Она вздернула подбородок:
- Я не говорила ему прийти сюда для тренировки.
Марк посмотрел в переменчивую лазурь ее глаз:
- Не об этом.
- А о чем?
Он перевел взгляд на ее рот:
- О том, что случилось, прежде чем Дерек позвонил в дверь.
- Ах, об этом...
- Да, об этом. – Хотя он на самом деле не знал, что об этом сказать. Кроме того, что сожалеет, и это больше не повторится.
Отведя взгляд ото рта своей ассистентки, Марк последовал по коридору за Дереком. Пока парнишка шел, носки у него сползли вниз по худым щиколоткам.
- Ты будешь в хоккейном лагере в этом году?
Дерек покачал головой:
- Мама сказала, что мы не получили денег.
Марк знал, что за пребывание многих детей в хоккейном лагере платит одна из благотворительных организаций «Чинуков». Он был твердо уверен, что в прошлом году Дерек стал одним из таких детей.
- Ты не получил дотацию?
- Не в этом году.
- Почему?
- Не знаю.
Марк вместе с Дереком прошел на кухню. Солнце отсвечивало от рыжих волос мальчика, его очков и белой-белой кожи, еле видной под всеми этими веснушками.
- Какое имя мы тебе выбрали в прошлом году? – спросил Марк, подходя к холодильнику и открывая его.
Дерек положил коньки на пол к своим ногам:
- Дровосек.
- Точно.
В лагере каждый ребенок получал хоккейное имя. Дерек стал Дровосеком из-за того, как он бил по шайбе. Марк вытащил бутылку зеленого «Гаторейда» и открыл правой рукой.
- Болит?
Марк поднял глаза:
- Что?
- Ваша рука.
Бросив крышку на гранитную столешницу, он сжал пальцы. Средний остался совершенно неподвижным.
- Иногда побаливает. Но не так сильно, как раньше. – Он передал Дереку бутылку.
- А средний палец у вас сгибается?
Подняв руку, Марк продемонстрировал парнишке.
- Нет. Он всегда остается таким, неважно, что происходит.
- Это клево.
Бресслер засмеялся:
- Ты так считаешь?
- Ага. Вы можете посылать людей, не попадая в неприятности. – Дерек пил, пока ему хватало дыхания, потом опустил бутылку. – Учительница не может позвонить вашей маме, - сказал он между глотками, - потому что это не ваша вина.
Так и есть. В этом случае учительница позвонила бы его бабушке, которая сказала бы его отцу, который выдрал бы сына как Сидорову козу.
- Вы будете снова играть в хоккей?
Марк покачал головой и опустил взгляд на крышку, лежавшую на столешнице. Сегодня днем звонил агент поговорить о возможности стать комментатором для «И-эс-пи-эн».
- Боюсь, что нет.
Пока Бресслер не исключил эту возможность, но ждал более солидного предложения. Он не испытывал такого уж большого желания сидеть в студии и говорить об игре, вместо того чтобы быть на льду, где разворачивается главное действо. Но, как заметил агент, количество предложений работы для Марка Бресслера уменьшалось так же быстро, как число рекламных контрактов.
- Мама взяла меня на игру плей-офф против Детройта. Мы выиграли 3-1. – Дерек сделал еще один глоток, затем поправил очки. – Тай Саваж ударил МакКарти в отместку за то, что тот ударил Саважа в четвертой игре. Это был хороший матч, но он был бы еще лучше, если бы вы были там. – Дерек посмотрел на Марка. В глазах мальчика сияло обожание. – Вы самый лучший игрок. Лучше, чем Саваж. - Марк бы не стал утверждать, что он лучше, чем Саваж. Ну, может, чуть-чуть. - Даже лучше, чем Гретцки.
Марк не был так уж уверен, что он лучше, чем Гретцки, но одно знал наверняка: он никогда не чувствовал себя уютно в роли героя. Хитмэн играл в хоккей. Он не спасал людей и не ставил свою жизнь под угрозу. Он не был чертовым героем, но, казалось, это важно для мальчика.
- Спасибо, Дровосек.
Дерек поставил бутылку на стол:
- Хотите увидеть, как я научился тормозить?
На самом деле, нет, но когда парнишка так смотрел на него, Марк не мог отказать.
- Конечно, - он ткнул пальцем в сторону коньков Дерека. – Можешь показать мне на подъездной дорожке. – Она достаточно длинная, чтобы мальчик ни во что не врезался, кроме машины Челси. Но, по правде говоря, что для той значит еще одна вмятина?
Дерек взял коньки и направился вместе с Марком к входной двери. Когда они проходили мимо кабинета, из дверей высунулась Челси:
- Можно поговорить с вами, мистер Бресслер?
Тот положил руку на плечо Дерека:
- Иди вперед и надень коньки на улице. Я выйду через минуту.
- Хорошо, тренер.
Он посмотрел, как Дерек закрыл за собой большую дверь, прежде чем подойти к ассистентке. Марк был уверен, что она хочет поговорить о поцелуе.
- Простите, что схватил вас тогда, - сказал он, решив покончить с этим. – Это больше не повторится.
Уголки губ Челси приподнялись:
- Давайте просто забудем о том, что это вообще случилось.
- Вы действительно сможете просто забыть? – По его опыту, женщины не были склонны забывать что-то подобное. Им нравилось ковыряться и копаться в этом долгое время.
- О, да. – Она тихо засмеялась и помахала над головой рукой, будто уже выкинула все из памяти. От этого движения подол отвратительного разноцветного платья скользнул вверх по бедрам. Смех был немного слишком фальшивым, чтобы убедить хоть кого-нибудь, а тем более Марка. – Эко дело. Я уже обо всем забыла.
Врушка. Он подошел ближе и остановился в нескольких сантиметрах от Челси так, что ей пришлось откинуть голову назад, чтобы посмотреть на него, будто ожидая поцелуя.
- Я рад, что вы не раздуваете из этого проблему. Я был полусонным. – Теперь пришла его очередь врать. – И под кайфом. – Он с самого утра не принимал викодин.
Улыбка мисс Росс увяла.
- Я думаю, мы уже установили, что не испытываем друг к другу ничего хоть отдаленно похожего на влечение. Вы думаете, что лицо у меня в порядке, а вот тело - нет. А я считаю вас… - Она подняла руку и помахала ей из стороны в сторону: - …Ладно, вы грубый и характер у вас – полный отстой. А мне нравятся мужчины с хорошим характером.
Он чертовски в этом сомневался.
- Ну да.
- Да, - Челси попыталась поспорить.
- Вы говорите, как домашняя девочка. – А она совсем не подходила под определение домашней. – Только домашним девочкам в парнях нравится характер.
Она ткнула в Марка пальцем:
- Вот, именно об этом я и говорила. Это было очень грубо.
Он пожал плечами:
- Может быть, но это правда.
Нахмурившись, Челси сложила руки под грудью.
- То, что случилось ранее, не то, о чем я хотела поговорить с вами. Звонил агент из Уиндмера по поводу дома в Белльвью. Он вот-вот будет выставлен на продажу, и агент хотела бы показать вам его первому.
