нижнего конца начинка трубки должна была резаться также твёрдо, как карандаш.
Трубка вставлялась в очко (отверстие) снаряжённой порохом гранаты, в которую порох был насыпан свободно до самого верха, затем трубка плотно вгонялась в тело гранаты до тех пор, пока снаружи не оставался отрезок трубки длиной в 1 дюйм. Тогда торчащий конец трубки обёртывался пенькой, смоченной клеем, и при помощи доски и деревянной колотушки трубка вбивалась дальше в гранату почти до конца, после чего холст трубки просмаливался к телу гранаты.
Непосредственно перед броском гранаты гренадер скусывал с трубки защитный пластырь и при помощи палительного фитиля поджигал гранатную трубку.
Палительный фитиль делался из чистого льна, вытеребленного и вычесанного так, чтобы не осталось совсем костриков, свивался в верёвку из трёх прядей не тоньше мизинца. Затем верёвка вываривалась в щелоке из золы и сушилась. Полученный таким образом фитиль считался хорошего качества, если в один час сгорал на 7 дюймов.
Стопин — скорострельный фитиль из пряденной хлопчатой бумаги, соединённой по шести ниток вместе. Эта бумага замачивалась трое суток в пороховой мякоти, разведённой в Рейнском уксусе. После чего ещё трое суток выдерживалась в уксусном растворе из пороховой мякоти и камеди. Затем бумага сушилась, связывалась в пучки или свёртывалась в клубки. После чего нитка стопина вкладывалась в склеенную из бумаги трубку. Стопин поджигался на одном конце трубки, и огонь скоро распространялся по всей её длине.
Это довольно длительный процесс, но так как у нас было уже тихо. То временя у меня было.
Группа, которая должна была атаковать зрителей у грота — мачты налажала и вместо того, чтобы стрелять в пиратов предложила сдаваться и закономерно получила залп из револьверов в упор. Наши коллеги полегли все. Но пока там расстреливали наших я уже успел привести ручные гранаты в боевое состояние и метнуть в защитников грот-мачты. Результат был очевиден и предсказуем. Часть пиратов была ранена осколками и контужена разрывами и затем мы смогли так же в упор разрядить свои револьверы. В живых мы уже никого не стали оставлять.
Теперь последним оплотом обороны пиратов на клипере остался капитанский мостик. Группа, выделенная на штурм и захват капитанского мостика не смогла ворваться по трапу на мостик и теперь пряталась за снастями на палубе клипера и не могла поднять голову. На капитанском мостике были самые мотивированные члены этого пиратского корабля. И терять им было нечего. Оружия у них имелось и взять их было не просто. Стрельба то затихала, то разгоралась вновь.
Постепенно был зачищен весь клипер, но на мостике продолжали банковать пираты.
Сложилась патовая ситуация. И ситуацию усугубил капитан «Парадиз» он приказал отшвартоваться от клипера и уходить к берегу. Нас он бросил на полузахваченном пиратском клипере.
Глава 17
3000 квадратов парусной площади — это много. Под этими самыми парусами клипер мог преодолеть расстояние от Мельбурна до Лондона за 77 дней, покрывая в сутки до 363 морских миль(654 км). Чайный клипер — это несомненный успех кораблестроения. Рекордом стал результат от Шанхая до Лондона за 91 день. Этот рекорд в самом деле зафиксирован — это «Фермопилы», знаменитый чайный клипер, который обогнал как раз «Катти Сарк», он показал такое время в 1872 году.
В начале 19 века среди жителей Европы и США распространилась мода на чайные посиделки, и ароматный товар стал очень востребованным. Но была одна загвоздка: обычный торговый корабль тратил на доставку ценного груза больше года. За это время чайный лист сильно отсыревал, впитывал морскую соль и в результате приходил в негодность.
Пришлось купцам, стремящимся наладить быструю доставку чайного листа, решать проблему со скоростью торговых судов. И выход был найден. На верфях Балтимора стали строить специальные быстроходные суда, получившие название «чайные клиперы». Чуть позже быстроходные корабли начали сходить с верфей Великобритании.
Первые клиперы начали бороздить просторы морей и океанов в двадцатые годы девятнадцатого века, но настоящий «золотой век» этих судов пришелся на 50−60-е годы.
Это были узкие шхуны с обтекаемым корпусом и большим количеством парусов. Водоизмещение новых судов колебалось от 10000 до 40000 тонн. При постройке клипера применялась формула: длина в шесть раз больше ширины корпуса.
Этот принцип построения корпуса получил наименование «бегущая длина». Сам корпус обшивали деревом, защищая подводную часть от повреждений и наростов медью, а киль и шпангоуты оббивали железными пластинами.
К сожалению, в девятнадцатом веке еще не было возможности снимать яркие моменты жизни и выкладывать видео в Интернет, так что мы можем только догадываться, как великолепно выглядел несущийся под всеми парусами клипер. Очевидцы говорят, что корабль был похож на огромное белое облако, разрезающее морские воды.
Дизайн и количество парусов потрясают воображение! Клипер средней руки имел основные паруса: нижний, нижний и верхний марсели, верхний и нижний брамсели, плюс королевский, небесный и лунный паруса (лунный еще называли «небоскребом»). Но еще были дополнительные боковые паруса — добавочные лисели и стаксели, крепящиеся при попутном ветре.
Существенные преобразования произошли в вопросах механической оснастки судов. Дело в том, что команда матросов, управляющих клипером, численно сократилась, а парусов стало больше. Суда оснастили лебедками, помпами с механизмом и рулевыми приводами. В результате кропотливой работы корабельных дел мастеров со стапелей сходили быстрые, легкие и достаточно прочные суда.
Чайные регаты девятнадцатого века
Разумеется, это не были регаты в современном понимании. Вернее можно сказать, что чайные гонки, ставшие популярными в середине 19 века, можно сравнить с современными безостановочными регатами. Длились эти соревнования в среднем сто дней, и все это время команда (с редкими перерывами на сон и еду) гнала клипер к порту назначения.
«Гончие псы океана» — так моряки прозвали английские клиперы, «летающие» за чаем и обратно. Когда приходила пора собирать урожай чая, клиперы выстраивались в дельте рек и ожидали баржи с ценным грузом.
Команда перегружала товар в трюмы и как можно быстрее устремлялась в порт приписки. Клиперы соревновались друг с другом в скорости, ведь в конце пути победителя ждал солидный денежный приз.
Маршрут чайной гонки включал переход из Индийского океана в Атлантический, минуя мыс Доброй Надежды, потом суда устремлялись к берегам Великобритании. За время, проведенное в трюме клипера, чайный лист доходил до кондиции и был готов попасть к обожающим чаепитие англичанам.
Купцы платили капитану, первым начавшему выгружать товар, премию в 100 фунтов, команде первого клипера — 10 шиллингов. Чайные гонки проводились несколько лет подряд, стали популярным развлечением для лондонцев и даже имели некий тотализатор.
Кстати, чай —
