– Ну скоро там?!
– Иду.
Она поставила кастрюлю с картошкой, остальное уже было на столе.
– Так, а где подружка?
– Сейчас придет.
– Ладно, давай пока накатим.
Они выпили еще по одной, закусили, Митька подошел к окну.
– Ну-ка, заводи машину. Быстро! – Он обернулся к Вальке – Ну, если что… Я тебя, сучка урою, поняла?!
Семен нехотя поднялся из-за стола, на ходу зацепив кусок колбасы, но опасаясь дружка, послушно оделся и вышел на улицу, Митька кинулся следом.
– Митенька, да куда же вы? А картошечку? Что же и не поели совсем?
– Некогда, мать.
Хлопнула дверь, в окно было видно отъезжающую машину. Валька, прижавшись лбом к стеклу, скосила глаза, пытаясь увидеть, что там на дороге. Клавдия вернулась к столу, положила себе на тарелку разной закуски и налила стопку. Вальке стало противно, но она подумала, что может, это и хорошо. Попробовать ее напоить и сбежать. А вдруг Зинку с Анечкой догонят и вернут сюда, а ее не будет? Нет, надо подождать.
– Валька, ну что ты как не родная? Давай выпьем.
– Давай, – неожиданно согласилась дочка.
– Вот и правильно, вот и давно бы так.
Валька сама разлила водку и сделала глоток.
– Огурчиком закуси. Вот и молодец. – Клавдия выпила тоже, и через некоторое время стало заметно, что она захмелела.
– Чтой-то Митенька запропастился?
– Мам, а давай еще по одной.
– Не, нехорошо, а то им не достанется.
– А у меня в погребе самогонка стоит.
– Откудова?
– Да так, берегла.
– Ну, Валька, хитрюга какая, – она пьяно погрозила пальцем. – Тащи самогонку, мы сами ее выпьем, а ребяткам водочки оставим.
Проклиная мать и прислушиваясь к шуму на улице, Валька полезла в погреб. Бутылки с самогоном остались еще от Толика, они были прикрыты ящиком, на нем свалены пустые мешки из-под картошки, поэтому их и не заметили. Валька взяла бутылку, подумала и захватила еще одну. Она надеялась, что мать достаточно пьяна, но та как будто протрезвела. Валька даже застонала от отчаяния, у нее самой от алкоголя кружилась голова, а матери хоть бы что, только смотреть стала ласково. Валентина решила воспользоваться моментом.
– Надо бы бабушку навестить, хоть гостинцев ей отвезти.
– Да что ты все про бабку вспоминаешь? Че ей сделается, все равно скоро помирать.
– Нехорошо, соседи осудят.
– Плевать мне на соседей, па-адумаешь, соседи скажут.
– Ну хоть позвонить туда, узнать.
Клавдия вдруг прищурилась и погрозила ей пальцем.
– У, зараза хитрая, все выпытываешь да вынюхиваешь, а вот это не видела?
Она показала кукиш и, откинувшись на стуле, пьяно засмеялась, а потом свесила голову и засопела, Валька подождала немного – вроде заснула, она поднялась и вдруг мать вскинула голову и хлопнула по столу.
– Доча, а давай еще по одной, а?
Вальке пришлось выпить рюмку, следующую незаметно она вылила на пол, мать запела, Валька подпевала и искала глазами Зинкину сумку. В этой комнате не было, наверное, она у себя припрятала.
Бутылка с самогоном была пуста, Клавдия совершенно опьянела, а Валентину от противного сивушного запаха стало поташнивать. Она с трудом помогла матери добраться до кровати и дождалась, пока та заснет. Вроде все тихо, значит, Зинке удалось убежать, но тогда Митька вернется злой. Ей бы только успеть позвонить, и она сразу же убежит отсюда. Но ей повезло – Зинкину сумку нашла быстро – она оказалась в шкафу под одеждой. Валька стала шарить внутри – вдруг телефон забрали с собой? Слава Богу – на месте. Валька выбежала из комнаты и стала набирать номер Макса.
– Валя, ты?! Зина только что привезла Аню, я не понял, что происходит. Я сейчас приеду за тобой.
– Макс! Не садись в машину!! Ради бога не садись в свою машину!!
Вдруг она услышала шум на улице. Выглянула в окно – к дому шел Митька, Семен стоял у машины. Макс кричал что-то в трубку, она быстро отключила телефон и бросила сумку в шкаф.
