
Поскольку она не могла вспомнить… не могла вспомнить даже свое имя.
Она посмотрела вверх и увидела вспышку молнии прямо над поверхностью воды. Щелкнув хвостом, Мина снова рванулась вверх, чтобы последовать за молнией. Спеша…
Она высунула голову на поверхность. Начала отчаянно втягивать воздух, потому что так долго пробыла внизу, но…
«Мне не нужно задерживать дыхание под водой».
Снова сверкнула молния. Гром прокатился по воздуху. Мина запрокинула голову и посмотрела наверх. Слишком поздно поняла, что это был не гром.
Это был рев. У нее расширились глаза, когда молния сверкнула еще раз, и на этот раз она увидела, что именно вызвало этот ужасный рев. Большой, неповоротливый зверь летел по воздуху. Чудовище с гигантскими черными крыльями. Длинным змеевидным хвостом. Острыми зубами и огнем, вылетающий из его пасти.
Мина нырнула под волны, и ее охватил страх. Это существо внушало ужас.
Она погрузилась глубоко под воду. Океан успокаивал ее. Утешал ее. Радость снова запульсировала в ее венах.
Стайка ярко раскрашенных рыбок подплыла к ней и…
Кто такой Люк? Ее взгляд снова метнулся вверх.
* * *
Люк приземлился у развалин военно-морской авиабазы. Место казалось пустынным, здания теперь были черными и опаленными. По взмаху руки на его теле появилась одежда, и он бросился к сломанным воротам.
На его пути появился Лео.
— Их здесь нет. Я отследил их до лодки, которая отплыла около тридцати минут назад…
— Они кого-то оставили. — Он чувствовал запах крови. Судя по тяжелому запаху, они оставили больше, чем несколько человек. Он оттолкнул Лео с дороги и через несколько мгновений оказался в недрах этого места. Никто из охранников не выбежал ему навстречу. Вообще никто не вышел.
Но запах крови становился все сильнее.
Он поспешил вниз по лестнице. Люк повернулся направо и через толстое стекло увидел двух мужчин, которые остались снаружи.
Посреди комнаты сидел агент Тимоти Лэнг. Его руки связаны за спиной, а ноги — к ножкам стула.
И растянулся на боку, в глубокой луже крови вокруг него… Джулиан.
— Успокойся, Люк, — предупредил Лео. Парень последовал за ним. — Держи себя в руках, держи!..
Люк поднял руку и разбил стекло. Затем шагнул сквозь разрушенную стену, и осколки стекла захрустели у него под ногами.
— О боже, — Тимоти уставился на него широко раскрытыми глазами. — Гаррик сказал, что ты вернешься. Я хотел, чтобы он ошибся. Мне нужно было, чтобы он ошибся.
