упало до статистической погрешности, но остается неубиваемый остаток, даже если он уже пригрелся при других фактурах, всосался в другие вещества. Количество слов по поводу Кримсона соотносится с долей его присутствия в моей жизни: как-то так вышло, а если между вами много всякого, то получается перекати-поле какое-то. Отдельное.
Справа от «Atonal or Dissonant Guitar Lines» Хендрикс. Неподалеку от Хендрикса – неподалеку, что здесь за мера, число кликов для перехода? – то, что называется джазом. Можно бы выбраться на Намысловского или Комеду (Zbigniew Namysłowsk, Krzysztof Komeda), на «Kujawiak Goes Funky» и «Astigmatic» соответственно; посмотреть, как они сейчас. Но тут не упражнение в ориентировании или тема пяти–десяти последовательных ссылок, и попадаешь, куда рассчитывал. Или в некоторое сегодняшнее счастье. Тоже дело, но другая игра. Здесь не о том, куда бы хотелось.
Если джаз в варианте Намысловского и Комеды (или Колтрейна, Ascension и т. п.), это не отдельные штуки, а длинное действие. Ну да, там и вещи наполовину пластинки, минут 20 – но не вдоль, иначе. Или не действие, а зона, но и она как действие. Играется не музыка, а пространство. Строится из каких-то нефиксируемых элементов, они возникают в связях между тем, что учтено. Свои кластеры, сгущения-разрежения. Как в визуалке, допустим, у Кифера, там же не сказать, лучше работа предыдущей или нет. Или Туомбли. Или Миро, хотя он вообще как плакаты или марки. Или Баскии.
Кто назовет хиты Хендрикса (из тех, кто о нем слышал), кроме гиков отрасли? «Foxey Lady»? «Hey Joe»? «Purple Haze»? «Bleeding Heart»? Но, если прослушают пару вещей, пространство ощутят. У Кримсона альбомы и треки сколь угодно хороши, есть и явные хиты («21st Century Schizoid Man», скажем), но Crimson-пространство содержит на общих правах и их. Детали не важны, и – имхо – это не теперь стало так, а исходно. Территория, а в ней частности. Ну, не совсем так. Почему тут зацепилось за «Старлесс»? А вот, это прямая рекомендация слушать: https://youtu.be/FhKJgqxNDD8, он тут ровно с «Radical Action». Но у них и так, и этак, поэтому – вторая рекомендация: «Three Of A Perfect Pair» – Live In Japan, 1984 (from «On (And Off) The Road» Box Set), https://youtu.be/-cNwf-lifIw. Великий концерт вдоль всей длины, 1:42:14. Live как single-хит, ну а там и единое пространство.
Как пространства отделяются, как меряются расстояния, где проходят тропинки от одного до другого, через что проходят? Вот стохастически протоптанная правая колонка ютуба. Есть область оперы, оттуда вышел, допустим, Номи, распевает «Cold song» из «Короля Артура» Перселла или его же «Dido’s Lament» из «Дидоны и Энея». Заходит в следующую зону – да и не соседнюю, принимается петь «Man Who Sold The World» Боуи. Тут надо видеть Номи, это ж не только о музыке, элементы ходят туда-сюда, находятся в связи. Люди, музыканты, цветные камешки, что угодно. Связи возникают, друг с другом толкаются. Не грубо, а так.
Насколько новые люди имеют представление о звуковой крови Хендрикса или о его личном Sturm und Drang’е? Какая была бы реакция незнающего при насильственном – ладно, лабораторном – прослушивании «Foxey Lady»? Нет таких исследований новых людей, жаль. Как долго бы они (в среднем) могли вынести «Voodoo Child»? Смогли бы дослушать (всего-то минут шесть)?
Можно заглянуть в Хендрикса и посмотреть, куда там линии дальше. Допустим, Джоплин, а от нее? Вероятно, появится и квиновский «Джаз», а там начнется раздвоение – по квина́м и джазу. Интересно теоретически, не практически. К тому же действие необратимо, впереди будут понятные территории, а тут не круизный тур. То есть если не туда, то куда? В сторону гамеланов, интересно, но дальше? Надвинется юго-восточная музыка, что с ней делать. Появятся индусы, упс – братья Дагары (ви́на, вокал), зависнешь на день. Или иранская музыка. Славно, но это другие истории. Обстоятельства у них совсем не твои. А надо свои, тут все же более-менее рок и 60–90-е с их последствиями в нулевых и посейчас.
Pass auf dich auf: следи за собой, будь аккуратен – чтоб понимать, что за обстоятельства теперь и куда следует, желаешь пойти. А то решишь послушать сдуру выпавшее Cafe De Anatolia, а дальше все такое же, выбраться, поди, сложней, чем из индусов. Рекомендовано: «The road to Escondido», E. Clapton toca con J. J. Cale. Рекомендованное не рассматривается, но тут опять никакой связи с моими склонностями, отчего ж рекомендовано? Ну как это тайный знак или вызов, что-то внезапно важное? Почему не сжульничать, а потом return. И в чем, собственно, жульничество? Иногда можно, не нарушит.
Никакого там вызова, зачем мне Клептон? Гладкие камушки, перекатываются. Морские камушки, конфеты. Сбоку «Joe Bonamassa British Blues Explosion Live», фильм на час сорок. Прочее такое. Это как сидишь за кофе на улице, кто-то идет мимо, а в нем же густой космос со своими картами и понятиями; следующий идет – и в нем такой же, пусть и фанерный.
Как сетка-решетка, по которой ползет вьющееся растение (вьется, ползущее) из твоих мозговых клеток: то гладкое, то шершавое, с возможными цветочками. Да хоть бы и воспоминания, когда они теряют имя воспоминаний и делаются отдельными фенечками. А предмет текста, Невидимый начальник управляет разноцветием. В тексты хотят просунуться прежние ходы, они – от повторений – тупые, возникают как картофель на месте, куда выкидывали очистки. При многолетних сидениях за буквами начинают лезть привычные обороты речи – об этом уже было, но вот так они и лезут, упоминанием этот процесс не пресечь. Pass auf dich auf: вылезают прежние фразы и мысли, утерявшие имя мыслей, мослы, связки, которым почему-то надо все сцепить, хотя можно же и порознь. Эта хня производит мысли, те и возникают в силу привычки возникнуть (как фраза «в силу привычки»), принимаешься их думать. Разрывность, нужна разрывность.
Может, цель сочинения в том, чтобы черная-пречерная рука высунулась бы из некой очередной музыки. Не с готичной обложки, а в непредсказуемом варианте, осуществила разрыв, сделала бы разрывность. Многое из перечисленного делает это по факту, но вот чтобы такая рука возникала постоянно, время от времени. Хотя бы сезонно, как смена овощей и фруктов. Духовное – а у какого духовного нет материальной части – должно расти так же, среди него должны прорастать и разрывы. Ходы, перескоки, сдвиги, перекручивания, логические пустоты, неявные и случайные связи кусков – все это смыслы в неоформленном виде, какие-то зародыши, уже содержащие смысл в себе. Эти головастики, сгустки неопределенной материи тоже персонажи. Почему
