голове. – И Кузьмин ранен… Кто будет командовать?» И еще одна мысль, холодная, безнадежная: «Это конец… Лишь бы в плен не попасть… Может, самому?»
И в этот миг, лежа на камнях, чувствуя острую боль в боку, Переверзев услышал приближающийся звук. Это был знакомый, до боли знакомый звук работающего на полных оборотах авиационного двигателя. Точнее, двух двигателей. Звук двигателей и стрекот вращающихся винтов… Это приближалось спасение.
Переверзев из последних сил поднял голову. Сейчас он не боялся пуль и осколков – ему было все равно. Он должен был увидеть…
Глава 25
И он увидел. Из-за западного склона, куда они так стремились, один за другим показались два вертолета. На фюзеляже первого был виден грозно стоящий на задних лапах лев, на втором – распростерший крылья орел. Эти рисунки дополняли надписи крупными буквами: «ISAF». Майор мог и не смотреть, какие флаги нарисованы на хвостах, – он понял, чьи это машины. А еще он увидел, как неподалеку вскочил один из душманов. В руках у него было что-то, напоминавшее отрезок трубы. Это был «Стингер» – переносная зенитная установка. Боевик вскинул «трубу», ловя в прицел первую из приближающихся машин.
Нет, этого Переверзев не мог допустить! Если душманы собьют хотя бы один вертолет, второй скорее всего улетит, и тогда его люди точно погибнут! Майор забыл о том, что он ранен, забыл о боли. Он поднялся, навел прицел… «Черт, а осталась ли там пуля?» – мелькнуло в голове. Но он уже нажал спуск. Боевик со «Стингером» сложился пополам и рухнул на камни. Кто-то из товарищей кинулся к нему, чтобы подобрать оружие. Но тут на переднем вертолете уже заметили опасность. Несколько раз пророкотал носовой пулемет, и уже больше никто не стремился овладеть зенитной установкой.
Вертолеты снизились и сделали круг над полем боя. Они шли быстро – так быстро и так низко, что было невозможно поймать их в прицел и открыть точный огонь. Сделав первый круг, они зависли на месте – словно совещались. Шевельнулись дула скорострельных пушек, и машины пошли на второй круг.
Теперь они никуда не спешили. Орудия заработали, вихрь смертоносных снарядов понесся к земле. Там, где заняли позиции боевики, земля встала дыбом. Переверзев уже пару раз видел, как работают вертолетные орудия в боевом режиме, и каждый раз это производило на него неизгладимое впечатление. Снаряды ложились практически на каждый квадратный метр поверхности. Летели в воздух мелкие и крупные камни, обломки автоматов, куски человеческих тел…
Видимо, часть боевиков, увидев, что их ждет, кинулась спасаться в разные стороны. Пилоты изменили направление полета. Машины разошлись и принялись утюжить склон вдоль и поперек. Так продолжалось долго, очень долго. Наконец стрельба прекратилась. Машины сделали еще один круг, затем направились прямо к тому месту, где держала оборону группа Переверзева, и одна за другой приземлились.
Открылась дверь одной из машин, из ее стального нутра выпрыгнул высокий человек в комбинезоне песочного цвета и такого же цвета каске. Его фигура показалась Переверзеву знакомой. Майор приподнялся навстречу гостю, попытался сесть, но не смог – от боли он едва не потерял сознание.
Офицер подошел ближе, и Переверзев узнал его. Это был сам командующий Международных сил в Афганистане генерал Конрад. Генерал, в свою очередь, узнал человека, с которым девять дней назад беседовал у себя в кабинете.
– Вы живы, майор! – воскликнул он. – Это отличная новость! Просто отличная! Я очень рад! Но вы ранены! О, дьявол!
И, обернувшись, он крикнул:
– Уолтер, берите носилки и скорей сюда!
К Переверзеву подбежали двое рядовых, осторожно и умело положили его на носилки, понесли к вертолету. Генерал Конрад шел рядом.
– Всех раненых, вообще всех посадим в наш вертолет, – сообщил он. – А погибших… Ведь у вас, наверное, есть погибшие?
– Точно пока не знаю, боюсь, что есть, – сказал Переверзев.
– Их мы погрузим в машину британцев. Ага, я вижу, вот несут еще одного вашего…
Переверзев приподнялся и увидел, как с дальней стороны, где держала оборону группа Галимова, четыре человека несут на растянутой накидке пятого.
«Вот, еще кого-то тяжело ранили», – подумал майор.
Когда они подошли ближе, Переверзев увидел, что все они – афганцы, сердце кольнуло нехорошее предчувствие. Они уже могли слышать друг друга, и Переверзев крикнул:
– Кто? Сержант?
Шедший впереди Сайдулла мрачно кивнул, ничего не сказав.
– Ранен? Тяжело? – продолжал спрашивать майор.
И тогда шедший сзади Амиран ответил:
– Нет, командир. Сержант погиб. Несколько пуль в грудь.
Они подошли вплотную. Майор взглянул в застывшее лицо Рустама Галимова, в глаза, которые никто не закрыл… Этого человека он взял в свою группу первым, сержант был ему незаменимым помощником во всех трудных и опасных ситуациях. Он был человеком, на которого всегда можно положиться. И вот он погиб…
– Несите его к тому вертолету, – сказал он, указывая на машину со львом. – И пусть подойдет кто-нибудь из моих бойцов.
Когда афганцы отошли к английскому вертолету, генерал Конрад спросил:
– А кто эти афганские парни? Талибы, которых вы перевербовали? Я слышал, что русские ведут переговоры с группировкой «Талибан», но не ожидал, что у вас будет прямое военное взаимодействие…
– Нет, это не «Талибан», – ответил Переверзев. – Это друзья генерал-лейтенанта Кузьмина. Кстати, где он? Пусть ваши солдаты найдут генерал-лейтенанта. Возможно, он тяжело ранен.
– Хорошо, сейчас мы этим займемся, – сказал Конрад и отдал команду одному из своих подчиненных.
Тем временем к носилкам Переверзева подошел Куликов. Обычно веселое лицо рядового выражало горе.
– Вы уже знаете про Галимова, товарищ майор? – спросил он.
– Да, я видел. А еще… еще никто из наших не погиб?
– Нет, у нас погибших больше нет. Зато раненых полно. Кроме вас и генерал-лейтенанта, ранили еще Ляйнера, в руку, и снова Терехина.
– Что, опять в руку? – спросил Переверзев.
– Нет, на этот раз в ногу. Но рана тяжелая. Хирург только головой покачал, когда увидел.
– Ты сказал «у нас нет». Что, кто-то из афганцев погиб?
– Да, двое. Ахмад, а еще мой боевой друг…
– Мухаммад?
– Да, ему в голову попали. От лица почти ничего не осталось…
– Слушай, так получилось, что у нас весь командный состав вышел из строя, – сказал Переверзев. – Ты уж покомандуй немного, ладно? Скажи нашим, чтобы несли раненых сюда, к американской машине. А погибших – к английской.
– Сейчас все организую, – обещал Куликов. – А вы не знаете, как вообще получилось, что вертолеты здесь оказались?
– Пока не знаю, – отвечал Переверзев. – Ничего, будет время узнать. Ты давай распорядись.
С разных сторон к вертолетам стали стягиваться люди. Мусагалиева, Терехина и Соломина несли на носилках. Также на носилках принесли