– Ах ты, сука!! – Митька сбил с ее ног, Валя попыталась увернуться, но он не давал и пинал ногами, стараясь бить по животу, но она уворачивалась, пока не затихла. Семен удержал его.
– Ты что, Митяй, чего зря силы расходовать? Все равно ей капец. Нам уходить надо, еще в Соколово завернуть за паспортами. Вот с жидами не покончили – обидно, зато всех черножопых выжили. А деньжищ-то сколько? Давай собирайся, Колян ждет, мотор не глушит.
Митька оторвался от Вальки, она попыталась отползти, а он стал кидать что-то в сумку.
– Вы скоро там?! – Колян приоткрыл дверь.
– Держи, – кинул сумку Митька, схватил другую.
Он огляделся, прищурился на Вальку и опять направился к ней, но Семен вытащил его на улицу…
Она очнулась и прислушалась – кажется, ушли, попробовала встать, но боль захлестнула – казалось, боль разорвет легкие. Со стоном опустилась на пол, затихла, стараясь осторожно дышать. Ничего, все пройдет. Сейчас отлежится, и скорее отсюда, нужно успокоиться, не торопиться. Вряд ли они скоро вернутся, а может, не вернутся никогда. Все хорошо – руки, ноги целы, а главное – успела предупредить. Дышать стало легче. Перевернувшись на бок, попыталась встать – дыхание опять перехватило. Господи, как больно! Переборов боль, она все-таки встала, вышла в сени, подергала дверь – заперто. Повернула замок… Да что же это? Как будто кто-то придерживает дверь снаружи, подергала посильнее – так и есть, на засов закрыли. Вот сволочи! Ничего, можно в окно вылезти. Она вернулась в дом, в глазах потемнело, прислонилась к стене, отдышалась и тут только заметила, что окна снаружи ставнями закрыты. Сразу и не заметила – в доме горел свет. Как же быть? Вспомнила – в соседней комнате в сумке телефон. Надо только набрать номер. Она попробовала выпрямиться – задохнулась, можно было идти только сильно нагнувшись. «Как старушка», – усмехнулась про себя. – «Ничего, лишь бы добраться до телефона». Так и доползла до соседней комнаты и тут почувствовала запах гари. Неужели опять чей-то дом подожгли? И вдруг, как полоснуло! Это их дом горит! Ну конечно, вон дым из-под двери! Пожар! На улице послышались голоса, она хотела закричать, но в глазах опять потемнело… Она оперлась рукой об стол, увидела кружку с водой, плеснула в лицо водой – вроде полегче стало, потянулась к шкафу за сумкой и…провалилась в черноту…
* * *
Зинаида сказала Анечке, что отвезет ее к Максу, Евдокия Матвеевна без лишних разговоров собрала девочку и вывела их через огороды к лесу.
– Там тропинка есть – не заблудитесь, выйдете прямо на дорогу. Ну, с богом.
Она подтолкнула Зинку и перекрестила, пробормотав себе под нос: «Может и поможет».
Зинаида взяла Анечку за ручку и быстро зашагала, маленькая Анечка быстро семенила ножками, еле успевая за большой маминой подружкой.
– Где тут тропинка-то? Снегом занесло, и не видно ни черта, – бормотала Зина, озираясь в поисках дороги.
– Вот сюда надо идти, – заявила Анечка, – видишь? – Она отбежала немного в сторону и остановилась у высокого дерева, показывая ручкой вдаль – Туда надо идти, мы с тетей Дусей и бабой Настей сюда за веточками ходили для Мотьки.
– Молодец! – Похвалила Зинаида, – ну пошли скорей. Давай, шире шаг!
Анечка попыталась широко ставить ножки, но быстро устала.
– Зина, а почему ты такая большая?
– Такая выросла.
– А почему мама не выросла?
– Плохо кашу ела.
Анечка некоторое время шла молча, про себя соображая, что она-то хорошо ест кашу. Неужели тоже такая вырастет, как Зина. Но такой большой она не хотела быть, лучше такой, как мама.
– А если я хорошо ем кашу?
– Значит, вырастешь.
– А я не хочу быть такой большой, как ты.
– Аня давай быстрее шагай.
– У меня же ножки не такие большие, как у тебя.
– Ну ты постарайся, ладно?
– Ладно, я постараюсь… Надо было мне на дорожку каши поесть, тогда бы я лучше пошла.
– Хорошо, хорошо.
Зина постаралась идти помедленнее, а потом поняла, что девочка совсем устала, ножки у нее совсем заплетались, она даже говорить перестала.
